Любимая для эльфа 2 - Astra Maore

Не имея других ориентиров, Марина провоцировала:

— Флав, почему ты со мной? Просто удовольствие или что-то серьезнее?

Флавиан посмотрел так, словно Марина спросила нечто очень неприличное, — чуть презрительно и слегка недоуменно:

— Тебя что-то не устраивает?

Марина замялась:

— Да нет… Но…

Флавиан вальяжно пояснил:

— Главное правило игры: воспринимая ее всерьез, помнить, что это игра…

— Что ты меня путаешь! Какая игра? Ты играешь со мной?

Слова прозвучали грустно:

— Это ты, маленькая богиня, играешь… Как знать, чего ты пожелаешь завтра? Будет ли твоя причуда искренней?

Марина вскипела:

— Опять воду мутишь! Почему бы прямо не сказать?

В профиль Флавиан был также удивительно красив, жесты его отличались изяществом, а голос мелодичностью:

— Правда в том, что мне хорошо с тобой. А влюбляться опасно. Ты внесешь мое сердце в список побед и выкинешь его, оставив меня страдать.

Марина задумалась, перышко вновь затанцевало на ее коже. Флавиан добавил:

— О чем бы ты ни размышляла сейчас, все так и есть…

Марина запуталась… Запуталась так, что ей захотелось обрубить махом, бросить ситуацию и уйти, но едва Марина приоткрыла ротик, чтобы попрощаться, как ее тело прошиб холодный пот.

«Все так и есть!»

Флавиан, воспользовавшись моментом, прильнул к ее податливым губам и сразу отстранился с непроницаемым выражением:

— Я прав.

И Марине расхотелось задавать тревожащие вопросы, поскольку ответы могли еще больше разбередить ее.

Глава 304. Терзания

Роберт сидел ровно и прямо, и ни роскошная обстановка покоев, ни ароматические дурманящие курения, ни близость богини-чаровницы не сбивали ход его мыслей.

— Кэйли, объясни мне. Пожалуйста. Ты знаешь наверняка. Почему в сервисе объявление о поиске работников? Кацуо куда-то уходит?

Счастливая улыбка Кэйли могла бы растопить ледники.

— Да, ему тесны рамки гаража. Механиков много, а хороших гонщиков…

Роберт хищно сощурился:

— Собралась его опекать?

— Да. Роб, оставь свою злость. Оставь парня в покое… Злишься-то ты не на него…

Роберту страстно захотелось что-нибудь треснуть. Пол ли, стену… Так просто, по прихоти Кэйли его планы полетели к черту!

— Хороший мой, — Кэйли словно пыталась загладить вину, истинные ее мотивы Роберт не знал, — а давай проведем твоей любимой операцию во сне? Она уснет и проснется уже бессмертной? Не будет больше бояться… А ты бросишь третировать Кацуо.

От настолько щедрого предложения сложно было отказаться. Роберт нервно сглотнул:

— Когда?

Кэйли просияла:

— Как скажешь…

Источником ее плана были его собственные мысли. Роберт давно искал способ облегчить ненужные страдания Колетт. Вариант оказывался идеальным, а прекращение мести Кацуо стало бы терпимой оплатой…

* * *

Приближался новогодний праздник, а Лукас все не возвращался, хотя он и не обещал Марине провести эту ночь вместе. Наоборот, Марина намеревалась уехать к родителям, встретить праздник с ними и ждать там Лу с Эс сколько потребуется.

Нужно было что-то решать с учебой и съемной комнатой, Марина не спешила отчисляться и оставлять жилье насовсем.

Житейская ситуация, и поскольку Эстелла периодически навещала ее, Марина рано или поздно сумела бы принять верное решение, а вот как поступить с Флавианом, Марина не понимала вовсе.

Они много занимались сексом, спортом, Флав, будучи анамаорэ, легко освоил и теннис, и катание на коньках, беспечно гоняли на машине и немного гуляли по заснеженным улицам. Флавиан ни в чем не признавался, Марина ничего не выпытывала, и потому досуг их дышал легкостью с щепоткой разврата.

Визиты в Город, похоже, были для Флавиана аттракционом, отдыхом от внимания поклонников и поклонниц, Марина даже ловила себя на ревности. А отношения с ней — интрижкой? Тонким расчетом?

* * *

— Флав, — голос Марины задрожал, — ты правда хочешь стать царевичем?

Он улыбнулся одними губами, глаза смотрели настороженно:

— Конечно. Покажи того, кто не хочет! Магнус не в счет.

Магнус мало интересовал Марину.

— И ради этого ты со мной?

Янтарные глаза Флава словно вспыхнули:

— Не начинай. Пожалуйста. После рассказов Лукаса ты любой мой ответ воспримешь превратно. Так ведь?

Флав читал ее мысли, пусть и косвенно, и Марине почему-то казалось стыдным согласиться с ним и признать свое недоверие. Ее ладони неприятно вспотели…

— Мы скоро расстанемся, да? Я уеду из Города и…

Флавиан остановил:

— Это не проблема. Я могу поехать куда угодно в этом мире. Значит, ты меня бросаешь… Уже…

Он выглядел настолько потерянным, что Марина ощутила себя глубоко виноватой. Вспомнились выговоры Лу и его потухший вид, когда Марина обвиняла его — безосновательно! — во всяческих грехах.

Она выпалила:

— Нет! Нет же!! — и тут же горячо зашептала, судорожно впившись в сильные плечи Флавиана: — Кэйли — богиня! Настоящая! Для меня она сделает все, что угодно! В царевича анамаорэ, конечно, она тебя не превратит, но может ты чего-то хочешь в здешнем измерении? Только скажи!

Флавиан странно улыбнулся, Марина не смогла истолковать скрытое значение его улыбки.

— Неожиданно. Я подумаю. Скажу тебе потом. Но, скорее всего, я ничего не придумаю — не хочу зависеть от женщины, даже от богини…

Марина выпятила губу.

— И от меня?

Флавиан бросил короткий взгляд.

— Ты — совсем другое.

* * *

Замирая от ужаса, пропуская удары сердца, Марина выслушала вердикт Кэйли:

— В его сердце никого нет. Необычное существо, независимое. Полюбить он может… Постепенно. Пока у Флавиана одна глубокая страсть — он сам. Ты интригуешь его, но остановиться он может на ком-то еще. Не полагайся на него до конца.

Марина заплакала.

Глава 305. Долгожданные возвращения

Теплые, нежные, бесконечно желанные объятия. Эстелла боялась вернуться в хрупкую реальность и с болезненной горечью осознать: Лукас ей только снится, он далеко, в неведомом, и срок его возвращения не известен.

Эс давила ростки настойчивых мыслей — Лукас ушел насовсем. Правители объявят это потом, спустя годы, как делали раньше, ведя искусную игру, примут нового сына или сыновей, если достойных претендентов окажется несколько…

Чего Лукас не выдержал или к чему стремился? Эстелла сладко потянулась — и тут же ее пронзил страх — сейчас она почувствует лишь шелк постели, приятный на ощупь и неотвратимо пустой…

— Открывай прелестные глаза, уже можно! — такие всеобъемлющие галлюцинации не посещали анамаорэ, и борясь с собой, Эстелла распахнула глаза, мучительно опасаясь разочарования. Но…

— Лу!!!! Лу! Лу! Лу!!!! — Эстелла, не в силах ни остановиться, ни наглядеться, на все лады повторяла имя любимого, но отдышавшись, ревниво добавила: — Кто еще знает?

— Еще