В постели со зверем - Ева Левина

— ЧТОООО?

Моя и сестра и подруга застыли с вытянувшимися лицами.

— Больше на вопросы по этой теме я не отвечаю!

Разумеется мои слова не возымели никакого эффекта и подруга вместе сестрой еще долго пытали меня насчет личности моего первого мужчины.

Наконец, после скандала и тысячи попыток рассекретить имя моего Зверя, они на время оставили меня в покое, но было видно, что и Лера и Дашка испытывают настоящий шок и вечер больше не был дружескими посиделками. Поэтому после пары неловких попыток заговорить я отправилась спать, провожаемая задумчивыми взглядами сестры и подруги.

Глава 19

Мы сидели на летней террасе кафе и пили кофе с потрясающими заварными пирожными.

Дашка и Лера старались не вспоминать вчерашний разговор, хотя и бросали на меня задумчивые взгляды.

Сестра жаловалась на помощницу Вадима Ирочку, к которой ревновала его, а Дашка предлагала подсыпать ей что-нибудь в кофе перед командировкой, чтобы она точно не смогла сопровождать полковника Громова:

— Я вам точно говорю, она в него влюблена! Да и вообще она такая фифа, что с трудом верится в то, что Громов с ней не спал! — распалялась ревнивая сестра.

Я рассеянно слушала их, раздумывая о том, сильно ли разгневался мой Зверь, не застав меня дома. Ну не должна же я была как покорная овечка ждать насильника в свой собственный день рождения? Это уже извращение какое-то.

— Ого! — Дашка удивленно смотрела в сторону, открыв рот.

Проследив за ее взглядом захотелось провалиться под землю. Прямо к нам направлялся Давид Зафиров. Как же он меня достал. Непроходящий жуткий кошмар наяву…

Я сидела как натянутая струна, когда он подошел к нам вплотную.

— Здравствуйте, Давид, — девочки, как всегда при виде этого мужчины покраснели и расплылись в лучезарных улыбках.

Он коротко кивнул и достаточно тихо, но так, чтобы было слышно всем, спросил:

— Почему я вчера не застал тебя дома?

От шока у меня пересохло во рту и я глянула на сестру и подругу, которые замерли как статуи с широко раскрытыми глазами.

— Я жду, — сказал он, и повернув мое кресло к себе, посмотрел мне прямо в глаза.

Неужели мое отсутствие так взбесило его, что Зверь готов при всех показать то, что между нами происходит? Знаете девушки, я тут на досуге насилую и мучаю вашу подругу и сестру, а она вдруг в свой день рождения уехала и не сказала куда… Какая нехорошая девочка…

— Я решила остаться вчера у сестры, — осипшим голосом сказала я, стараясь не обращать внимания на лица Дашки и Леры.

— Разве ты не знала, что я приеду?

— Знала.

— Больше так не делай. Попрощайся со всеми, ты уезжаешь.

"Больше так не делай?!" И это все? Какой добренький… Чего уж там, показал бы при женах друзей, как наказывает. Упырь.

— Ну так у Софии же вчера был день рождения, поэтому нам очень не хотелось сидеть дома, — вдруг встряла Дашка.

Зафиров равнодушно скользнул по ней взглядом и, ничего не ответив, крепко взял меня под локоть.

— Пока девочки, — раздался мой тонкий писк.

Как только мы сели в машину, телефон стал буквально горячим от сообщений:

"ДАВИД ЗАФИРОВ?"

"ЭТО С НИМ ТЫ ИЗМЕНИЛА СЕРГЕЮ?!"

"НУ ТЫ И ШТУЧКА!"

"ТЫ МНЕ БОЛЬШЕ НЕ ПОДРУГА!"

"СОФИЯ, ЗАРАЗА! ОН ТАКОЙ КРАСАВЧИК!"

"КАК ДАВНО ВЫ ВМЕСТЕ?"

"Я ТРЕБУЮ ВСЕ ПОДРОБНОСТИ!"

"ОХМУРИЛА КРУТОГО БИЗНЕСМЕНА, А НАМ НИ СЛОВА!"

"СОФИЯ, Я В ШОКЕ. ВАДИМ ЗНАЛ?"

"ЕСЛИ МИША ЗНАЛ И НЕ СКАЗАЛ МНЕ, Я ЕГО УБЬЮ"

Я повернулась к Давиду и задала единственный интересующий меня вопрос:

— Зачем? — голос прозвучал устало и обреченно.

— Я очень занятой человек, поэтому не собираюсь тратить время на то, чтобы выяснять куда ты пропадаешь.

— Но раньше же ты как-то это выяснял?

— Раньше мои люди работали лучше. До вчерашнего вечера я знал о каждом твоем шаге, начиная с десятого июня.

Что? То есть за мной следили? Ну, разумеется! Как такой человек мог просто так отпустить меня?

— Поэтому ты решил, что теперь мои родные и знакомые должны знать, что ты периодически заявляешься и насилуешь меня? Или что ты прикажешь им говорить?

— Можешь говорить, что я твой жених, ведь это место теперь вакантно, — спокойно сказал Зафиров, и по его тону создавалось ощущение, что он обсуждает что-то мелкое и совершенно неважное.

От ощущения собственной беспомощности я поежилась и вдруг спросила:

— А разве жених может себя так ужасно себя вести?

— Может, если невеста постоянно лжет, каждый раз закатывает истерику и кричит, что ей противно, — холодно произнес Зверь надавил на газ.

Меня вжало в кожаное кресло мерседеса, и я просто задохнулась от возмущения! Так это я виновата, что он стал героем моих кошмаров, и причиной моих расшатанных нервов и разрушенной жизни?!

— А как я должна себя вести?

— Ты должна быть послушной.

Я должна быть послушной?

Действительно. Всё просто. Это новое открытие повергло в шок! Вот чего он хочет! Пробовала сбежать, боролась и изображала равнодушие, но не пыталась просто принять ситуацию. Почему бы и нет, раз другие методы уже не работают. Как бы я не старалась, Зафиров никак не желает оставить меня в покое. Если я стану послушной, то надоем ему и этот псих отстанет!

Вопреки догадкам, Давид привез меня не домой, а в один из элитных жилых комплексов в центре.

Та самая квартира, в которую он возит своих любовниц, вспомнила я рассказ экономки. Мы поднялись на двадцатый этаж, и хозяин подтолкнул меня в роскошные двухэтажные аппартаменты. Ремонт был выполнен в спокойных холодных тонах, что лишало жилище Давида жизни и уюта. Но мне было всё равно, ведь меня привезли сюда не за этим. В этот раз он не приказывал мне раздеться, он сам начал стягивать с меня белый сарафан и не встретив привычного сопротивления, вдруг остановился, внимательно осматривая. Поймав удивленный взгляд, принялась снимать кружевной бюстгалтер со словами:

— Лучше я сама, потому что иначе скоро у меня просто не останется целого белья.

Чудовище вдруг наклонилось надо мной и прижалось губами к венке на шее. Очень интимно…. и мягко.

В первый момент хотелось упереться в широкую грудную клетку руками, но усилием воли я заставила себя стоять смирно. Кожу обожгло от прикосновения с жесткой щетиной и шее стало немного больно от засоса, который появился там в ту же секунду. Захотелось вырваться, когда он обхватив меня за бедра грубо поцеловал, больно смяв губы, но выбор был