Я верю в любовь - Айрис Оллби

Дверь квартиры была распахнута настежь. Конрад вошел и огляделся. Никого не видно. Закрыв за собой дверь, он бросился в спальню. Мария ждала его. Обнаженная, она стояла перед ним, и приглушенный свет ночной лампы высвечивал обворожительные очертания женского тела. Он замер, словно прекрасная картина околдовала его. Но в следующий миг заключил возлюбленную в объятия.

– Мария! О, Мария! Прерывающимся от страсти голосом он повторял ее имя, но она заставила Конрада замолчать, жадно овладев его ртом.

Они целовались самозабвенно. Руки женщины скользнули к вороту его рубашки. Закрыв глаза, Мария вслепую пыталась расстегнуть пуговицы.

С его губ сорвался сдавленный стон:

– О, боже мой… Как же я соскучился по тебе, Мария. Как же я соскучился…

Не отрываясь от ее губ, он высвободил руки из рукавов пиджака и, отшвырнув его в сторону, сбросил туфли.

А ее пальцы уже нащупали пряжку ремня. Почти с ожесточением она рванула брюки вниз. Не в силах больше сдерживаться, он притянул женщину за бедра, и та послушно выгнулась навстречу. Конрад осыпал поцелуями ее шею, плечи.

– Мария, милая моя…

– Я хочу тебя, – прошептала она, лаская его тело, ощущая под ладонями тяжелые удары сердца, выступивший от напряжения пот. Мужчина вздрагивал от прикосновений к интимным местам, издавая приглушенные страстные стоны. Возбуждая в нем все более острое желание, Мария возбуждалась сама. Не в силах больше ждать, она тесно прижалась к любимому,

– Возьми меня, – выдохнула она.

Со страстным стоном Конрад опустил ее на кровать и через мгновение овладел ею с отчаянной яростью. Сейчас это были просто Он и Она. Мужчина и Женщина. Все остальное было неважно. Любовь вознесла их на вершину наслаждения.

Конрад без сил затих. Мария повернула к нему голову и только теперь обнаружила, что в своем нетерпении он не успел снять рубашку. Она тихо засмеялась.

– На тебе еще осталась какая-то одежда. Он поцеловал Марию и стал стягивать с себя рубашку. Потом улыбнулся.

– Вот как спешил!

– Уже было такое?

– Чтобы я не успел раздеться? Не помню. Нет, никогда.

Конрад поглаживал ее грудь, а когда поднял голову, глаза выглядели задумчивыми.

– Если бы ты сама меня не впустила, я, наверное, сломал бы дверь. Знать, что здесь другой мужчина… Я так боялся, что ты в конце концов позволишь ему остаться.

Мария села в постели, натянув на себя простыню. Не глядя на него, она тихо сказала:

– Я хотела ему позволить.

– Почему же передумала?

– Потому что ты приехал.

– Хочешь узнать, почему я приехал?

– Ты же сказал – у тебя были в Англии дела.

– О, это была отговорка на случай, если ты пошлешь меня к черту.

– Я и послала.

– Послала, – согласился Конрад и поцеловал ее плечо. – Поездка была предлогом. Мне нужно было с тобой увидеться.

– В постели, как я понимаю. Для этого и приехал?

– Да, и для этого, если повезет. Но самое главное – я хотел рассказать тебе, как тосковал, как часто вспоминал о тебе, как отчаянно хотел снова быть с тобой.

– Я не думала, что когда-нибудь снова тебя увижу.

– Знаю. Я был просто дурак. Думал, что ты любишь меня. Оказалось, всего лишь случайный любовник. Это был удар для меня.

Нахмурившись, она осторожно сказала:

– Я думала, что ты и не ждешь от меня большего. Значит, у тебя не каждый раз так бывает? Не с каждой женщиной? Я была уверена, что у тебя большой опыт и ты великолепный любовник.

– Это, конечно, правда, – не без тени самодовольства сказал он и тут же заработал ощутимый толчок по ребрам. – Но любовь зависит не от одного человека, это дело двоих. А ты, моя красавица, просто необыкновенная.

– Правда? А мой муж всегда говорил, что я фригидна.

– Идиот, – резко сказал Конрад. – Поэтому ты и боялась тогда, в первый раз?

Она кивнула и не поднимая глаз стала рассказывать:

– Когда я вышла замуж, я была девственницей. А Майк… Он не был таким нежным и терпеливым, как ты, заботился только о своем удовольствии и заставлял меня делать вещи, которые я считала мерзкими. Он орал, что я холодная как рыба. Иногда мне было так плохо, что я наутро была и физически и морально больна.

– Подонок, – сдавленно прошептал Конрад.

– Когда я поняла, что проще под ним лежать и ни о чем не думать, вот тут, наверное, у него и появились другие женщины.

– Почему ты не ушла от мужа?

– Я вышла за него влюбленной дурочкой. Потом он заставил меня поверить в мою неполноценность. Любил говорить, что я сгубила ему жизнь. Брак в принципе очень много значил для меня. Кроме того, я постоянно испытывала давление со стороны его родителей. О моих бедах ведь никто не знал: не в постели он был совершенно нормальным и даже симпатичным мужчиной. Под конец я его возненавидела и уже решила уйти от него, но он погиб.

– Бедняжка моя, неудивительно, что тогда со мной ты была так напугана!

– Но ты все равно прав: я действительно выбрала тебя, чтобы убедиться, что секс может быть другим.

– Теперь, когда я знаю, почему ты меня выбрала, мне это даже льстит.

– Но если бы не гроза, ничего бы не вышло, так ведь получается?

Конрад улыбнулся.

– Ну, мы что-нибудь придумали бы. Я сразу почувствовал в тебе скрытый огонь. Я знал, что под маской деловой дамы скрывается пылкая, страстная женщина, которой просто не хватает смелости заявить о себе.

Мария улыбнулась.

– Если бы не ты, эта женщина так и пряталась бы под маской. Я очень благодарна тебе. Сожалею, что оскорбила тебя.

– Будь строже с заносчивым дураком. Мне нужно было сразу же к тебе приехать. Но, согласись, не слишком-то приятно знать, что тебя использовали…

– Да-да, я знаю. Прости. Но я не такая, как Стефани. Честное слово, не такая.

И она накрыла ладонями его руки.

– Ты думаешь, я этого не понимал? На следующий же день я позвонил, но сеньора Ругоза сказала, что ты уже уехала. Горько было понять, что я для тебя ничего не значу.

Мария с ехидцей улыбнулась.

– Значит, теперь я буду твоей лондонской подружкой?

Конрад взглянул на прелестное лицо в обрамлении медно-рыжих локонов и сказал наконец то, ради чего приехал в Лондон:

– Я надеялся, что ты станешь моей женой.

– Ты… Это что, шутка? – еле слышно спросила она.

Самозваному жениху было не до шуток.

– Я люблю тебя, дорогая, и хочу жениться на тебе.