Голливуд истекает кровью - Х. Р. Пенроуз

— Черт, они втягивают нас в войну. Не оставляя нам выбора, кроме как начать ее. Гребаные предательские мудаки аннулируют этот долг, — сердито произнес Чиро, а остальные из нас согласно закивали.

— Они должны быть мертвы за это, — заявил Альфонсо. Правда. — Почему мы не сбрасываем их тела в первоочередном порядке, босс?

Я вздохнул, потирая рукой свою аккуратно ухоженную бороду.

— Я хотел, чтобы эта передача прошла как можно более мирно. Теперь у нас есть средства, чтобы ввести его в действие еще раз. Мы также должны думать о долгосрочной перспективе.

Да, мы могли бы взять его силой, но дипломатичная игра давала нам авторитет среди их народа, который все же стал бы нашим народом. Если мы начнем с плохой ноги, это вызвало бы проблемы в будущем, солдат и так будет трудно вернуть в лояльное состояние.

Дарио встал и вернулся к столу, поставив посередине семь стаканов, по одному для каждого из нас, и закрытую бутылку русской водки, которую мне подарил наследник Братвы. Я налил себе на два пальца и, поморщившись, залпом выпил. Черт, это было крепко. Остальные сделали то же самое, и я усмехнулся, когда Тобиа и Дино оба закашлялись от силы.

— Эта дрянь чуть не сожгла волосы у меня на груди, — воскликнул Дино, хватая бутылку с водой и проглатывая вкус.

Киска. Он был самым молодым из нас в комнате. У него, наверное, даже на яйцах не было волос, не говоря уже о груди.

— Это даже не похоже на то, что ты их отрезаешь. У них по-прежнему будет все, что угодно, только никакого контроля над этим, — подхватил Брандо.

Я дал им время до конца дня пятницы, два дня, а потом мы начали бы действовать более жестко, потому что они просто выставляли нас жалкими. Я больше не допустил бы этого, если до этого дошло, что, к сожалению, я думал, так и было. Я испустил давно подавленный вздох.

— Мы готовимся к войне.

Я не хотел, чтобы на линии огня оказались невинные люди, потому что ни одна война не обходила их стороной. Всегда были жертвы, оставлявшие отрицательный эффект, но я не позволил бы Говони выставить империю Марчетти слабой, даже если они намеренно подталкивали меня к этому.

Пока остальные болтали о неизбежном, я достал телефон из кармана, вошел в приложение "Камера" и наблюдал, как Пэрис ходила взад-вперед, прежде чем устроилась на диване. Она быстро пролистал программы, прежде чем отложить их, чтобы снова встать и ходить по комнате.

Держу пари, ей становится скучно сидеть взаперти в этой комнате. Я знаю, что сделал бы это, находясь взаперти в том же месте.

Час спустя мы свернули наши дальнейшие планы, и я направилась на кухню, прихватил немного остывших остатков и отнес их к себе в комнату. Одной рукой прожевав бутерброд с яйцом и майонезом, я ответил на несколько ожидающих сообщений, внутренне застонав, когда за несколько минут наткнулся на несколько смс от одного и того же человека.

Дафна: Рейн, малыш. Ты будешь моим мужем. Мы не проводили так много времени вместе. Ты хотел договориться, когда мы сможем это сделать?

Дафни: Я знаю, ты занят, но, пожалуйста, дай мне знать. Я хочу быть единственной, кто рядом с тобой.

Дафна: Люди болтают, ты же знаешь! Слух о твоей маленькой пленнице распространился по поселению, выставляя нас с тобой дураками.

Моя так называемая невеста пыталась больше вмешиваться в мою жизнь, становясь все большей проблемой. Эта женщина была в режиме жесткого отрицания. Она знала условия сделки, согласившись быть заполнителем только для внешнего вида.

Ну… не только внешность, она была постоянным трахом, когда я мог побаловать себя. Будучи человеком такого типа, каким она была, она держала свои когти острыми, а других женщин — заискивающими передо мной. До сих пор это меня идеально устраивало.

К сожалению, она, похоже, обманулась ложным чувством безопасности, думая, что я действительно женился бы на ней. Я фыркнул от смеха. Этого не было.

Рейн: Ты забываешь о своем месте. Намекну, что это не на моей стороне.

Я проверил камеры, на этот раз чтобы убедиться, что мои мальчики проспали весь вечер. Увидев Зевса и Ареса, крепко спящих рядом друг с другом в их собственной роскошной конуре, расположенной снаружи, я почувствовал укол вины за то, что не провел с ними сегодня ни минуты времени. Быть настолько погруженным в бизнес стоило мне этого.

Я заставил свой компьютер быстро просмотреть Интернет и темную сеть, чтобы посмотреть, нет ли секс-видео с участием Пэрис. Я был искренне удивлен, что его там не было. Я бы стер его, но не раньше, чем получил копию для себя. Также не буду признаваться вслух, что разочарован.

Мысли о ней непрошено приходили мне в голову в часы бодрствования, заставляя меня хотеть изгнать их. Я хотел ощутить ее вкус на своем языке. Будет ли она горькой, отражающей кислую сторону ее личности, или такой же сладкой и декадентской, как ее подтянутое, стройное тело? Я не был мужчиной, который вставал на колени перед женщиной, чтобы попробовать вкус ее киски, но у меня были видения, как я делал именно это. С ней. Для нее. Я терял самообладание.

Тот факт, что она вторглась не только в мою частную резиденцию, но и проникла в мои мысли, был подобен мигающей красной кнопке экстренного предупреждения, на которой было начертано "нажми на меня". Вы хотели захлопнуть ее, активировав протокол экстренной помощи, потому что он дразнил вас прикоснуться к ней, но знали, что если вы это сделали бы, вам пришлось бы иметь дело с последствиями этого выбора.

Пэрис была невинной во всей этой ситуации, но это не имело значения. Она была пешкой, поставленной на доску, даже не подозревая об этом, и я готовился использовать ее для мата.

Глава 15

Пэрис

Одиночество и отшельничество значили для меня две разные вещи. Одну ты мог взять под контроль, другая выбирала тебя.

Я выбрала уединение, чтобы прожить жизнь в одиночестве и не подпускать ни одного человека к себе настолько близко, чтобы он причинил мне боль в процессе ухода, потому что они всегда уходили. Одиночество, однако, выбрало меня, чтобы испытать его печаль и тревогу, которые естественным образом проявились. Оно подарило мне ошеломляющее чувство изоляции даже в комнате, битком набитой сотнями людей.

— Давай посмотрим, что произойдет, когда я закрою дверь, которую всегда держал открытой для тебя.