Разделённые - Арлен Гарднер

Может на брате так сказалось давление со стороны Старейшин?

Благодаря ему я редко бывал в Сияющей Общине и потому реже слушал гневные речи Старейшин, но мой сольхан… из-за меня он бывал там постоянно и слушал недовольства вместо меня, дабы уберечь меня…

Всему приходит конец. Вот и терпение Солнцесвета уже на исходе. Я не замечал того, что он делает для меня и продолжал совершать поступки, за которыми должно было следовать наказание…

Я всё время во что-то влезал.

Может, Солнцесвет сейчас хочет показать мне, отчего берег меня всё это время?

Я был почти уверен в том, что если бы мой сольхан, как прежде яростно вступился за меня, пошёл бы на разговор к Старейшинам, то никакого наказания за драку с Лучесветом не было бы.

Солнцесвет лишь как обычно отчитал бы меня, а я как обычно ловил бы на себе осуждающие и недовольные взгляды братьев.

Я невольно содрогнулся, вспомнив, что моему сольхану пришлось стоять на коленях в Сияющей Общине. Неужели так было каждый раз?

Я сжал кулаки.

Ну конечно было! Это и новорожденному понятно! Мой сольхан просто устал от моей неблагодарности и решил показать мне, что ему приходится делать из-за меня, ради меня…

Смотри, смотри и думай! — вот о чём кричал его молчаливый взгляд, когда мы шли к Старейшинам.

Я глубоко вздохнул, остановившись возле своего лучедома. Что мне теперь делать? Попросить прощения? Перестать вляпываться в неприятности? Прекратить покидать поселение?

Последнее, кажется, волновало меня больше всего, но я не мог отказаться от встреч с Луноликой, ровно так же, как и не мог поведать моему сольхану о своей тайне.

Это лишь ещё больше оттолкнет Солнцесвета от меня.

Он устал от моих выходок.

Даже он, мой самый родной брат среди других — устал.

На его место плавно встал Лучесвет. Я всё чаще стал думать о том, что если мне понадобится помощь или совет, я обращусь именно к нему, а не к Солнцесвету.

Возможно ли преодолеть скалу, что выросла между нами?

Я тряхнул головой.

Нет! Не может нить, что связывала нас всё это время вот так просто порваться! Мне нужно извиниться, вымолить прощение! Я не могу потерять его… если сделаю вид, что мне всё равно, что отдаление моего сольхана для меня ничего не значит… он окончательно разочаруется и откажется от меня.

Откажется… это было страшнее всего. Когда кто-то отказывался от своего лонериса, в поселении младший брат начинал считаться изгоем, так называемым порченым.

Порченых не любили, с ними не разговаривали, их сторонились, и в конце концов они молились прародителю, чтобы тот забрал их.

Я хоть и любил побыть один, хоть и не любил когда ко мне лезут, но быть порченым — мой самый главный страх.

В душе теплилась надежда, что Солнцесвет никогда не откажется от меня, но ведь и раньше я был уверен, что он всегда будет на моей стороне.

Да, в этом происшествии мой сольхан как и раньше защищал меня, но в этот раз я на себе прочувствовал гнев Старейшин и понёс наказание.

В былые временя от наказания меня бы спас Солнцесвет, в нынешние меня от него избавил Лучесвет.

Едва копия прародителя в очередной раз потянулась к середине неба, как я покинул поселение. Мне было душно, казалось, будто свет Солнца стал для меня чем-то невыносимым.

Мне хотелось почувствовать прохладу. Хотелось увидеть тёмные оттенки Диких Земель.

В этот раз я твёрдо решил показать Лунолике территорию Вечного Дня. Мне хотелось провести её к красным скалам, показать горячие источники. Кажется, недалеко от границы есть такие же, как и рядом с поселением.

Я захватил с собой несколько плодов фруктарии — Яграз, и ягод мибери. Хотелось узнать, понравятся они ей или нет.

Стоило мне увидать вдалеке границу, как я прибавил шаг и не только из-за того, что хотелось как можно скорее добраться до места наших встреч. Рядом со стеной света, что ровно пролегала вдоль границы, стояла она — та, что захватила мои мысли и поселилась в сердце.

Глава 8. Лунолика

Одуматься пора бы,

Вот только не могу…

Скажите, что мне делать?!

Сама я не пойму.

Смотря в его глаза,

Я словно забываю…

Где свет не быть там ночи,

Где ночь не быть там дню.

Я вернулась как раз вовремя. Селена стояла возле моего лунодома, о чём-то весело болтая с младшими сёстрами. Я незаметно пробралась внутрь через оклун и уселась ждать сестру.

Моё сердце в последнее время всё чаще начинало биться неспокойно. Словно кто-то раз за разом заставлял меня оббегать наше поселение не менее пяти раз, дабы добиться такого эффекта.

В глубине души я понимала, что всему виной Лучезар, но, несмотря на это, я не могла отказаться от наших встреч.

Это было так непохоже на меня, что я начинала бояться… бояться саму себя, своих желаний, решений и действий. Но самое страшное во всем этом было то, что я ни с кем не могла поделиться своими переживаниями.

Моя шилэнис просто будет следовать за мной по пятам, дабы уберечь меня и не допустить того, что я бежала на границу. Что касается Селены, она, скорее всего, просто отстранится от меня.

Нет, в её характере не было ничего плохого, что заставило бы сестру как-то навредить мне. Но она всегда выбирала себя. Хоть сейчас Селена и навещает меня, искренне переживает и помогает… если встанет такой вопрос — тонуть вместе со мной или продолжить существовать, но без меня, Селена выберет второе.

Я почему-то была в этом уверена. Хотя, может, мои суждения и ошибочны.

За эти дни моё мировоззрение кардинально поменялось. Жители Горящих Земель, о которых так часто рассказывали старейшины, вовсе не были ужасными.

— Лу-но-ли-ка! — недовольно протянула Селена, и я, вздрогнув, обратила на неё свой взор.

Судя по виду сестры, она звала меня уже несколько раз.

— Извини, — проговорила я, неловко поправив прядь своих волос. — Я задумалась.

— Оно и видно, — хихикнула Селена, вмиг поменявшись в лице. — Сегодня будет хвалебная песнь прародительнице. Старейшины просили меня передать, что ты можешь пойти.

— Вот оно как, — безучастно отозвалась я.

Сейчас мне было как-то всё равно на события родного поселения.

— На тебя плохой луч упал? — спросила сестра, внимательно смотря на меня. — Вся какая-то вялая…

— Я не вялая, — я