Большой оххх - Никки Эштон

Деклан проводил нас до входной двери и толкнул меня с излишним энтузиазмом, отчего я споткнулась на каблуках.

— Ладно, ладно.

— Прежде чем ты уйдешь…

Слишком поздно, в дверях гостиной появилась мама.

— Нет, мама, мне не нужны презервативы, — простонал Деклан, обняв меня, чтобы открыть дверь на свободу.

— Уиллоу…

— Нет, мне тоже, — огрызнулась я, обрывая ее на полуслове.

— Полли, милая. Презервативы?

Я застонала, когда мама подняла руку и позволила презервативам развернуться в одну длинную полоску. Я добавила еще один стон, потому что знала Полли, и она любила казаться милой и рассудительной, и любила радовать моих родителей, вероятно, чтобы нравится им больше, чем я.

— О, спасибо, миссис Диксон, всегда рада.

Когда она потянулась за полоской серебряной фольги, Деклан наклонился ближе к моему уху.

— И именно поэтому я никогда не пойду на свидание с твоей чертовой подругой.

— Почему, потому что она пользуется презервативами? — Спросила я, немного обеспокоенная его отношением к безопасному сексу.

— Нет, потому что она чертова лизунья задниц, а я никого и близко не подпущу к своей заднице.

Я фыркнула от смеха и вынуждена была признать, что мой брат был прав.

Глава 16

Когда вы в общественном месте, выйдите на несколько минут, а когда вернетесь, отдайте своему партнеру свои трусики — сначала убедитесь, что вы сняли подкладки с трусиков или, там не осталось волос с лобка.

Уиллоу

Как только такси подъехало к новому джин-бару в городе, Деклан сунул водителю немного денег и практически свалил, крикнув нам через плечо «увидимся». Полли стояла и наблюдала за ним; ее губы угрюмо надулись, а руки безвольно повисли по бокам.

— Грубо.

— Я говорила тебе это годами, и, по крайней мере, дважды в день в течение последних трех лет, с тех пор как ты решила, что он тебе нравится.

Я пошла в направлении, противоположном тому, куда ушел мой брат, пройдя всего несколько шагов, когда поняла, что Полли не следует за мной.

Я обернулась и увидела ее в точно такой же позе, все еще смотрящей вслед Деклану.

— Ты идешь?

Она посмотрела на меня через плечо и грустно улыбнулась.

— Да, иду.

— Хорошо, потому что Жасмин ждет.

Полли поспешила за мной, когда мы направились к бару, где договорились встретиться с Жасмин. Она должна была прийти пораньше, как всегда, и она была поглощена своим телефоном, занимаясь любыми социальными сетями, которые считала необходимыми в своей роли «влиятельного лица», чтобы, черт возьми, это ни значило.

Жасмин никогда ни в чем не влияла на меня. Какой бы милой девушкой она ни была, у нее был сомнительный вкус во всем, особенно в одежде — все, что она носила, должно было быть от дизайнера и не могло стоить меньше трехзначной суммы, в противном случае это была, цитирую, «дешевое барахло, которое можно увидеть только на любителе выпить в 9 утра в Wetherspoons (сеть пабов) в день стирки». Можно с уверенностью сказать, что Жасмин была снобом, прямо и незатейливо. Лично я стояла в очереди у «Wetherspoons», ожидая открытия, чтобы попробовать «собачью шерсть» (прим. Алкогольный напиток, употребляемый для лечения похмелья) на многих девичьих выходных — Жасмин действительно не знала, что теряет.

Поскольку мы с Полли часто ходили за покупками в благотворительные магазины, у нас с ней регулярно возникали жаркие споры, особенно когда выбирали что-нибудь дизайнерское менее чем за десятку. Это задевало ее гордость и поджаривало чрезмерно материалистичный мозг.

Я улыбнулась про себя, когда мы вошли в дверь и, как и ожидала, заметила, что она смотрит в свой телефон и качает головой.

— Привет, — сказала я, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в щеку. — Что делаешь?

— Отвечаю на комментарий в своем инстаграме по поводу поста о маске для лица с древесным углем, которую я попробовала.

— Почему ты качаешь головой? — Спросила Полли, целуя Жасмин в другую подставленную щеку.

— Потому что было чертовски больно пытаться снять это, и я сравнила это с эпиляцией моей вагины воском. — Она посмотрела на нас и сверкнула улыбкой, которая больше походила на то, что она пытается языком вытащить кусочек еды из зубов. — И какой-то идиот назвал меня слабачкой.

— И что ты ответила? — Спросила Полли.

— Я сказала пойти и выдернуть пинцетом каждый волос на лобке по отдельности, сделать маску для лица, а затем сказать, что из этого было больнее. Я поспорила с ними на кредитницу Kate Spade (бренд), что маска для лица причиняет больше боли.

Я в замешательстве нахмурила брови.

— Ты же знаешь, что они будут лгать, — предположила я, взглянув на содержимое ее бокала, поскольку она была из тех людей, которые меняют свой любимый напиток каждую неделю в зависимости от того, что было в моде.

— Нет, не смогут, — беззаботно ответила она. — Я настаиваю на видео доказательствах, или их отзыв не в счет.

— Кто, черт возьми, будет снимать на видео, как выщипывает свой лобок? — Я усмехнулась.

— Тот, кто хочет держать кредитницу Kate Spade, конечно.

Глаза Жасмин расширились, а рот сложился в идеальную, удивленную маленькую букву «о» из-за моего очевидного невежества в отношении владельцев кредитниц и желания людей иметь их.

— Ну, я бы не хотела такую, — пробормотала я. — Что плохого в том, чтобы хранить свои карточки в лифчике, как любой нормальный человек?

Жасмин выпрямилась и издала странный сдавленный звук.

— Еще скажи, что хранишь там свой телефон?

Я пожала плечами.

— Да.

— Боже мой, ты такая… тьфу, нет слов. Пожалуйста, скажи, что ты носишь хотя бы однотонное нижнее белье.

— Ну, если надеваю черные брюки и белый топ, то нет.

— Это допустимо, но в противном случае я не могу поверить, что ты моя подруга, если по собственной воле смешиваешь и сочетаешь все подряд.

Полли тихонько фыркнула; она прекрасно знала, как сильно я люблю заводить Жасмин. Это было моим самым любимым занятием с тех пор, как мы впервые встретились в старшей школе, когда нам было по одиннадцать лет, и я убедила ее, что мы едим рыбные палочки и чипсы crinkle cut на рождественский обед, потому что моя мама была турчанкой и не ела индейку.

— Мои воротнички и манжеты тоже не сочетаются, — добавила я, выуживая из сумки кошелек «не Kate Spade».

— Ты имеешь в виду…? — Она посмотрела на мою голову, а затем вниз, к промежности. — Твоя вагина не шоколадный трюфель 515?

Я покачала головой.

— Нет. Честно говоря, я бы сказала, как Домашняя мышь 69.

Полли