Право первой ночи для генерала драконов - Екатерина Владимировна Скибинских

для рук, настои для блеска волос, простые лечебные отвары. Они хихикали, но все равно

пользовались и даже стали просить делать на заказ. Я планировала начать продавать их

посетителям по цене, гораздо ниже рыночной. Но сначала нужно обсудить это с Томасом.

Пусть он возьмет свой процент, зато будет на моей стороне.

До моего поступления в академию оставалось чуть больше месяца. Как-то на рынке я

купила пару книг по магии, надеясь начать изучать что-то заранее. Но пока особой пользы

от них не было. Слова плыли перед глазами, а теория оказалась сложнее, чем я

представляла. Увы, без учителя в этом всем не разобраться. Но на всякий случай я

зазубривала сложные магические формулы и пыталась хоть как-то, вникнуть в

написанные объяснения в надежде, что потом мне будет достаточно, одного толчка, чтобы связать это все воедино.

И разумеется, пока жила здесь, я продолжала мазать кожу притиркой, рисовать веснушки

на лице и следить за волосами, делая их светлее. Не хотелось думать, что в самом деле

черти занесут дракона именно сюда, но судьба бывает той еще шутницей.

— ЭЙ, малец! — раздался знакомый голос. Я подняла голову и увидела перед собой

одного из частых посетителей таверны, который махал мне рукой, подзывая.

Вздохнув, я снова взяла поднос и двинулась к нему. Работать так работать. Вот только

интуиция уже второй день истошно вопила, говоря, что спокойной жизни вот-вот наступит

конец...

22.

Ночь обещала быть долгой. Томас уехал в другой город, чтобы навестить дочь, и оставил

нас самих справляться с вечерней сменой. Кларисса и Катрина взяли на себя кухню, а мы с

Маришкой зал. Поначалу казалось, что все пойдет гладко, но, как назло, народ повалил

толпами. Столики заполнялись быстрее, чем мы успевали принимать заказы, а воздух был

пропитан жаром и запахами еды, пота и дешевого пива.

Девчонки на кухне работали как одержимые, слышно было, как сыпались приказы, звенела утварь, и время от времени из-за дверей кухни доносились короткие

напряженные смешки. А вот в зале все шло куда сложнее.

Я носилась с тяжелыми заставленными подносами, едва успевая между столами.

Жар стоял невыносимый, словно кто-то специально подогрел весь воздух. В какой-то

момент я сняла жилетку, оставшись в просторной рубахе. Благо ткань плотная, да и

покрой свободный — небольшую грудь точно никто не заметит, а в жилетке недолго и

тепловой удар получить. Но даже это не помогло — ткань липла к телу, пот стекал по шее, и я чувствовала, как мои волосы прилипли к вискам.

— Маришка, — окликнула я напарницу, пытаясь перекричать шум зала, — как ты там?

Держишься?

Она лишь кивнула, но ее глаза были слишком напуганные. Я в который раз за вечер

подумала, что зря мы решили ее сегодня пустить в зал. Среди нас всех она самая

стеснительная и скромная. Но девушка сама настаивала, аргументируя тем, что

фигуристые Кларисса и Катрина вызывают ненужный ажиотаж, а нам не с руки сегодня

провоцировать кого-либо, пока Томас в отъезде.

И стоило мне об этом подумать, как с ее стороны раздался пьяный гогот мужчин и

тоненький девичий вскрик. Молниеносно обернувшись, я увидела Маришку у столика с

большой компанией. Видимо, принимала заказ.

Рыжий бородатый мужчина что-то негромко ей говорил, теребя ее кружевной фартучек.

Она стояла как вкопанная, губы дрожали, глаза начинали блестеть от слез, еще немного

— и она просто разрыдается.

Черт! Я бросила поднос на ближайший стол, где удивленные посетители только что

собирались спросить еще одну кружку эля, но мне было не до них. Через секунду я уже

протискивалась через толпу к Маришке, пока ее не усадили прямо на колени к этому

пьянице. Подоспела как раз вовремя, чтобы увидеть, что уже второй тянет ее к себе за

стол.

— ЭЙ, ребята, полегче! — сказала я, пытаясь сохранять спокойствие, но внутри все кипело.

— Что-то вам эль не идет на пользу. Вы не пробовали закусывать? Могу посоветовать

изумительные куриные окорочка в медово-горчичном соусе. Кстати, а вы уже пробовали

наше фирменное блюдо, копченые свиные ушки? Уверяю, любезные господа, вы

полжизни потеряли! Маришка, ты еще здесь? Давай быстренько, скажи на кухне, чтобы

все приготовили в лучшем виде, чтобы я подал нашим дорогим гостям.

Я тараторила на одном дыхании, не давая никому и слова вставить, попутно, умудрившись выдернуть Маришку из рук пьянчуги и кивнув ей на кухню. Она благодарно

кивнула и поспешила туда. До закрытия теперь будет там, а вместо нее выйдет Кларисса, как более бойкая. Да и будет неудивительно, если как раз она благосклонно примет

ухаживания одного из компании. Вон тот рыжий как раз ее типаж.

Мужчины рассмеялись в ответ на мои слова.

— А малец-то какой смелый! — хмыкнул тот, у кого я практически выхватила из рук

Маришку. Наклонился ко мне, его пьяное дыхание пахло кисло и мерзко. — Не боишься

после таких своих действий гулять в одиночестве по улице?

Я хмыкнула, пытаясь сыграть на шутке, как всегда это делала в подобных ситуациях.

— А чего бояться? Это я сейчас такой хиляк, но я вас уверяю: еще чуть подрасту —и сам

стану грозой района, — фыркнула я, горделиво задрав подбородок и приосанившись, давая всем рассмотреть мое хрупкое телосложение. Это возымело привычный эффект.

Они дружно заржали, к ним присоединились некоторые люди и за другими столиками. Я

продолжала сыпать шуточками, предлагая сделать заказ, нахваливая нашу кухню. Краем

глаза заметила, как в зал действительно выпорхнула Кларисса и принялась обслуживать

новых посетителей, коих за время наших разборок с этой компанией стало гораздо

больше. Я уже почти поверила, что удалось разрядить ситуацию, как вдруг все

изменилось.

— Цыц, малой, хватит трещать, — рявкнул тот самый рыжий, прежде чем его рука резко

потянула меня за локоть.

От неожиданности я не удержалась на ногах. А может, кто-то успел что-то разлить и я

банально поскользнулась. Но уже в следующий миг земля ушла из-под моих ног, и я упала

прямо на него.

Хриплый смех, заглушив мой невольный вскрик, захватил всю компанию. Они улюлюкали, кто-то кричал мне что-то, но я уже не слышала. Рука рыжего попала мне прямо на грудь и

слегка сжала ее. Время замедлилось. Его глаза расширились, на лице появилось

выражение удивления и озарения.

— Да это же девка! — взревел он. — На сегодня эта цыпа моя!

Остальные мужики захохотали еще громче, решив, что это шутка,