Истинная проблема для дракона - Лана Воронецкая

Видно, что любит Дориана. Просто ей хочется повредничать. Чтобы не натворил Дориан, но я понимаю Ашару. И мне так хочется, чтобы один блондинистый гад влюбился в меня по уши, также, как Дориан в Ашару.

А еще у меня есть тайное притайное желание, от которого захватывает дух, стоит только допустить маленькую мыслишку о том, что это может быть правдой… Асгар может быть моим истинным? Сердечко принимается отстукивать чаще. А я гоню эти мысли прочь. Я всё себе придумала. Наслушалась сказок от подружек дракониц и теперь примеряю на себя.

Асгар –«последний из древнейших», брат самого Архимага, а я –простая человечка, без роду без племени, пустышка, обделённая магией. Где он, и где я? Не стоит тешить себя нереальными мечтами.

Я стараюсь выкинуть гада из головы, но нас с Асгаром всё время сталкивает случай. Как хочется, сказать, что это –судьба. Но, нет. Понимаю, что виноват дурацкий маячок. Я так никуда его и не пристроила. Ну, погоди, вредный дракон! Я что-нибудь придумаю.

Только мне снова указывают на моё место… Ага, прямо носом в пыль на заднем дворе...

__________________

* прим. автора: свою историю любви с ректором Эдна рассказывает в книге «Академия ДРАГОН: Станешь моей истинной»

https:// /ru/book/akademiya-dragon-stanesh-moei-istinnoi-2-b453209

Глава 19

Я валяюсь в пыли на заднем дворе Академии, рассматриваю носки сапог ненавистного блондина. Всё внутри сжимается, как подумаю, что сейчас начнёт издеваться.

Я шла в общежитие после дополнительной практики по скетчам, никого не трогала. Мне удалось сделать несколько интересных набросков –меня похвалил маэстро и отобрал пару работ для конкурса, назначил индивидуальные занятия, чтобы помочь доработать. Я замечталась и пошла напрямую, через задний двор.

Уже вечерело, на Академию спустились сумерки. Обычно на заднем дворе никого нет, а мне наперерез вышли несколько драконов, во главе с Далилой –той самой вредной драконицей, которая постоянно липнет к Асгару.

Я опустила голову, крепче вцепилась в объемную папку с набросками, попыталась незаметно прошмыгнуть мимо.

И у меня почти получилось, но кто-то выставил подножку –я потеряла равновесие и со всего маха полетела вниз.

Эскизы выскочили из рук и разлетелись по земле. Я больно ударилась коленками и пропахала подбородком по пыльной дорожке.

Сверху раздался дружный ржач и заливистый голосок Далилы:

— Ой, кто это тут у нас такой неуклюжий –нерасторопный? — она демонстративно наклонилась ниже, делая вид, что рассматривает меня. — А, да это человечка –замарашка. Ей тут самое место –на обочине жизни, в грязной пыли. Как ты посмела разлечься у нас на пути?

Она разогнулась и наступила на один из моих рисунков. Я с сожалением закусила губу, наблюдая, как она пачкает набросок. Далила проследила за моим взглядом, злорадно скривилась и специально потопталась на листе.

Затем прошлась по моей юбке и занесла ногу, чтобы наступить на следующий рисунок –один из тех, которые маэстро отобрал для конкурса. Я попыталась выдернуть его из-под лакированных туфель, но не успела. Она резво припечатала бумагу к земле, а я лишь оторвала клок.

— Упс, — она округлила глазки, — Ты что наделала, человечка? Порвала свой же эскиз?

Стало невыносимо обидно. Это так несправедливо. Я работала над зарисовкой несколько часов. Остальные драконы только смеялись и перебрасывались нелестными эпитетами в мой адрес. Никто не собирался помочь.

В папке были не только рабочие наброски. Там хранились и личные рисунки тоже. А зажмурилась со стыда, когда Далила потянулась за одним маленьким клочком, рассмотрев на нём …портрет Асгара.

Зачем я его рисовала? Рука сама это сделала. И угораздило же положить его вместе с другими работами.

Сверху раздаётся визг драконицы, она кому-то кричит:

— Отдай!

Я приоткрываю щелочку между век –посмотреть, что там Далила делает с моим наброском и утыкаюсь в носки мужских сапог. Кто-то из драконов подошёл ко мне вплотную –ну, не будет же он меня бить лежачую на земле? Хотя с этих уродов станется.

Уже смелее я задираю голову –надо мной нависает блондинистый гад. Асгар. Он задумчиво пялится на свой портрет, который отобрал у драконицы. Магинечка Елена! Теперь возомнит себе то, чего нет. Или есть. Но я не хочу, чтобы он знал о моих чувствах!

Я ненавижу его! И себя. За то, что позволила Асгару залезть в своё сердце.

— Заткнись, Далила. Это не твоё.

Асгар сворачивает листок и убирает себе в карман.

Драконица вскидывается:

— Это и не твоё. Зачем ты засунул свой портер в карман? Сдалась тебе эта ущербная человечка.

Асгар нагинается, и я не успеваю возразить, как он подхватывает меня, поднимает с земли, принимается отряхивать юбку. Потом распрямляется, разворачивается, загораживая спиной, грозно рычит:

— Это –моя человечка. Только я могу обзываться и издеваться над ней. Ясно?

Смешки прекращаются. Драконы перебрасываются недоуменными репликами. Кто-то говорит, что Асгар ведёт себя так из-за того, что ректор назначил его моим куратором. А кто-то нарывается еще хлеще:

— Дориан тоже так рычал. А теперь под юбкой у человечки ползает, позволяет ей веревки из себя вить.

— И ты туда же, Асгар?

— Да, что с тобой?

Асгар звереет:

— Не ваше дело. Если кто еще тронет человечку, прибью. Пошли вон!

Драконица подходит к блондину близко-близко, на её личике озабоченное выражение. Она тянет руки к моему чешуйчатому гаду, кладет ему на плечи, успокаивая:

— Что, ты, милый. Не злись. Мы всё поняли. Твои игрушки никто не будет трогать. Подождём, пока наиграешься.

Асгар скидывает её ручонки, передёргивает плечами:

— Тебя тоже касается, Далила. Иди прочь!

Драконица поджимает губы, одаривает меня мимолетным злобным взглядом исподлобья и задирает подбородок:

— Ну, знаешь, Асгар, я никому не позволяю так со мной разговаривать, — она отвешивает блондинчику звонкую пощечину, резко разворачивается, взметнув пыль пышной юбкой и подходит к другому дракону, виснет на нём.

Тот только рад, довольно улыбается и тоже разворачивается. Вся компания тихо уходит, не оборачиваясь.

Асгар поднимает наброски, которые топтала Далила, молча вытаскивает оторванный кусок у меня из руки, дует на них –и бумага очищается от грязи, разорванный рисунок снова становится целым. В полном молчании он собирает остальные эскизы в папку.

Я растеряна. Не знаю, что сказать. Значит, издеваться надо мной может только он…

Асгар разворачивается, хватает за руку и ведёт через двор. На зло блондинистому гаду пытаюсь вырвать ладошку. Мне, конечно, не хочется –мне до мурашек приятно, когда он вот так обхватывает пальчики: властно, крепко, настойчиво...