Клетка для дикой птицы - Брук Фаст

Выходит, теоретически сегодня никто из нас мог и не умереть. Если достаточно быстро бегать и уметь прятаться, охотники могли бы так никого и не найти.

Только шансы на это были… мягко скажем, невелики.

— Помимо забора, ограждающего охотничьи угодья, действует магнитное силовое поле, привязанное к вашим браслетам. Оно перестраивается каждые тридцать минут, удерживая вас внутри определённого сегмента территории. Первые тридцать минут вы будете заперты на внешнем кольце — между периметром и границей поля. Потом граница сместится внутрь, подталкивая вас ближе к центру, но всё ещё не позволяя добраться до безопасной зоны. В этом втором сегменте вы проведёте ещё тридцать минут, и только при третьем смещении получите возможность пробиться к Кровавому дереву.

Кровавое дерево. То самое, которое та заключённая в душевых повторяла снова и снова. Меня затошнило.

— Что такое Кровавое дерево? — спросил один из заключённых, дрожа так сильно, что слова едва прорывались наружу.

— Кровавое дерево — ориентир, которого вы должны достичь, чтобы пережить охоту, — объяснил Вейл. — Ваша задача — добраться до него живыми, а задача охотников — убить вас до того, как вы его коснётесь.

Я сузила глаза. Значит, силовое поле нужно, чтобы мы не рванули к дереву сразу же, как только ворота откроются. Две минуты — огромная фора, а с тем оружием, что есть у охотников, они будут двигаться медленнее нас. Без поля большинство мишеней, наверняка, дотянули бы до дерева живыми.

Но где тогда веселье для охотников?

Я стиснула зубы.

Август толкнул меня локтем, вытаскивая из мыслей, и наклонился к самому уху:

— В Кровавое дерево встроены датчики. Как только ты его касаешься, браслет становится красным, и охотники больше не могут стрелять по тебе.

Вейл прочистил горло и уставился на нас так, что Август тут же захлопнул рот и вернулся лицом к остальным.

— Порядок, в котором вы доберётесь до Кровавого дерева, влияет на ваш ранг, — продолжил Вейл. — Чем быстрее доберётесь, тем сильнее поднимется ранг.

Первой я там точно не окажусь — не при условии, что мне нужно использовать всё время, которое даст силовое поле, чтобы изучить охотничьи угодья и поискать слабое место в системе безопасности для нашего побега.

Только вот в одной части его объяснения был прокол.

— Магнитное поле, — выпалила я. — Как мы узнаем, что оно сдвигается? Или, где его граница?

Вейл нахмурился, взгляд скользнул по моему лицу:

— Почувствуете. Двигайтесь так быстро, как можете, и не придётся об этом беспокоиться.

Я оглядела комнату, прикидывая других заключённых, и взгляд зацепился за Торина. Его трясло, по лбу струился пот, стекая с волос крупными каплями.

Я сглотнула и отвернулась.

Вейл провёл картой по считывателю и отпер стальную дверь перед нами, подтвердив мои подозрения — это был вход на охотничьи угодья. За дверью виднелось несколько шагов открытого пространства и упиравшаяся в землю металлическая стена, скрывавшая всё, что находилось дальше, кроме унылого серого неба над головой.

— На охоте действует одно правило, — сказал Вейл. — Никаких физических контактов с охотниками, если только они не напали на вас первыми. Не начинать драки, не вмешиваться, если охотятся за другим заключённым. Никаких сговоров, чтобы завалить охотника толпой.

— Как только выйдете за эту дверь, идите по коридору до конца, пока не дойдёте до своей кабинки, — продолжил он. — На время отсчёта вы будете заперты поодиночке. Когда отсчёт закончится и прозвенит сигнал, двери откроются, и вы выйдете на территорию. Дальше можете действовать по любому плану.

Заключённый передо мной рухнул на пол; тело его выгнулось, руки и ноги затряслись в судорогах.

— У него припадок! — крикнул Август, опускаясь рядом с ним на колени.

— Отлично, — проворчал Хайд, закатывая глаза и подходя ближе. Он закатал рукава, обнажая тощие руки с татуированными засечками, и потянулся к заключённому. — Теперь начнём позже.

— Начнём вовремя, — отрезал Вейл и шагнул к нему. — Отнеси его в лазарет.

Он развернулся, оглядел комнату, пока взгляд не нашёл другую охранницу:

— Аня! — позвал он. — Нужна замена. Забей на ротацию, возьми кого-нибудь из Блока А, так быстрее.

Аня сорвалась с места, но остальные заключённые уже толкали меня в спину, протаскивая через дверь в открытый, обшитый металлом коридор, и я не успела увидеть больше.

Я замялась у входа в кабинку, и Хайд грубо толкнул меня вперёд. Я споткнулась и врезалась в холодную стальную стену. За спиной с грохотом захлопнулась дверь, запечатывая меня в тесном металлическом коробе.

В груди всё сжалось, дыхание стало быстрым и поверхностным.

— Нет, — прошептала я. Стены были слишком близко. Слишком тесно.

Я подняла голову, и меня накрыла тяжесть свинцового неба, будто оно давило прямо на грудь, душило. Влажный воздух застревал в горле, пот стекал по спине, щекоча кожу. Ждали ли охотники по ту сторону двери, с пальцами на спусковых крючках, готовые расстрелять нас в тот же миг, как только мы выйдем?

Сердце колотилось, как обезумевшая птица, бьющаяся о прутья клетки моих рёбер. Я осмотрела кабинку в поисках выхода, но гладкие металлические стены уходили вверх без единой щели, ни за что было зацепиться.

Голос Вейла прорезал поток панических мыслей:

— Мишени. Через пару секунд вы услышите запуск таймера. У вас будет десять секунд, чтобы приготовиться, потом прозвучит сигнал, и мы выпустим вас из кабинок. В этот момент я советую вам бежать. Через две минуты после вашего выхода прозвучит тревога — это значит, что охотникам разрешено выйти на территорию. Удачи.

Отсчёт начался, каждый щелчок таймера совпадал с ударом моего сердца, разгонял кровь по венам, будто вбивался в самые кости.

А потом воздух разорвал пронзительный сигнал, и металл передо мной отъехал в сторону, открывая вид на охотничьи угодья.

Глава одиннадцатая

Как только я увидела равнину, дыхание выровнялось, каждый вдох стал глубже, и я втолкнула панику подальше, в самый темный угол сознания.

Передо мной раскинулось поле, тянущееся до самого края густой стены деревьев и старого хвойного леса за ними. Остальные заключённые уже выскочили из своих отсеков и мчались к кажущемуся спасительным укрытию под тёмными кронами.

Я вырвалась из своего отсека и рванула по открытому полю. Дождь впитывался в ткань комбинезона, пробирая до костей. Я успела сделать всего пару шагов, когда чьи-то руки толкнули меня в