Первое свидание - Сандра Мэй

— Вы хорошо выглядите. И леди Пилбем ее лет тоже никто не даст...

— Бросьте. Потом, она-то точно знает, сколько ей лет.

— Я вчера немного дерзко с ней разговаривала...

— Немного? Дорогуша, да ведь ты прямо в лицо ее назвала старухой! Как там... «зрелая и умная женщина с опытом». От такого любая взбесится. Мой тебе совет — и дальше отказывайся плавать в открытом море. Спихнет за борт — и вся недолга. Вероятно, тебе скоро придется искать работу.

— Это еще почему?

— Ну они же с Брюсом поженятся... Ай! Ты дернула меня за волосы!

— Извините. Тут заколка... А почему вы так думаете?

— Тут и думать нечего. Пруденс запала на красавчика Брюси еще при старике Пилбеме. А когда Пру чего-то хочет, она это получает.

Кэти через силу улыбнулась.

— А мнение Брюса она узнать не хочет?

— В каком смысле?

— Ну... может, он не хочет на ней жениться?

— С чего бы? Отличная партия, как ни крутани. Оба миллиардеры, из хороших семей, красивые... ну по крайней мере, Брюс — красавец. Прямо созданы друг для друга.

— Мне кажется, мужа и жену должно объединять еще что-то. Интересы, убеждения...

— Конечно! У них это есть. Деньги. Оба любят и умеют их делать. Собственно, дорогуша, что бы мы с тобой ни говорили, дело уже на мази. Она ведь и пригласила его сюда, чтобы сделать предложение.

Кэти едва удержалась, чтобы не треснуть Зельму щеткой, но вместо этого только саркастически заметила:

— Я очень отстала от жизни. Мне казалось, это мужчины делают предложение женщинам, а не наоборот.

— О, Пруденс такие мелочи никогда особенно не смущали. Я же говорю — она танк. Что захочет, то и получает. В детстве было так же.

— Вы дружите с детства?

Зельма неожиданно зло усмехнулась.

— Дружим? О нет. Я ненавижу ее с детства, а она меня с детства водит на коротком поводке — ведь на моем фоне она выглядит королевой.

— Странные отношения.

— Почему? Во-первых, это выгодно. Я живу у нее в доме, мотаюсь с ней по курортам, всякое такое... Во-вторых, ненавидеть полезно. Стимулирует надпочечники. Короче, думаю, к Рождеству они поженятся. Ай! Опять дернула. Вот что, дорогуша, подай-ка мне халат, если не трудно. У меня во рту помойка, но от твоего угля мне полегчало и я хочу пи-пи.

Зельма сползла с постели и решительно сбросила свою ночнушку. Кэти отвернулась. Нельзя сказать, чтобы Зельма была уродлива, но...

— Ах, какие сиськи! Спасибо Пру, между прочим. У нее потрясающий хирург. Взгляни, правда, здорово?

— Да.

— Конечно, тебе-то пока неинтересно. У тебя и свои хоть куда. Пруденс вчера глаз с твоего бюста не сводила. Еще бы! Угрохать кучу денег на силиконовые имплантаты специально для встречи с Брюси — и встретить вместе с ним молодую фею с натуральным шикарным бюстом! Любая запечалится.

Воспользовавшись визитом Зельмы в туалет, Кэти сбежала и до самого обеда бродила по саду и оливковой роще, кусая губы и ожесточенно споря сама с собой.

Какое ей дело до возможной женитьбы Брюса на леди Пилбем? Да никакого, если не считать того, что Кэти сразу же уволят.

Значит, тебя волнует только это?

Разумеется. В кои веки заполучила отличную работу, держусь уже месяц — и снова увольняться?

Врешь! Ты ревнуешь.

Вот еще!

Ты его любишь.

Не-ет, вот тут уж позвольте с вами не согласиться. Я влюблена — это ладно, это пожалуйста. Потому что в Брюса Блэквуда невозможно не влюбиться. Он слишком хорош, чтобы реагировать на него спокойно. Но любить...

Ты только теорий не разводи, о'кей? Полюбить — влюбиться... какая разница, если ты не представляешь уже себе другой жизни, жизни, в которой нет Брюса Блэквуда?

Прекрасно представляю. Я всего месяц нахожусь с ним рядом, понятно? И по большому счету я понятия не имею, что он за человек. Да, с ним легко и весело, он демократичен в самом хорошем смысле этого слова, его обожают все сотрудники, он остроумен, обаятелен, красив... но какой он на самом деле?

Ты дура, да?

Да, скорее всего...

Зельма бродила по дому и искала Кэти, поэтому та сочла за лучшее сбежать в деревню. Джемма одолжила ей велосипед, и смелая Кэти Спэрроу покатила по пыльной дороге, хохоча от удовольствия.

Деревня ей очень понравилась, тем более что здешние магазинчики были просто великолепны. Кэти купила себе купальник — чтобы ходить купаться и без Джеммы — и послала дяде Филу и Зете открытку с видом Мессины. Ее немного мучила совесть — ведь она так ничего дяде и не рассказала толком, лишь очень коротко предупредив по телефону, что у нее теперь новая работа.

Потом она посидела в кафе, съела три порции местного мороженого, выпила домашнего лимонада и отправилась в обратный путь.

Как оказалось, мореходы уже вернулись — фрау Бюхнер немного укачало, и теперь она лежала в тени на террасе, а муж обмахивал ее большим веером. Синьор Бартоломео извинился, подхватил свой подрамник и убежал в поля, печальный же Гордон Джонсон удобно устроился в беседке посреди сада и потому заметил вернувшуюся Кэти первым.

— Кэтрин! Вы тоже времени зря не теряли?

— Добрый день, Гордон. Я отлично прокатилась до деревни.

— Надеюсь, за ужином мы увидимся?

— Возможно. Я так объелась мороженого, что еще не знаю, захочу ли есть...

С этими словами Кэти укатила за дом, к конюшням, а мистер Джонсон сказал подошедшему к нему Брюсу Блэквуду:

— Очаровательная девушка. Непосредственна, словно дитя, но при этом умна и обаятельна.

— О да. Спэрроу у меня чистое сокровище.

— Брюс... вы не рассердитесь, если я скажу одну вещь?

— Я никогда не сержусь, Гордон, тем более на своих банкиров. Это экономически невыгодно.

— Все шутите... Я хотел спросить: у вас с мисс Спэрроу роман, не так ли?

Брюс присел на перила беседки и налил себе виски с содовой.

— Это так бросается в глаза, да? Пру сегодня мне все уши прожужжала на яхте...

— Девочка влюблена в вас, это ясно. Брюс, простите меня, я наверняка бестактен и вторгаюсь не в свою область... Просто мне очень симпатична мисс Кэтрин. А вы...

— Продолжайте, Гордон, продолжайте. А я, известный бабник и насмешник, собираюсь над ней надругаться и разбить ей сердце?

— Ну... вы несколько утрировали, но в целом... Ведь насколько я понимаю, планы леди Пилбем...

Брюс вдруг рассмеялся и хлопнул Джонсона по плечу.

— Старина, планы леди Пилбем — это только ее планы. Что же касается мисс Спэрроу, то... вы правы, это совершенно не ваше дело, но я все же скажу вам. Кэтрин Спэрроу — единственная женщина на земле, которую мне почему-то хочется свозить на мой остров.