Пленница дракона. Клятва против сердца - Кристина Юрьевна Юраш

Слёзы не лечат. Они лишь размывают контуры. А мне нужна была чёткость.

Я высыпала камни на кровать. Плоские, неровные, тяжёлые. Они легли на грубое полотно, как кости на операционный стол. Я провела пальцем по краю одного. Линия едва проступала, тусклая, как старая запись на пергаменте.

Глава 58

Нужно будет найти остальные части узла. Так, что я вижу… Внешнее кольцо. Внутренний резонатор. Я знала их формы по чертежам Академии, но здесь, в живом камне, они были другими. Грубее. Древнее.

С такими порталами я еще не сталкивалась.

Я присела на край. Пальцы дрожали. Не от страха. От напряжения. От осознания, что каждый осколок — это шаг в неизвестность, где нет ни протоколов, ни Клятвы, только мой выбор и его цена. Печать на запястье ныла ровным, тягучим фоном, напоминая: там рана. Ты должна лечить ее. Я терпела. Боль была ценой за право действовать.

За дверью что-то щёлкнуло. Тихо. Едва уловимо.

Я замерла. Дыхание остановилось.

Не он. Старое дерево. Ветер, пробирающийся сквозь рассохшиеся петли. Или проверка. Я не стала дышать, пока не убедилась, что коридор пуст. Только тогда прикрыла камни краем одеяла. Села прямо. Вдох. Выдох. Пульс выровнялся. Я медикус. Я умею работать в хаосе. Я умею ждать. Я умею притворяться, что все хорошо, чтобы не пугать пациента.

Завтра принесу ещё. И послезавтра. Пока узор не сомкнётся. Пока портал не станет целым.

Я подумала и с трудом закатила матрас, положив под него мои находки и пересчитав их для спокойствия.

Осталось только стряхнуть каменную крошку с одеяла и ждать.

А пока… Пока я буду улыбаться, когда он спросит, как я спала. Буду есть его еду. Буду смотреть в его маску и притворяться, что верю в его игры.

Я выживу. Даже если для этого придётся научиться лгать так, чтобы Клятва принимала ложь за лечение. Даже если придётся стать тем, кем я быть не хотела. Убийцей.

Я провела ладонью по лицу. Кожа была сухой, горячей. В комнате пахло старой древесиной, пылью и тем странным, почти неуловимым запахом, который оставался после его шагов. Я знала: он где-то рядом. Не в коридоре. В самой структуре этого места. В камне, в воздухе, в тишине между моими ударами сердца. Он ждал. Не чтобы сломать. Чтобы понять, насколько далеко я готова зайти.

Я закрыла глаза. Представила, как осколки ложатся друг к другу. Как линии соединяются. Как пространство вздыхает, расправляясь после долгой раны.

«Я соберу тебя, — прошептала я в пустоту. — И ты унесёшь меня туда, где я снова стану собой».

Глава 59

Я решила не мешкать. Не медлить. Пока есть возможность, нужно осторожно собрать все осколки.

Коридоры цитадели дышали неравномерно.

Я выучила их ритм: скрип балок, шёпот сквозняка в щелях кладки, отдалённый гул ветра над обрывом.

Между этими звуками возникали паузы. Я ждала их, как ран на теле.

Каждая минута тишины — шанс проскользнуть к разбитому диску, не будучи пойманной. Не будучи замеченной.

Не нравился мне этот странный резонанс. Я просто представить себе не могла, что будет дальше? А мне придется лечить его еще несколько дней. А если каждый раз будет такое чувство? Что это вообще такое? Я никогда не слышала о том, чтобы целитель в процессе лечения вдруг… эм… “возжелал” пациента.

Теория, полученная в Академии, и практика, полученная в больнице, шептала, что такое невозможно.

“А что, если я… не устою?”

Эта мысль была такой резкой, такой неприятной, что я даже замерла на месте, словно пришибленная.

“Как это я? И не устою?” — ответила я самой себе.

Но самое страшное, что в голосе не было уверенности.

Это означало только одно. Портал нужно собрать как можно быстрее. Быть может, я смогу сбежать отсюда раньше, чем… чем… эм… это случится.

Я шла босиком, ступая по краю каменных плит, чтобы подошвы не издавали звука. Пальцы находили осколки на ощупь. Холодные, неровные, с застывшими в толще серебристыми жилами. Я прятала их под мантию, за пояс, в карманы, набивая их так, что острые края умудрялись царапать бедро сквозь одежду.

Каждый раз, возвращаясь в комнату, запирала дверь на ржавый засов и вытряхивала находки на пол, пересчитывая. Десять. Двенадцать. Пятнадцать. Печать на запястье ныла, напоминая о ране, которую я тянула, как резину. Но страх быть пойманной перебивал даже боль Клятвы.

Когда я решила, что хватит, сняла тяжёлое шерстяное покрывало с кровати. Ткань упала на пол, подняв облако пыли. Я выложила осколки на грубое полотно простыни. Они легли кучей, мёртвыми, будто обычные камни. Я коснулась одного пальцем. Ничего. Вдохнула глубоко, отпустила плечи, убрала мысли о побеге, о нём, о Совете. Стала просто инструментом.

И тогда камень отозвался.

Не звуком. Вибрацией. Тонкой, как струна арфы, протянувшейся сквозь запястье в локоть. Два фрагмента дрогнули. Поползли по ткани. Не оттого, что я их двигала. Сами. Края, изрезанные, несовершенные, нашли друг друга.

Щелчок.

Шипение.

Они слились, будто расплавленное стекло, застыли, образовав единую пластину. Я замерла.

Вот это чудеса! Вот это я понимаю «магия древних»!

В груди сжалось холодное кольцо. Магистр не шутил. Это было что-то невероятное. Это была память пространства. Портал помнил свою форму, и магия, которой не подвластно время, возвращала ей прежний облик.

Я продолжила. Двигала, отпускала, наблюдала, как древнее плетение делает работу за меня. Камень гудел, тяжелел, впитывал тепло моих пальцев. К утру или к ночи — в цитадели время текло иначе — узор сомкнулся почти полностью.

Получилась плита. Тонкая, около двух пальцев толщиной, но весила так, будто я пыталась поднять крышку от колодца.

Я провела ладонью по поверхности. Гладкая. Холодная. И — пустота в центре. Один сектор отсутствовал.

“Вот так всегда! Тоже мне! Коробка с паззлами! Всегда боишься, что одной не хватает, и ее не хватает!”, — злилась я.

Я сжала зубы. Нужно спуститься вниз и поискать нужный кусочек. Пока я думала о чистоте, решала вопрос жизни и смерти, мой слух резко обострился.

Шаги.

Не ветер. Не балки. Чёткие, мерные, гасящие эхо.

И эти шаги приближались к двери. Я метнулась к кровати. Схватила покрывало, рванула на себя, накрыла плиту. Ткань легла неровно, обозначив бугор.

Глава 60

Я быстро схватила подушки и бросила