Кольцо - Мэри Каммингс

— Так в пальто и пошла! И без шапки! Что-то такое, — покрутил пальцем над головой Бен, — модно-вязаное на ушах, а вся макушка открыта. Кстати, надо бы ей ключи сделать.

— Вот и сделай! Что, обо всем мне самому беспокоить­ся надо? — машинально огрызнулся Ник, поглощенный свежей идеей. — Слушай, а может, ей шубку купить?

— Женщины вообще-то такое любят, — после коротко­го раздумья согласился Бен. — Если не эти... чокнутые на экологии, которые считают, что нельзя мех носить и мясо есть.

— Мясо она ест.

Бен кивнул и вернулся к первоначальной теме:

— А с подземкой все-таки не дело. Я там часто всякую шпану вижу, но ко мне особо не пристанут, а тут молодень­кая, хорошенькая...

Проскочить через парк удалось нормально — правда, пару раз вдалеке мерещились шаги, но по дороге так ник­то и не встретился. А ведь всякое бывает — Нэнси сама разговаривала с девушкой, у подруги которой в этом са­мом парке поздно вечером отобрали сумочку (и слава богу, что только сумочку отобрали!).

Добравшись до выхода, она почувствовала себя почти что дома и пошла еще быстрее. Холод уже пробирал до костей, замерзла спина и грудь. Грудь всегда мерзла поче­му-то сильнее всего — не ноги в тонких колготках, они как раз холода особо не чувствовали — а именно грудь, которая на холоде тут же начинала ныть.

«Если завтра так же холодно будет, нужно куртку на­деть!» — с этой мыслью Нэнси свернула в боковую ули­цу — и неожиданно почувствовала себя счастливой. Сра­зу стало теплее, перестал задувать под юбку ветер — а впе­реди горел фонарь над калиткой и радостно, словно поторапливая ее: «Иди скорей сюда!», светились окна.

И стало неважно, сказал или не сказал Ник, что она ему нравится, — зато он ждал ее и даже включил фонарь, и сейчас, когда она придет, обрадуется! И в доме тепло, и не нужно сейчас будет, превозмогая усталость, «сообра­жать» что-нибудь на ужин, зная, что никому нет дела, по­ужинает она вообще или нет.

Последние метры Нэнси почти бежала. Стоило про­тянуть руку к калитке, как та щелкнула и приотворилась — а за ней виднелся прямоугольник открытой двери и Ник, к которому она понеслась по обледенелой дорожке. До­бежала и нырнула в распахнутые навстречу руки.

Ник схватил ее, плюхнул себе на колени и обнял — сна­чала на секунду все тело прохватило холодом от пропитанного морозным воздухом пальто, а потом стало тесно и тепло.

— Сумасшедший, ты же простудишься! Холодно на ули­це! — сказала она в оказавшееся поблизости ухо, поцело­вала туда и рассмеялась, просто так, от радости.

Он нетерпеливо замотал головой, начал копаться в пуговицах ее пальто — весьма кстати, ведь ее собствен­ные пальцы замерзли до того, что не сгибались, — а сзади уже не дуло, и в коридоре было тепло, и издалека, с кух­ни, доносились запахи и звуки. И Нэнси задохнулась от охватившего ее острого счастливого чувства: она дома!

Еще часов в десять, когда Нэнси только-только закон­чила работу, Ник стал поглядывать на часы. Интересно, сколько времени у нее занимает дорога? Минут сорок?

Часов в одиннадцать, вспомнив мрачные сентенции Бена относительно «шпаны в подземке», он забеспокоил­ся уже всерьез, и, увидев в конце улицы знакомый силуэт, с облегчением устремился к двери.

Нэнси влетела в дом, будто за ней кто-то гнался, — сия­ющая, разрумянившаяся — и сразу, сама собой, оказалась в его руках. От нее вкусно пахло морозом, свежестью и сне­гом, она смеялась и бормотала над ухом что-то про холод, и сама была холодная и упругая, как клубничина из холо­дильника. И ему страшно захотелось вытряхнуть ее побы­стрее из холодной шкурки и потащить в комнату — пока­зывать сюрприз! Зря он, что ли, весь вечер старался?!

Начал расстегивать пальто, потом дотянулся и расстег­нул сапоги, потом — снова пальто. Смеясь, она путалась под руками, пыталась помочь и только мешала ему холод­ными пальцами.

— Ты чего без перчаток?

— А я их все время в подземке забываю! — последовал радостный ответ. — Сижу до последней минуты, а потом вскакиваю и к выходу бегу — а они на коленях лежат. Ну и... В эту зиму — уже три пары! — сказала Нэнси чуть ли не с гордостью.

— Не езди больше в подземке! — Он прижался лбом к ее виску и покрутил головой. — Бери машину — в гараже же стоит! Или поезжай в такси, если хочешь...

Нэнси покивала, соглашаясь. Встала, вылезла из паль­то, повесила его в шкаф — и Ник тут же потянул ее обратно к себе на колени.

— Пойдем в комнату!.. Давай я тебя отвезу!

Она хихикнула и с довольным видом уселась поудоб­нее.

Вот уж чего Ник никогда не предполагал — это что его коляска послужит транспортным средством! Но проехались они «с ветерком» — на повороте Нэнси даже пискну­ла и вцепилась в его плечо, боясь вывалиться.

Подъезжая к двери ее спальни, Ник нажал на пульт. Дверь распахнулась, они с разгону ворвались внутрь — и плавно затормозили.

— Вот, — величественно махнул он рукой, — это все тебе!

Кровать была завалена свертками и пакетами в ярких надписях, рядом с ней стояли два небольших приземис­тых креслица с нарядной обивкой, а между ними — рез­ной индийский столик из орехового дерева. На столике красовалась круглая серебристая ваза с букетом тигровых лилий, а в углу к стене был пришпилен проспект из мебельного магазина с изображением итальянского трель­яжа с кривоногой табуреточкой перед ним.

— Трельяж просто привезти не успели! — пояснил Ник. Он долго не мог решить: вынуть шубку из упаковки и положить сверху, чтобы сразу заметно было, — или пусть увидит сначала всю картину, а потом сама копает­ся в свертках.

А началось все именно с его идеи купить Нэнси эту самую шубку...

Для начала он отправился к ней в спальню прове­рить — а носит ли она меха? Вдруг действительно, как выразился Бен, «чокнутая на экологии»?!

Подумал, что неудобно рыться в чужом гардеробе, но потом, вспомнив, что он — муж, уже с чувством правоты осмотрел шкаф, обнаружил там жакет с меховой отдел­кой и пришел к выводу, что все в порядке.

Тут в спальню сунулся Бен и, словно невзначай, заме­тил, кивнув на коробку в углу:

— Ей видеокассеты поставить некуда.

Ник сразу вспомнил, что Нэнси хотела еще зеркало и что-то, на чем можно сидеть...

Дальнейшие его действия Бен прокомментировал ко­роткой фразой: «Эту бы энергию — да в мирных целях!»

За час Ник: договорился с мебельным магазином, что Бен сейчас приедет и возьмет проспекты и образцы обивки кресел; договорился с модным и разрекламировавшим себя в Интернете бутиком, что Бен заедет за их продавцом, который привезет пару-тройку шубок — выбрать и пощупать (у них имелась и своя машина, но она до завтра была занята); заказал через Интернет в цветочном мага­зине столик, вазу и цветы. Договорился, что привезут к восьми вечера (а привезли только в девять — врали, что сломалась машина!).