Сейчас и больше никогда - Анастасия Соловьева

– И вы хотите, чтобы журнал «Bête noire» раскручивал ваше движение? Но тогда вам надо разговаривать не со мной…

– Постойте! Пресса, раскрутка – эта одна сторона медали. Но есть другая – региональное отделение женского движения. Вы великолепно смотрелись бы во главе…

– Боюсь, я должна вас огорчить. – Саша отрицательно покачала головой.

– Вы всю жизнь прожили в Губернском Городе, у вас много знакомых, – убеждала Астахова. – А вас с некоторых пор здесь знают абсолютно все! Я уверена, что ваша личная, женская, судьба расположит к вам многих одиноких женщин…

– Да, в последнее время я действительно приобрела некоторую известность, – снова не дослушала ее Саша, – но… у меня здесь не так много знакомых и все в основном в среде пишущей братии. Я приехала в Город из Москвы десять лет назад, а теперь… переезжаю обратно.

– Вот как? – Астахова не скрывала удивления со знаком минус. – Но вы, конечно, сможете рекомендовать мне кого-нибудь подходящего, – продолжила она утвердительно. – Сами понимаете, какой тут необходим человек.

– Я понимаю, да… но круг моих знакомых так ограничен!

– Ну что ж, если найдется вдруг кто-нибудь, воспользуйтесь моей визитной карточкой. – Мария Астахова вытащила из сумки и положила рядом с конфетами бежевый картонный прямоугольничек. – Здесь все телефоны.

Карточку Саша засунула под плюшевую скатерть, а с конфетами решила выпить чаю и пригласила Валентину к столу.

– Баба-то эта из Москвы? – без предисловий полюбопытствовала Валя.

– Из Москвы.

– Твой весточку прислал? – Валя кивнула на конфеты.

– Нет! – Саша засмеялась. – Угощает общественно-политический блок «Русские женщины».

– Кто-кто? – Валентина нахмурилась.

– Политический блок «Русские женщины» – вот кто! Они хотят создать в Городе региональную организацию – по этому поводу конфетами угощают.

– Тебя?

– Нас с тобой!

– А зачем?.. Подожди, подожди! Да чего ты хохочешь, как сумасшедшая?! Толком не можешь сказать?

– Смех! Сейчас я все брошу и побегу сколачивать организацию им!

– Да какую организацию-то?

И Саша с усмешкой стала пересказывать Валентине пламенные речи Астаховой. Сама она верила и одновременно не верила ее словам. Верила, потому что знала: блок «Русские женщины» родился из самых благородных побуждений. Судьба женщины в России всегда была незавидной. Торжественно провозглашенная демократическая эпоха натолкнула кого-то на остроумную мысль постоять за себя и за своих несчастных соотечественниц. Защитить права женщины в семье и на производстве. Как будто можно защитить ото лжи, произвола, предательства…

И покатилось у них, поехало. Сначала дамы на голубом глазу сражались за интересы страждущих, но скоро вошли во вкус. Им понравилось мелькать перед камерами, выступать с парламентской трибуны, пользоваться льготами депутата российской Государственной думы. И неудивительно, что, оказавшись в ауте, Астахова и ее компаньонки забили тревогу – устремились в народ, как листовки, направо и налево рассыпая добротные, крепко затверженные фразы о необходимости социальных гарантий и взвешенной политики планирования семьи. Теперь им нужны региональные организации. Местные распространители – все точно как в сетевом маркетинге!

– Почему же ты не хочешь поработать с ними? – удивилась, дослушав, Валя. – Они, наверное, и заплатят…

– Наверное, заплатят, – ответила Саша рассеянно. Про себя она уже закрыла тему «Русских женщин» и думала теперь о Москве.

– Вот дела-то! – волновалась Валентина. – А сколько они платят, если не секрет?

– За что?

– Ну если устроиться к ним на работу?

– Куда?

– Да в эту ихнюю… организацию.

– Так ее нет! Надо все с нуля: реклама, объявления… Статьи в газетах заказывать.

– Вот это да!

– Да! – невпопад подхватила Саша. Ей уже пора было на работу, но Валя все не торопилась уходить к себе.

– А где это все делать? У них что же, и помещение есть?

– Помещение придется снимать.

– А где? – не унималась Валентина.

– Где найдешь! Надо, чтоб доступ был удобный, в квартире тоже нельзя. Может, НИИ какой-нибудь…

– НИИ? – переспросила Валя.

– Научно-исследовательский институт! А ты перезвони ей сама! Хочешь?

– Хочу! – Валя буквально выхватила из Сашиных рук бежевый кусочек картона. – По какому телефону?

Саша заглянула соседке через плечо. Все номера были длинными – московскими, но вдруг в правом верхнем углу она обнаружила подписанные ручкой пять цифр.

– Попробуй вот по этому. Она, наверное, не уехала еще…

Из дому в тот день они выходили вместе. Саша отправилась на работу, Валентина – к Астаховой в гостиницу. «Русская женщина» поговорила с Валей очень приветливо и тепло и после обмена несколькими репликами захотела продолжить беседу при личной встрече.

Вечером Саша застала Валентину у телефона. Соседка методично оповещала своих близких подруг и случайных знакомых о том, что в Городе открывается региональное отделение общественно-политического блока «Русские женщины».

– Ты только послушай, чего она говорит! – забавлялась Оля.

Саша прислушалась.

– По-моему, ничего смешного. Все очень просто и понятно: выплаты, пособия, контрацепция. Я бы так не смогла.

– Рассчитано на идиотов! Вроде Анькиной матери, – ухмыльнулась дочь.

И Саша только подивилась ее сметливости. Как раз о таких несчастных и говорила ей сегодня утром Астахова. «Русские женщины» знали, что делали. Они недаром выбрали Губернский Город. Здесь такое количество одиноких, кинутых жизнью, мужьями и детьми женщин, что их движение обречено даже не на успех – на триумф! И Валя-то, молодчина, сразу правильный путь нащупала!

– Теперь она целыми днями будет висеть на телефоне, – продолжала Оля. – Мы в пролете!

– Я с ней поговорю. Мне сегодня вечером должны из Москвы звонить.

И, едва она произнесла последнюю фразу, как в коридоре зазвонил телефон. Саша мгновенно узнала прерывистые звонки межгорода и почувствовала беспокойство. Обычно он звонит позже… Что-то случилось… Господи, что?

– Ты можешь сейчас приехать в Москву? – сразу, не тратя время на ничего не значащие вопросы и восклицания, на одном дыхании спросил Дмитрий.

– Прямо сейчас? – Он еще никогда не говорил ей такого. Не приглашал приехать… Захотелось спросить: навсегда? Но Саша себя пересилила. – Я должна отпроситься, – сказала она тихо, по привычке прикрывая ладошкой трубку. – Раньше завтрашнего вечера не получится…