Лоскутное одеяло - Алла Осипова

И тут я увидела из окна, что к нашему забору подъехал Федор.

Вдруг Юра его обидит? Он может, может! Тогда я со стыда сгорю, и мы потеряем последнюю надежду.

Тем временем Федор уже входил в дом. Юра выехал в коляске к нему навстречу. Они познакомились, пожали друг другу руки.

— Зря приехали. Вернее, не зря, конечно. Денег я вам заплачу за потраченное время, воздухом подышите. Не верю я в эти всякие штучки.

— А не надо верить. Вера здесь не нужна.

— Да меня кто только не смотрел — и немцы-профессора, и экстрасенсы всякие. Все хором говорят — ходить не буду, и точка. Что напрягаться-то? Они же тоже не дураки.

— Можно я расскажу анекдот на эту тему? — спросил Федор, улыбнувшись.

— Валяй расскажи.

— Трое друзей от нечего делать стали обсуждать, что каждый из них сделает, если врач скажет, что ему осталось жить всего шесть месяцев.

Француз сказал: «Если бы я услышал от врача, что мне осталось всего шесть месяцев, первым делом устроил бы на все свои сбережения кутеж на Французской Ривьере. Я бы играл в рулетку, ел самую дорогую и вредную еду, а главное — девочки, девочки и еще раз девочки».

Немец сказал: «А я первым делом пошел бы в туристическое агентство и отправился в кругосветное путешествие. Я позволил бы себе путешествия в самые интересные места — Большой каньон, Тадж-Махал, Байкал. Я бы позволил себе рискнуть в горах и на речных сплавах».

Русский сказал: «Если бы врач сообщил, что мне осталось всего шесть месяцев, я первым делом проконсультировался бы у другого врача!»

Юра усмехнулся, но недоверчиво покачал головой.

Тогда Федор предложил:

— У вас нож есть какой-нибудь серьезный?

— Какой нож, зачем? — удивился Юра.

— Таким недоверчивым людям, как вы, надо все почувствовать на себе. Попробуйте меня достать каким-нибудь ножом, и посмотрим, что будет, — спокойно говорил Федор, полностью уверенный в своих силах.

Как он только почувствовал, что Юра обожает сабли и ножи? Он попросил недавно перевезти всю свою огромную коллекцию ножей из квартиры и часами мог на них любоваться.

— Ань, принеси мой любимый нож, развлечемся, — скомандовал мне Юра.

Пока я ходила за ножом, мужчины разговорились. Они, оказывается, оба служили в армии десантниками. Кажется, лед тронулся.

Юра взял нож и попытался нанести удар Федору. Руки у него за время болезни совершенно не ослабели, стали еще сильнее, удары он наносил мощные, но ни один из них не достигал цели — перед Федором возникала какая-то невидимая преграда. Федор стоял практически на месте, но что-то не давало ножу причинить ему вред. Федор был неуязвим. Юра выглядел ошарашенным.

— Слушай, класс… Много чего повидал на свете, но такого не испытывал. Может, фокус какой есть? Давно тренируешься? — совсем другим тоном одобрительно сказал Юра.

— Главное не сколько, а как тренироваться, где и с кем. Я просто немного изменил вокруг себя напряжение энергии ци. В Шаолине практически любой ребенок умеет это делать. Ну что, попробуешь полечиться, брат-десантник? — широко улыбнулся Федор.

Юра согласился. Федор долго изучал Юрин пульс, потом ставил полынные сигареты и настоящие золотые иглы, привезенные из Китая. Так они работали больше двух часов.

Потом долго разговаривали и, как мне показалось, в конце вечера подружились.

Во всяком случае, Федор приехал на следующий день и снова долго работал. Кроме полынных сигарет и иголок он привез для Юры особую настойку из змеи и гомеопатический препарат гранит.

Я слышала некоторые разговоры Федора с Юрой.

— Мысль человека материальна. Это уже доказанный факт. Американец Роджер Сперри доказал это в 1981 году и даже за это премию получил. А китайцы давным-давно это знали. Вот ты о чем думаешь целыми днями? — спросил Федор.

— Да матом ругаюсь постоянно на всех идиотов, — хохотнул Юра.

— Ругань очень сильно утяжеляет тело и меняет в организме энергию ветра, поэтому для выздоровления нужно контролировать свои мысли и останавливать внутри себя ругань. Движение — это и есть ветер. Тебе крупно повезло, что рядом с тобой Аня. Она добавляет тебе все время энергии, поэтому я уверен, что ты сможешь подняться.

Федор позвал меня, и мы в четыре руки начали делать специальные процедуры для Юры: завязали разноцветные тряпочки на ногах и руках, чтобы перераспределить энергию по меридианам, положили Юру на матрас, наполненный кварцевым песком, и промассировали тело с использованием специального кунжутного масла, а потом прошлись вдоль меридианов тела нутовой мукой.

Федор работал с Юрой днем, а я — вечером. Юра был настоящим бойцом — он каждую свободную минуту выполнял особые процедуры, которые Федор порекомендовал ему.

Он научил его особым упражнениям из цигун, дыхательным техникам, медитации и визуализации, оговорил особенности диеты:

— Мы становимся тем, что едим. Постепенно, но это происходит. Поэтому важно и то, что ты ешь, с кем ты делишь трапезу и как ты ешь. Одна и та же кровь идет и через мозг, и через кишечник, поэтому во всех религиях и системах оздоровления так много внимания уделяется вопросам питания.

Федор говорил точно такие же вещи, которые я пыталась целый год объяснить Юре, но нет пророка в своем отечестве. Над моими советами по питанию Юра смеялся и не воспринимал, зато стал неукоснительно следовать всем советам Федора.

Через месяц у Юры появилась чувствительность в кончиках пальцев. Чуть позже он уже смог шевелить пальцами ног.

— Опаньки! Я — просто Ума Турман. Килл Билл. Федор, надеюсь, мне не придется пробивать деревянный ящик, — хохотнул Юра. Он поверил, что находится на правильном пути.

С Федором Юра подружился, и они с удовольствием общались после сеансов, обсуждая разные мужские темы и вспоминая свою службу в десантных войсках. Чтобы поддержать атмосферу, я готовила на ужин блюда китайской кухни и заваривала зеленый чай. Мужчины располагались в маленькой комнате, которую хозяева в свое время стилизовали под восточную. Они решили собрать там китайские фонарики, индийские подушки, арабские подушки, кальян. Несмотря на «сборную солянку» всех стилей, в этой комнатке ощущалась какая-то особая атмосфера.

Федор тоже это почувствовал. Я спросила его, почему в этой комнате так приятно находиться, по его мнению.

— В этой комнате явно работал мастер фэн-шуй. Здесь все гармонично и сбалансированно, для Юрия очень полезно находиться в строго определенных областях комнаты для изменения энергии.

Он показал мне те места, куда надо ставить Юрину коляску, расписал специальные часы, когда энергии будут особенно сильны.

В начале августа Юра попытался встать. Он простоял всего несколько секунд, а потом вновь тяжело рухнул в кресло, но это все равно было похоже на чудо.