Сенатский гламур - Кристин Гор

Я вернулась за стол, чтобы составить план открытого заседания Р.Г. в Кливленде, но отвлеклась, получив письмо от Аарона.

Кому: Саманта Джойс [[email protected]]

От: Аарон Драйвер [[email protected]]

Тема: кукушка-бегун или уайл и. койот[43]

на кого ты больше похожа? хочу убедиться, что мы подходим друг другу.

В другое время я бы обрадовалась письму, но сейчас оно только напомнило мне, что Аарон работает в одной команде с противной Натали — команде, которая пытается испортить наш закон. Я написала злобный ответ, сообщив, что мы не можем больше встречаться, пока он работает на таких ужасных людей, и уже почти отправила письмо, когда вспомнила просьбу Аарона «быть взрослыми». Я помедлила. Не перегибаю ли я палку? Разве не по-детски винить его за преступления Натали? Я удалила письмо и написала более сдержанный ответ.

Кому: Аарон Драйвер [[email protected]]

От: Саманта Джойс [[email protected]]

Тема: Re: кукушка-бегун или уайл и. койот

безусловно уайл и. кукушка-бегун меня бесит, хочу, чтоб ее сожрали, кстати, если ты не в курсе, твоя коллега натали пытается напортить нам с законопроектом и заменить его обычным дерьмом, ты работаешь с кошмарными людьми, думаю, она злобный бабаробот, а не человек. согласен?

Я отослала письмо и вернулась к работе. Заказала аудиторию для заседания Р.Г. в Кливленде в конце августа и предупредила местные профсоюзы. Они всегда обеспечивали толпу. Я закончила беседовать со сварливым брандмайором, который хотел убедиться, что на встрече будут кормить, и тут мой «Блэкберри» зажужжал. Пришел ответ Аарона.

Кому: Саманта Джойс [[email protected]]

От: Аарон Драйвер [[email protected]]

Тема: Re: кукушка-бегун или уайл и. койот

кукушконенавистничество, как интересно. очень сексуально, извини за развлекуху с проектом. пойми, я ничего не могу сделать. что до нат, присяжные еще заседают. видел, как она воткнула себя в розетку, чтобы подзарядиться, и пила диетическое машинное масло. улика годится?

Хм. Забавно и поднимает настроение, но я пока не готова оставить Аарона в покое. И тут позвонила Жанет.

— Можешь заглянуть к Р.Г., но через пятнадцать минут ему надо уходить, поняла?

Я заверила ее, что поняла. Я вошла в кабинет Р.Г., увидела, как он водит маркером по газете, и подождала, пока он закончит.

— Вы знаете, что мне скоро уходить? — спросил он, не поднимая глаз.

— Да, сэр. Я не хотела вам мешать, — ответила я.

— О чем вы хотели поговорить, Саманта? Если у меня не хватит мозгов одновременно чиркать по куску бумаги и слушать вас, я скажу об этом.

Для моих новостей хотелось бы настроение получше. Ну ладно.

— Возможно, у вас не было времени прочитать исправленную версию законопроекта, которую прислал офис Брэмена. Я переслала ее вам сегодня утром, но знаю, что вы были очень заняты…

— Я прочел, — перебил меня Р.Г.

Правда? Когда он успел? Жанет как-то сказала, что он — быстрый чтец, но я никогда в них не верила. Может, пора сменить веру?

— Хорошо, значит, вы уже все знаете. Они фактически уничтожили его. Советник Брэмена по внутренней политике, похоже, считает, что эти изменения повысят шансы законопроекта, но я, конечно, сказала ей, что это полностью противоречит…

— Я собираюсь принять изменения.

Что?

— Простите, сэр?

— У этой версии больше шансов на успех, — сухо произнес он.

Может, он читал слишком быстро? Наверное, по небрежности пропустил ту часть, где они одобрили запрет на импорт лекарств из Канады и подняли наценки на лекарства для самых больных и старых американцев. Я так и знала, что скорочтение напрасно превозносят.

— Я понимаю, что они подняли наценки и изменили планы по импорту, но это все равно огромный шаг в нужном направлении.

Погодите, так он прочитал эту часть?

— Но, сэр, разве не стоит бороться за лучший закон? — тревожно запротестовала я.

Р.Г. отложил маркер. Кажется, я переступила черту. О чем, черт побери, я думала, интересуясь мнением Р.Г.? Даже если я с ним не согласна, бросать ему вызов вслух было полным идиотизмом. Я обрекла себя на неизбежную головомойку.

— Я знаю, что вы разочарованы, Саманта, но это еще не конец. Мы проведем этот закон, а позже постараемся сделать больше, — ответил он очень спокойно и даже доброжелательно.

Я не знала, что сказать. Хорошо, что Р.Г. не набросился на меня за нарушение субординации, но, похоже, идеологическая опора выбита у меня из-под ног. Р.Г. велел быть начеку, чтобы такого не случилось. А теперь он уступает?

— Я знал, что сотрудничество с Брэменом закончится «сделкой с дьяволом», — продолжал Р.Г. — Он преследует свои мелочные цели и использует этот закон как политический рычаг на выборах кандидата от партии. Но, если честно, я думал, что его исправления будут намного хуже. Его команда убрала из проекта много хорошего, но добавила куда меньше дерьма, чем я ожидал. Поэтому мы пойдем на компромисс, пусть и несовершенный, ради успеха дела. Мы все равно поможем людям. Хорошо?

— Хорошо, — почти прошептала я, тупо глядя на свои руки.

— Надеюсь, вы не слишком во мне разочаровались, — добавил Р.Г., но лишь наполовину в шутку.

Я тоже на это надеялась. Подняв глаза, я увидела, что он испытующе смотрит на меня.

— Конечно, нет, сэр. Я только… удивилась, — запинаясь, пробормотала я. — Так мне передать Натали, что вы дали добро? — При этом комок сопротивления в горле вырос до устрашающих размеров. Возможно, я просто физически не смогу этого сделать.

— Нет, я сам позвоню Джону, — ответил Р.Г.

Что ж, хоть это мило с его стороны. Я вышла из кабинета Р.Г. и прокралась обратно за стол, раздавленная своим поражением. Я почитала новости в Интернете и попробовала успокоиться. Заголовок статьи о новом фильме — «Восстание машин» — напомнил мне о мерзком успехе Брэмена. В конце концов, Натали оказалась права. Неужели хитрость и расчетливость делают ее лучшим советником по внутренней политике? Неужели я обречена на карьеру, полную разочарований и утраченных иллюзий? Я никогда не думала, что Р.Г. ради легкого пути уклонится от боя, что он выберет ровную и гладкую дорогу, не сделав серьезных оговорок. Неужели я настолько наивна? Что вообще происходит?

Рецензия на фильм намекала, что в конце люди все равно восторжествуют, так, может, есть надежда? Вообще, статья была пафосная, возносила хвалы «титаническому труду» актеров и режиссера. Вполне естественно, ведь новостной сайт, где она размещалась, принадлежал той же компании, что и киностудия. Я уже привыкла к подобной скрытой рекламе, но все равно чувствовала себя неловко. У меня мурашки бегали по коже, когда на том же сайте я читала хвалебную статью об одном политике. Неужели политик тоже принадлежит этой компании? Как знать, как знать.