Полет звезды - Линда Варнер

— Это я, — тихо ответила Мария, прислонившись к стене.

— Привет, — сказал Гэйб. — Ты сказала Эду Стайлзу, что сама позвонишь нам — мне и Рео, но я просто не мог больше ждать… — его голос дрогнул, и на минуту на том конце провода воцарилась тишина, потом он продолжал: — В Техасе сейчас, должно быть, уже поздно…

Мария не могла не улыбнуться.

— Скорее, рано…

— Рано? О, черт, Джесси, — последние слова были обращены, очевидно, к кому-то стоящему рядом, — почему ты мне не напомнила о разнице во времени?

Мария услышала женский смех и что-то, сказанное в ответ. Что именно, она разобрать не смогла.

— Извини, — Гэйб опять обращался к Марии, — я не подумал об этом.

— Ну, что ты, я очень рада, что ты позвонил, — сказала Мария, стараясь, чтобы ее слова прозвучали не как простая любезность.

— В самом деле? Я тоже рад. Ну, не буду тебя долго задерживать. Я только хотел спросить: ты уже решила, когда мы встретимся?

Мария прижала руку к бешено бьющемуся сердцу.

— Я подумывала о первом января…

— Но это же еще только через две недели!

— Получается, что так…

Мария вдруг почувствовала, что сзади к ней подошел Тони. Она с благодарностью ощутила прикосновение его плеча.

— Слушай, — сказал Гэйб, — я знаю, что все это не так просто, как кажется… поверь. Но может, ты приедешь к нам на Рождество? Рео с женой уже здесь. Джесси, моя жена, и наши дети тоже, разумеется. И мы все очень хотим, чтобы и ты была с нами в это Рождество.

— Я не хочу мешать вам…

— Мешать? О чем ты? Ты и Рео — единственные мои родные, и я хочу, чтобы мы все вместе отпраздновали это Рождество.

У Марии на глазах выступили слезы. Тони взял ее за руку. Казалось, он понимает ее и молчаливо поддерживает.

— Я… я даже не знаю.

Возникла неловкая пауза. В это время Тони крепко обнял ее. Его лицо было совсем близко.

— Мария? — встревоженно позвал Гэйб.

— Я здесь… Я просто немного боюсь, — она нервно засмеялась.

— Я все понимаю и прошу тебя сделать мне одолжение.

— Да, конечно.

— Закрой глаза.

Мария повиновалась.

— Скажи мне, что ты чувствуешь.

Внезапно Мария испытала такой покой, которого не испытывала, может быть, никогда. Новым было осознание того, что теперь она не одна на свете. В этом чувствовалась сила и уверенность, незнакомые Марии раньше.

— Жаль, что я не унаследовал от нашей матушки ее экстрасенсорные способности. А не то я бы нашел вас раньше.

— Мама была очень необычным человеком.

— Я умираю от желания узнать о ней все. Я надеюсь, что ты расскажешь мне о ней, когда приедешь к нам на Рождество. Пожалуйста!

Мария глубоко вздохнула, взглядом обращаясь к Тони за советом.

Он пожал плечами.

— Хорошо, — наконец ответила она, — я приеду.

— Ура! — закричал Гэйб. — Я пошлю тебе чек по почте.

— Я сама могу заплатить за перелет.

— Конечно. Но только не в этот раз, потому что впервые все оплачивает наш дорогой папаша.

— Что это значит?

— Мы получили кое-какое наследство. Эд Стайлз пошлет тебе чек на пять тысяч долларов, — ну, а потом, чуть позже, и все остальное.

— Остальное? — Мария почти кричала. — Какова же общая сумма?

— Точно пока не могу сказать. Но можешь быть уверена, что о таких деньгах ты даже и не смела мечтать.

Мария почувствовала, как Тони, слышавший голос Гэйба, весь напрягся при этих словах.

— Стайлз обещал подвести окончательный итог в январе, — продолжал Гэйб. — Ладно, думаю, тебе лучше пойти спать. — (Мария засмеялась.) — Очевидно, Гэйб услышал ее смех, потому что добавил: — Теперь ты понимаешь, почему и мне не спится? Ладно, мы еще обо всем поговорим, хорошо?

— Да, конечно.

— А если мне совсем станет невтерпеж, я могу и в Техас прилететь. Ты сможешь это перенести?

— Думаю, что да, — ответила Мария с радостным удивлением. — Спокойной ночи, Гэйб!

— Спокойной ночи… сестренка.

Это было последней каплей. Из глаз Марии хлынули слезы. Она пыталась положить трубку, но никак не могла попасть на рычаг. Тогда Тони взял трубку у нее из рук, а потом крепко прижал к себе Марию, ласково гладя по голове. Несколько минут она плакала в его объятиях. Наплакавшись вволю, она подняла голову и попросила: