Одноклассница.ru - Татьяна Тронина

Свершился дней круговорот.

Какая ложь, какая сила

Тебя, прошедшее, вернет?..»

«Предчувствую Тебя. Года проходят мимо —

Все в облике одном предчувствую Тебя.

Весь горизонт в огне – и ясен нестерпимо,

И молча жду – тоскуя и любя.

Весь горизонт в огне, и близко появленье,

Но страшно мне: изменишь облик Ты…»

Клим рисует в тетради Веронику – ангела с лентой в волосах и трогательной шеей…

«Он жив, – пронеслось в голове у Вероники. – Клим жив. Он ждет меня… И надо во что бы то ни стало найти его!»

…Уже рассвело. В середине июня светает рано.

Она ввалилась в квартиру – чумазая, дрожащая, безумная (кажется, вот-вот – и мозги закипят!).

В коридоре стоял Тарас – бледный, полностью одетый, с сотовым телефоном в ладони. Увидев жену, он отшвырнул телефон в сторону.

– Ника! Господи, что случилось? Где ты была?

– Тарас, не сейчас… – Она прошла в кабинет, упала на диван. Тарас взвинченной походкой последовал за ней.

– Ника! – Он тряхнул ее за плечи. – Я тут с ума схожу, не знаю, где тебя искать…

– Тарас, все в порядке, – ласково сказала Вероника.

– Ну ты можешь мне сказать, где ты была?! – взорвался он.

– Лучше не спрашивай…

– Ника…

– Я тебя люблю.

– Ника!!!

Он заметался по кабинету, круша все вокруг. Упала стопка бумаги со стола, листы разлетелись в стороны.

– А это что? – Тарас наклонился, поднял школьное фото – то самое, с последнего звонка. Тут же, рядом, валялась тетрадь Клима – она настолько отличалась от прочих бумаг, что Тарас потянулся и за ней.

– Не надо…

– Что это? – Тарас отстранил Веронику, пытавшуюся вырвать тетрадь у него из рук. – Тетрадь по литературе… Кого? Клима Иноземцева, ученика 10-го «А» класса… – шепотом прочитал он и уставился на жену круглыми глазами. – Откуда у тебя это?

– Тарас!

– Ничего не понимаю, – выдохнул он. – Немедленно… сию секунду… ты должна мне все рассказать… Иначе я за себя не отвечаю!

– Тарас… я думаю, что Клим жив. Ты помнишь Клима Иноземцева? Я хочу найти его. Но это ничего не значит… Я люблю тебя, мне просто жалко его мать…

– Где ты была сейчас?

– На Переведеновском кладбище. Его там видели в последний раз…

– Когда? – быстро перебил Тарас.

– Двадцать лет назад…

– Ой, черт побери… – Он сморщился, схватился за голову, глядя на жену с тоскливым ужасом. – Ника, ты что, спятила?.. Какой хренью ты занимаешься?

– Я знаю, это очень глупо… Но я не могу остановиться, правда! – Она вдруг заплакала, размазывая грязь по лицу. – Мне показалось, что он… Клим то есть, оставил мне послание в склепе…

– А голосов ты не слышишь? – резко спросил Тарас. – Чокнутая. Нет, я все последнее время чувствовал, что с тобой что-то не так… Это твоя работа виновата!

– Нет, Клим, работа тут ни при чем… – пролепетала Вероника.

– Я не Клим, я Тарас! – страшным голосом заорал муж. – Совсем плохая…

Вероника зажала ладонями уши. Тарас сел рядом с ней, резко дернул ее руки вниз.

– Слушай меня… Сейчас все помешались с этими одноклассниками, прямо вакханалия какая-то… Но это все ерунда. Люди зажрались, им просто делать нечего… Хочешь знать правду о Климе?

– Да-а, – прошептала Вероника, завороженно глядя Тарасу в глаза.

– Клим Иноземцев – убогий урод. Я с ним общался в школе, если помнишь…

– Почему ты так говоришь?

– Потому что ты его идеализируешь. А он был пустым, скучным, занудным, тупым типом. Абсолютно никчемным и бесполезным созданием. Ты была в него влюблена, как я понимаю? Так вот, любить там было нечего. Мы об этом никогда не говорили с тобой, а надо бы… Мало ли кто кого любил в юности!

– Ты любил Лилю Рыжову, я знаю.

– Да, было, – в лице Тараса ничего не дрогнуло. – Я тебе даже больше скажу: она – моя первая женщина. Но сейчас она мне до лампочки, потому что у меня есть ты. И тупой Иноземцев тоже должен быть тебе до лампочки, потому что у тебя есть я!

– Так и есть, Клим, так и есть…

– Я не Клим, я Тарас!!!

– Ой…

– Клима Иноземцева нет в живых. Я тогда давал показания… Тебе надо было сразу спросить меня. Я единственный, кто знает правду.

– Я говорила с его матерью недавно… Она не верит, что Клима нет в живых. Он не мог просто так уйти из дома!

– Еще как мог! Чокнутый, себе на уме… А мать… Ну что с нее возьмешь? Ей легче так думать, что он жив, что он был славным мальчиком, – ну и пусть думает!

– А что с ним случилось?

– Он просто ушел из дому. Надоело ему все…

– Но он не мог…

– Еще как он смог! Он мне сам сказал, что собирается в дальние страны. Убогий же… Сбежал, потом, поди, зарезали его где-нибудь на вокзале. Или в рабство к чуркам продали!

– Да?! А если… он еще жив?

– Опомнись, Ника! Чудес не бывает.

Вероника затихла. В голове была путаница.

– Я устала…

– Ложись спать. Хорошо, что мы с тобой наконец поговорили. Я не сержусь на тебя. Ты милая, жалостливая, добрая, очень романтичная… – Он наклонился, поцеловал ее в лоб. – А с Климом ты была бы несчастна. Ты ведь с ним и не говорила особо?

– Да…

– А если бы поговорила, то разочаровалась бы, я гарантирую. Убогий, тупой, скучный тип, – словно заклинание, повторил Тарас. – Он доконал бы тебя… А я тебя люблю. Ты знаешь, например, что я не изменил тебе – ни разу?

– И я…

– Эх ты, горе мое… – Тарас с силой прижал жену к себе. – Ты просто своего счастья не понимаешь. А какой крокодилицей стала Лилька… брр! Тебе не приходит в голову, что если бы ты сейчас встретила Клима, то он тоже показался бы тебе крокодилом?

– Да, да…

– В одну реку не войдешь дважды. Прошлое не вернешь. Гони прочь ты этих призраков из прошлого…

* * *

В обеденный перерыв Вероника набрала пароль с твердым желанием выйти из «Однокашников. ру». Стереть всякое напоминание о себе…

Высыпалась куча сообщений от бывших одноклассников.

Вероника не собиралась их читать, но последним было письмо от… Саши Мессиновой. Эффектная брюнетка тридцати одного года в пурпурном платье для коктейлей. Дочь Андрея Максимовича.

«Вероника, здравствуйте! Папа совсем плох. Приходите попрощаться. Он все время вспоминает вас. Именно вас…»