Отчаянный шантаж - Нора Робертс

"Просто мы все не очень эмоциональны, – сказала себе Сибил. – Я всегда руководствовалась здравым смыслом и защищалась от взрывов Глории. Жизнь спокойнее, если полагаться на интеллект. Я это знаю. Я в это верю».

Однако теперь ее уверенность была поколеблена. Она чувствовала себя лгуньей, шпионкой, врагом в стане противника. Пришлось напомнить себе, что она делает это ради ребенка, что этот ребенок – ее родной племянник и что она имеет полное право находиться здесь. Это немного успокоило ее.

"Объективность, – сказала она себе, сжимая пальцами виски, чтобы утихомирить ноющую боль. – Надо пройти через это испытание, чтобы собрать все факты, всю информацию и составить собственное мнение».

Сибил выскользнула из ванной комнаты и тихонько подошла к открытой двери гостиной, где все еще царил бейсбол. Она увидела Сета, растянувшегося на полу у ног Кэма и громко обзывающего какого-то игрока. Кэм, жестикулируя бутылкой пива, с энтузиазмом спорил с Филипом. Этан просто следил за игрой. Свернувшаяся калачиком на его коленях Обри спала, несмотря на жуткий шум.

Стемнело. Однако никто не побеспокоился зажечь свет. Старая мебель. Пианино в углу. На нем ваза с циниями и дюжина маленьких любительских фотографий в рамках. Рядом с локтем Сета полупустая миска с картофельными чипсами. Ковер усеян крошками. Повсюду валяются обувь, листы воскресной газеты, игрушки Обри… и почему-то гостиная кажется очень уютной.

Сибил попятилась, но тут Филип поднял глаза, улыбнулся, протянул руку. Она подошла, и он притянул ее на подлокотник своего кресла.

– Скоро конец матча. Мы выигрываем.

– Этот дебил ударил Пита по заднице. – Сет понизил голос, чтобы не разбудить Обри, и даже не поморщился, когда Кэм хлопнул его по затылку его же бейсбольной кепкой. – О, да! – восторженно зашептал он, затем вскочил и задергался в победном танце. – Дай ему сдачи, Пит… Мы победили! Господи, я подыхаю с голоду.

Сет бросился в кухню и заныл там, выпрашивая еду.

– Победа возбуждает аппетит, – сказал Филип, целуя руку Сибил. – Как дела на кухне?

– По-моему, ужин вот-вот будет готов.

– Посмотрим, приготовила ли Анна свою фирменную закуску.

Филип потянул Сибил в кухню, сразу же заполнившуюся людьми. Обри подняла головку с плеча Этана и сонно замигала. Сет хватал лакомые кусочки с огромного блюда с итальянской закуской-ассорти, запихивал их в рот и комментировал только что закончившийся матч.

Казалось, все двигались, разговаривали и ели одновременно. Не успел Филип сунуть ей в руку бокал вина, как ему поручили резать хлеб. Посреди царящего хаоса Сибил старалась держаться рядом с Филипом, поскольку с ним чувствовала себя чуть-чуть непринужденнее, чем с другими.

Филип нарезал хлеб, намазал ломти маслом.

– Здесь всегда так? – тихо спросила Сибил.

– Нет. – Он поднял свой бокал и слегка коснулся ее бокала. – Иногда здесь бывает настоящий сумасшедший дом.

Когда Филип вез Сибил в отель, она уже плохо соображала. Голова раскалывалась, в ушах звенело. Слишком много впечатлений для одного дня. Официальные приемы сейчас казались менее суровым испытанием, чем воскресный ужин в семье Куин.

Ей нужно время, чтобы все обдумать, проанализировать. Она запишет свои мысли, наблюдения, впечатления. Все разложит по полочкам и сделает предварительные выводы.

– Устала? – участливо спросил Филип. Сибил вздохнула.

– Немного. Потрясающий день. И утром придется отработать в тренажерном зале все поглощенные калории. Я чудесно провела время, – добавила она, когда Филип остановил машину перед входом в отель. – Спасибо.

– Хорошо. Значит, ты с удовольствием повторишь этот опыт. – Он вышел из машины, обогнул капот и взял ее за руку.

– Не надо меня провожать. Я знаю дорогу.

– Я все равно тебя провожу, – настаивал Филип.

– Я не собираюсь приглашать тебя в номер.

– И все равно я тебя провожу. Сибил не стала продолжать спор, вошла в лифт и нажала кнопку своего этажа.

– Ты едешь в Балтимор утром?

– Сегодня вечером. Обычно, если к вечеру успеваю все сделать, я уезжаю в воскресенье. Дороги свободны, и утром можно пораньше начать работу.

– Тебе нелегко приходится. Еженедельные поездки в Сент-Крис и обратно, множество обязательств, почти полное отсутствие свободного времени.

– Нелегко, но кое-что стоит этих усилий. – Филип погладил ее волосы. – Я с удовольствием вкладываю время и силы в то, что мне нравится.

– Ну… – Сибил откашлялась и вышла из лифта, как только двери открылись. – Я ценю время и силы, которые ты вложил в сегодняшний день.

– Я вернусь в четверг вечером и хотел бы увидеться с тобой.

Сибил вынула из сумочки карточку-ключ.

– Сейчас я не знаю точно, буду ли свободна в конце недели.

Филип в ответ взял ее лицо в ладони, наклонился и накрыл ее рот своим. Он никак не мог насытиться ею.

– Я хочу увидеться с тобой.

Ей всегда удавалось сохранять самообладание и контроль над ситуацией, но сейчас Сибил казалось, что она, находясь с ним рядом, совершенно беззащитна.

– Я не готова к этому, – услышала она собственный голос.

– Я тоже не готов. – Однако Филип притянул ее ближе, сжал чуть крепче и поцеловал гораздо настойчивее. – Я хочу тебя. Может, и к лучшему, что мы не увидимся несколько дней. Есть время подумать.

Сибил подняла на него взгляд, ошеломленный, полный желания и немного испуганный. Испуганный тем, что происходило с ней.

– Да, к лучшему. – Ей пришлось сжать карточку-ключ обеими руками, чтобы попасть в щель замка. – Будь осторожен на дороге.

Сибил вошла в номер, быстро закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди.

"Безумие, – подумала она. – Абсолютное безумие – увлечься так быстро и так сильно». Ей хватило честности, чтобы признать: то, что происходит между ней и Филипом Куином, не имеет никакого отношения к Сету.

Это необходимо остановить. Сибил закрыла глаза и почувствовала тепло его губ на своих, словно он все еще целовал ее… и испугалась, что остановить это уже невозможно.