Беги от любви - Симона Элкелес

В ЧЕТВЕРГ ПОСЛЕ УРОКОВ, пока мы еще не надели экипировку для тренировки, Дитер собирает нас в раздевалке.

– Завтра не только бал выпускников, но еще и один из важнейших матчей, – говорит нам тренер Дитер. Стоя посреди раздевалки, он осматривает команду, будто изучает нас. – Играть предстоит с нашим главным соперником. Я слышал, поговаривают, что старшая школа Фэрфилда лучше нас. Это правда?

– Нет, тренер! – хором отвечаем мы.

Его не удовлетворяет наш энтузиазм.

– Ну не знаю, – говорит Дитер. – Во время тренировок некоторые из вас играли так, что было непонятно, хотите ли вы победы.

На доске он толстым черным маркером пишет: «Победители».

– Если лениться на тренировках, победителем не станешь. Тренируйтесь не к балу выпускников, тренируйтесь не к чемпионату штата. Надо играть так, будто вы команда из чертовой НФЛ^[18]. Играйте старательно, энергично, азартно, умело. Это относится к каждому из вас. Если не выложитесь полностью, значит, не реализуете свой потенциал. Значит, можете вообще проваливать с моего поля, потому что не заслуживаете права на нем играть. Так вот, когда вы сегодня туда выйдете, я хочу увидеть победителей. Потому что считаю вас победителями. Вопрос в том, готовы ли вы к этому? – Он поднимает руку. – Джентльмены, не надо ничего говорить. Вы мне покажите. Ваши действия скажут громче слов.

Пока мы перевариваем услышанное, Дитер, прихватив свою папку, выходит из раздевалки. Следом за ним удаляются его помощники.

Наступает тишина.

– Мы обязаны завтра выиграть, – вдруг говорит Эштин. – Покажем Фэрфилду и этому квотербеку-предателю Лэндону Макнайту, что команда без него только стала сильнее.

– И мы выиграем, – заверяю я.

– Если будем играть так, как ты в последнее время, то вряд ли, – усмехается Трей.

– Трей, да я тебя с закрытыми глазами обыграю, – говорю я, принимая вызов.

– Чувак, ты сначала меня догони. – Он похлопывает меня по плечу. – Тебе непросто будет, ведь у тебя обе ноги – левые.

– Ты и правда много падаешь, – широко улыбаясь, говорит Джет.

– Джет, в последний раз я падал, когда пьяный был, – парирую я.

– Ну, пьяный не пьяный, но Трей у нас просто зверь.

Поиграв мускулами, Трей целует свои бицепсы:

– Вик, посмотри правде в глаза. Я быстрее и сильнее тебя.

Мы с друзьями за долгие годы отточили умение болтать ни о чем.

– Правде, говоришь? Черт возьми, Мэттьюс, правда в том, что я тебя сегодня на этом поле уничтожу.

Трей смеется:

– О да. Ты сможешь меня уничтожить, только если у тебя будет пушка, потому что с твоими ногами тебе меня не догнать. – Стряхнув с плеча воображаемую пылинку, Трей надевает тренировочный джемпер и наплечники.

Не догнать? Еще никто никогда не называл меня медленным. Я могу отобрать мяч у кого угодно, а потом еще и квотербека с ног собью, да так, что он и не поймет, что его снесло.

Дерек, который обычно лишь наблюдает за нашими с Треем перепалками, на этот раз не молчит.

– Как сказал Дитер, дела говорят громче слов.

Одетый и готовый к тренировке, я выхожу из раздевалки. Не могу отделаться от желания доказать всем, что я чего-то стою… хотя бы на футбольном поле. Никому меня не обогнать и не переиграть. Даже Трею Мэттьюсу. Трей идет рядом, но вдруг останавливается:

– Чувак, я сейчас. Кое-что забыл.

– Куда ты? – спрашиваю я. – Уже сдрейфил?

– Размечтался! – оглядывается он. – Просто в шкафчике кое-что забыл.

Если опоздает на тренировку, Дитер всыплет по первое число, а потом заставит круги вокруг поля наворачивать и отжиматься, чтобы мало не показалось.

Когда Трей появляется, мы уже построились для разминки. Вслед за Эштин, нашим капитаном, мы начинаем с прыжков и растяжки. Я нахожу глазами чирлидеров, которые тренируются перед трибунами. Мне лучше отвернуться, потому что, когда Моника, обернувшись, начинает следить за нами, я ощущаю приток адреналина и в штанах все напрягается.

Она пробуждает во мне что-то такое, чего ни одной до нее не удавалось сделать. Даже Кэссиди. С той вообще ничего такого не было.

– Ты что, пялишься на мою девушку? – насмешливо спрашивает Трей. Я отрицательно качаю головой, он смеется. – Шутка, чувак. Я же знаю, что на бал выпускников ты пригласил Кэссиди. Так и думал, что ты до сих пор к ней не остыл.

Остыл вообще-то, ну да ладно.

Мы с Треем ждем своей очереди на спринт. Когда мы выходим на старт, я смотрю на Трея, готовый на все, лишь бы задницу ему надрать.

Он хлопает меня по спине:

– Увидимся на другой стороне, братишка.

Это вызов на бой. Или просто дух соперничества становится сильнее. В Средневековье я бы попросил поставить Монику на кон. Но сейчас не Средневековье. И Моника не вещь, чтобы ставить ее на кон.

Я опять бросаю взгляд туда, где среди чирлидеров стоит она. Ее внимание сосредоточено на нас.

Дитер свистит, мы стартуем. Я бегу рядом с Треем, мне ужасно хочется победить. Мои ноги отталкиваются от газона, руки рассекают воздух. Гонка заканчивается быстро. Слишком быстро. Трей выигрывает у меня одну десятую секунды. Согнувшись, я упираюсь ладонями в колени, чтобы отдышаться. Показать себя не получилось. Должен признать, мне только что подали мою собственную задницу на серебряном блюде. Трей стоит рядом, дыхание едва сбилось.

– Ты как машина, Мэттьюс, черт бы тебя побрал! – говорю я, все еще пытаясь отдышаться.

– Салазар, посмотри правде в глаза. Благодаря мне ты становишься все лучше и лучше, – отвечает он.

– Это еще почему?

– Если бы не я, то кто бы все время бросал тебе вызов, ленивая ты задница? – Он широко разводит руки. – Для чего же еще нужны друзья? Разве не для того, чтобы подстегивать нас, чтобы мы становились лучше?

– Учти, я тебя уложу, если попробуешь отобрать у меня мяч, – устало улыбаясь, говорю я.

– Вот это, я понимаю, боевой настрой. Вызов принят!

Вскоре Дитер строит нас и мы начинаем выполнять упражнения, и чирлидеры на боковой линии, бросив тренировку, начинают подбадривать нас. На мгновение я представляю, что Моника болеет за меня, что она моя девушка.

Я теперь в линии защиты, сосредоточен на нападающем лайнмене Дэвиде Колтоне. Боковым зрением вижу Трея. Нетрудно догадаться, что несущим мяч игроком будет он. Бесстрастное выражение лица ему не дается, руки подрагивают.