Здравствуй, дочь! - Амелия Борн

Это была та женщина, которую я знала. И которая вдруг предстала передо мной в таком виде, что это лишь отвратило.

Как она оказалась здесь? В моем доме, в который могли быть вхожи лишь те, кого я была готова в него допустить? Хотя, кажется, я понимала, в чем именно дело.

Людмила Викторовна зашла в квартиру с таким видом, как будто именно она и была здесь хозяйкой. Окинула меня взглядом с ног до головы. Остановилась на лице и хмыкнула.

- Я знала, что ты будешь с этой… с Аней, - постановила она, развернувшись к Васнецову.

На лице Ромы сжались челюсти, а у меня - сжались кулаки. Если сейчас она планировала перевести стрелки на Леру, в ее и без того редкой шевелюре появятся новые проплешины.

- Какая прекрасная способность, Людмила Викторовна, - растянул губы в фальшивой улыбке Васнецов. - Даже я этого не знал.

На лице матери Лены появилось сначала удивленное выражение, но его тут же сменила маска презрения. Именно маска, потому что Людмила Викторовна никогда не была такой. Или же я ошибалась?

- Как я поняла, Аня родила тебе ребенка? - уточнила она, вскинув брови.

У меня по спине прошел холодок. Какое ко всему этому имела отношение Лера? Какого черта эта женщина вообще завела разговор о моей малышке?

- С чего вы вообще взяли, что Валерия родилась от Романа? - хрипло выдохнула я, метнув взгляд в ту комнату, где находилась наша с Ромой дочь.

И почему я вообще сейчас спрашивала о таких вещах? Мне нужно было выгнать Людмилу Викторовну к чертям и забыть о ней навсегда. Но я уже знала - это несбыточное желание, как бы я ни старалась претворить его в жизнь.

- Я видела ее, - пожала та плечами. - Она же копия Ромы. Может и не совсем на него похожа, но эта мимика…

О, я прекрасно понимала, что она имеет ввиду. Даже если бы днк теста не существовало, достаточно было просто взглянуть на мимику Леры, чтобы все понять.

- Что вам нужно? - выдавила я из себя, мало понимая о том, что именно могло понадобиться бывшей теще Васнецова.

Зачем ей вообще было необходимо не просто приезжать сюда, но и явно выслеживать нас возле подъезда?

- Мне ничего не нужно. Просто хочется понимать, почему Рома так быстро забыл своего сына?

От этих слов и того, каким именно тоном был произнесен вопрос, я застыла. Внутри все перевернулось. Какого черта она вообще говорила такие вещи?

- Убирайтесь ко всем чертям! - прошипела я, подлетая к Людмиле Викторовне.

Мне было плевать, что она чувствует. Мне вообще было плевать на то, кто именно передо мной. Она не просто пришла в мой дом - она смела говорить о моей дочери. Она смела обвинять того мужчину, который был - я знала это! - невиновен в смерти ни его жены, ни их сына.

И он уж точно не был способен забыть своего ребенка, горечь потери от которого не могла стереться даже из моей памяти.

- Убирайтесь! И больше никогда не появляйтесь рядом!

Выпихнув бывшую тещу Васнецова за порог квартиры, я повернулась к Роме. Меня колотило. Грудная клетка вздымалась с такой частотой, что мне перестало хватать воздуха.

- Ань! - растерянно выдохнул Рома, глядя на меня.

Видимо, и для него это было из ряда вон выходящее событие. Уж кого-кого, а Людмилу Викторовну я лицезреть не планировала. И выслушивать то, что он собиралась нам высказать - тоже.

- Мама… а что случилось? - спросила тихо Лера, незаметно для нас вернувшаяся в прихожую.