Пленница Вепря - Виктория Волкова

— Говори, — приказываю глухо и, когда она хочет отойти в сторону, хватаю рукой за предплечье. Применяя крепкий, но не болевой захват. — Майя…

— Ну, если ты настаиваешь, — цедит негромко. — Я хотела тебя попросить… — вздыхает она, стараясь скрыть волнение. — Мне очень нужно, — сникает неожиданно. — Пожалуйста, Родичка…

— Попробуй сформулировать покороче, — криво усмехаюсь. — Или придумываешь на ходу, девочка?

— Нет! — выпаливает она, и я с удивлением наблюдаю, как на нас оборачиваются не только мои бойцы, но и спешащие мимо незнакомые люди. — Ты мне нужен…

— Как мужчина?

— Не перебивай! — снова кричит она и добавляет тихо: — Помоги мне украсть Мелиссу. Пожалуйста!

— Что? — теперь уже я не могу сдержать эмоции. — Ты в своем уме, идиотка?

— Я знала, что ничего не выйдет, — отмахивается она от меня. — Это Алиска меня убедила, — бормочет, глотая слезы. — Я думала, что ты действительно крутой, — добавляет, всхлипывая. — А ты такой же тушканчик, как твой Люк. Ладно, проехали, — поджимает губы и отворачивает лицо.

— Ты в своем уме, рыбонька? — шиплю и самому себе напоминаю удава или питона. — Как ты себе это представляешь? Умыкнуть ребенка с другого континента? Тайком перевезти девчонку через океан? Ты, конечно, красивая баба, но даже ради твоих прелестей я не желаю оказаться в американской тюрьме. Сорри, детка.

— Можешь не оправдываться, — скорчив из лица презрительную обезьянью ж. пку, фыркает она, выворачиваясь из моих рук. — Я как-нибудь сама справлюсь. Лети сам в свою Англию. Англичанки, они ого-го в койке, — усмехается она. — Ну прям как мертвые француженки…

— Ты летишь со мной, и это не обсуждается, — рыкаю, снова хватая Майю за локоток. — Если ты заметила, я мало похож на некрофила, — добавляю, сердясь.

У самого в голове не укладывается, что обо мне думают моя собственная племянница и ее подружка-авантюристка. «То есть фактически, — рассуждаю, волоча за собой жену, — эти две курицы считают меня способным украсть человека. Ребенка! Может, еще и убить кого по дороге? — от накатившей ярости сжимаю челюсти и, даже не смотрясь в зеркало, понимаю, что у меня по лицу ходят желваки. — Твою мать…» Почти у самого входа я кошусь на Майю. Моя новая жена, опустив голову, смиренно вышагивает рядом. «Детский сад, честное слово», — криво усмехаюсь я и уже собираюсь сказануть ей что-нибудь едкое, когда в кармане куртки тренькает сотовый.

— У нас проблемы, Родя, — без предисловий бросает Приор. — Час назад в своей квартире нашли Канскую. Ее задушили..

— Откуда инфа? — бурчу, моментально останавливаясь. Но руку жены из своей не выпускаю. Так и стоим, загораживая людям проход.

— Из отделения, — отрывисто сообщает Олежка, и тут я слышу, как пробивается вторая линия. Я недобрым взглядом кошусь на экран телефона. Павка Щетинин.

— Кажется, моя поездка в Англию накрывается медным тазом, — хмыкаю равнодушно и, зайдя в зал отправлений, переключаю телефон на Пашкин вызов.

— Тебе лучше никуда не ехать, — острожно роняет мой одноклассник.

— Хочешь, чтобы я вернулся и надрал тебе задницу за Алису? — усмехаюсь, делая вид, что не в теме.

— Убита Маргарита Семеновна, — шипит Щетинин. — Если сейчас улетишь в свой Лондон, решат, что сбежал. Даже если ты уже прошел регистрацию, лучше вернуться, — предупреждает он настороженно.

— Примерно через час мы с Майей будем дома, — буднично заявляю. — Приезжай, Павлик, поговорим, — сердечно прошу. — Заодно расскажешь, как это тебе пришло в голову забраться в койку к моей племяннице.

— Мы с Алисой любим друг друга, — холодно и несколько обыденно замечает Павка. — И если тебе так интересно — уже месяц как женаты. Вот только она боится тебе сказать… Глупость неимоверная, Родя!

— Разберемся, — бросаю я хладнокровно и в тот же момент признаю правоту Майи. Моя служба безопасности давным-давно перестала ловить мышей.

Закончив разговор, я внимательно оглядываю притихшую рядом компанию. Моя жена всем своим видом показывает недовольство. Миха озирается по сторонам, пытаясь понять, к какой стойке регистрации следует тащить чемоданы. Еще двое парней недоуменно смотрят на Люка. А тот не сводит пытливого взгляда с меня.

«Драмкружок, твою мать», — тяжело вздыхаю и во всеуслышание объявляю:

— Люк, ты летишь в Лондон.

— А ты? — оторопело пялится на меня мой телохранитель. — На фига мне туда одному?

— Привези домой Сашку, — ощерившись, рычу я. — Кажется, у нас большие неприятности. И я хочу, чтобы мой сын был здесь под надежной охраной. Едем домой, Майя. — Я пытаюсь улыбнуться, но губы не слушаются и растягиваются с трудом.

— Что случилось? — шепчет она, когда мы возвращаемся в машину.

— Убили хорошего человека, — шепотом отвечаю я.

— Я же тебе говорила, что смертью пахнет, — кивает она. И я, вспомнив ее странную реплику, сказанную на участке Канской, морщусь, словно от боли. Майя замолкает на минуту, уставившись взглядом в перегородку, а потом, придвинувшись ко мне поближе, жарко шепчет на ухо. — Тебя эта смерть не коснется. Ну, в смысле, посидишь дома под подпиской о невыезде, а там и настоящего убийцу найдут. Зато будет время подготовиться…

— Это еще к чему? — удивленно рыкаю я. — Мне твои прогнозы по барабану. А красть ребенка из Штатов я не нанимался. Ищи дурака…

— Никого я искать не собираюсь. Уже нашла, — фыркает Майя и осекается, явно сболтнув лишнее.

А меня разбирает смех. Я силюсь подавить его и закашливаюсь. А добрая женушка хорошенько прикладывается кулачком к моему хребту.

— Достаточно, — отмахиваюсь я. — Иди лучше ко мне, чижик. Согрей меня, а? — ухмыляюсь я, обнимая жену. Руки привычно скользят по ее телу, надолго задерживаясь на самых сладких и мягких местечках. — Майя… — шепчу я.

— Не хочу тебя расстраивать, Родичка, — воркует она, — но тебе придется мне помочь. Ты же согласился исполнить одно мое желание и даже сам расписался в этом.

— Обойдешься, — заявляю, поморщившись, — киднеппинг — не моя стихия, детка, — бросаю мимоходом, и когда строптивая женщина пытается меня оттолкнуть, привлекаю ее к себе. — Не рыпайся, — шепчу глухо.

Уже подъезжая к дому, я узнаю, что на комбинате и в «Пантере» проходят обыски. Да и во дворе моего дома уже толкутся ребятки из Следственного комитета.

— Родион Александрович, — сипло здороваются они и как по команде протягивают мне красные ксивы. — Что заставило вас вернуться? — очень вежливо осведомляется один из них.

— Жене стало плохо, — киваю я на Майю, бледную и слегка взъерошенную. — Подумали, что аппендицит прихватил. Вот и отменили поездку. А чем обязан, ребята?

— Вчера с половины девятого до двадцати трех часов где вы находились? Не припомните?

— Да тут и был, — пожимаю плечами. — Вот, женился вчера на давней подружке. Мы с Маечкой в одной школе учились, — сообщаю я доверчиво. — А вчера днем поженились, а в указанное вами время, товарищ майор, вместе с друзьями и близкими отмечали это радостное событие.