Репетитор для Бунтаря - Лена Лорен

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Без лишних слов. Просто возьми меня и трахни, — без раздумий отвечаю.

— Но что произошло? Почему ты вдруг передумала?

— Давай не будем об этом хотя бы сейчас. Прошу тебя.

Он ставит меня на ноги возле какой-то двери и, как мне кажется, его настроение несколько меняется. Кай вынимает из кармана джинсов золотистый ключ, с помощью которого открывает эту самую дверь помещения, где, по всей видимости, всё и должно будет произойти.

— Как скажешь, — холодно отвечает и с такой резкостью заволакивает меня в тёмную комнату, что я не успеваю даже осмотреться или хотя бы опомниться. Я обескуражена.

Кай с настойчивой силой прижимает меня своими бёдрами к бетонной стене, за которую мне приходится теперь крепко держаться. Она единственная, за что я могу ухватиться и от этого становится страшно. Мне безумно волнительно, но я терпеливо выжидаю от него дальнейших действий.

Кай кладёт свою ладонь мне на поясницу, развязно скользит ей вниз и забирается под юбку. Нащупав на бёдрах чулки и подтяжки, он с рыком вонзается своими пальцами в ляжки, причиняя мне боль и тотчас резко приподнимает юбку до самой талии, заставив меня дёрнуться от такой нежданной несдержанности. Он словно взбесился или его подменили, чёрт знает. Его движения слишком грубы и бесцеремонны, но я стараюсь помалкивать и держать свои всхлипы глубоко при себе.

Сама напросилась, вот и получай.

— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя и всё? — даже его слова выходят хлёсткими.

— Да, — дрожит мой голос.

— Ты уверена?

— Да! Да, чёрт возьми! — почти кричу я на него.

— Прекрасно! Тогда ты будешь помалкивать всё это время. Я тоже. Больше никаких слов, Бриана, — угрожающе произносит мне на ухо, но нет, чтобы возмутиться такой наглости, во мне просыпается извращённый интерес.

Я хочу, чтобы он целовал меня, как и прежде, но я сама от всего этого отказалась. Возможно, я даже пожалею об этом. Он продолжает удерживать меня у стены, не давая возможности шелохнуться. У меня получается развернуть голову в сторону двери, где через щель пробирается тонкая полоска тусклого света, немного освещая комнату, внутри которой полно музыкальных инструментов. Похоже, это помещение предназначено для хранения всякого барахла.

Класс. Я намереваюсь трахаться с малолеткой в подсобке. Лучше и быть не могло.

Сознание возвращает меня в реальность, когда я слышу, как он расстёгивает ширинку на своих джинсах. Затаив дыхание, я покрываюсь прохладной испариной и жду, что же будет дальше. Пульсация между ног начинает беспокоить меня. Мне хочется сомкнуть бёдра и дотронуться до себя, до своей изнывающей, податливой плоти, но я не успеваю толком об этом подумать, как вдруг Кай, будто прочитав мои мысли, подбирается к моей промежности и отодвигает в сторону трусики. Лихорадочно вбираю в свои лёгкие воздух, сжимаю кулаки и стою, пытаясь совладать со своим дыханием, которое подводит меня. Не хватает воздуха. Я не могу надышаться им, чувствуя как близки его проворные пальцы к моему эпицентру удовольствия.

Только сейчас замечаю, что в комнате стоит полнейшая тишина, слышно лишь то, как вдалеке продолжает звучать "Stripped", созвучно с моим ритмичным биением сердца, которое вот-вот разорвёт мою грудь.

Кай обхватывает ладонями бёдра, резко придвигает к себе мой зад и через секунду вторгается в меня до самого конца, вырывая из горла крик, который ставит жирную точку моим отношениям. Он вдавливает моё грешное тело в прохладную стену, которая остужает пылающее лицо, и продолжает атаковать меня. Я стала его мишенью.

Что это было?

Это произошло так неожиданно, что я не успеваю опомниться, но стоит ему сделать во мне один толчок, как все мои чувства обостряются. Я снова вскрикиваю, только на сей раз не от внезапности, а от наслаждения, которое, к моему стыду, пересекается с чувством собственной вины. Как это странно. Даже по первым секундам своих ощущений, я подмечаю, что Кай разительно отличается от Джареда.

Стоп. Нет никакого Джареда. Сейчас его нет. Я не имею права думать о нём в такой грязный момент. В настоящее время ничего не существует. Ничего, кроме этой комнаты, кроме меня и кроме Кая.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍С этой мыслью я сильнее выставляю зад и плотнее прижимаюсь к его паху, молча прося о большем. Кай цепляет меня за волосы и тянет спутавшиеся локоны назад, подчиняя меня себе без остатка. Он двигается во мне, стремительно наращивая обороты, растягивая и до самого основания наполняя мою набухшую плоть собой и своей отточенной резкостью. Внезапно осознаю, что хочу трогать его, касаться всюду, до чего только смогу дотянуться. Нежные бабочки, которые с минуту назад порхали в моём животе, превращаются в жалящих пчёл: всё нутро горит, голова кружится и кровь бурлит, потихоньку закипая. Я беспомощна, но мне это нравится. Нравится так, что больше не в силах держать в себе свои эмоции. Я хочу кричать. Во весь голос кричать от удовольствия.

Кай стонет и резко замолкает. Вероятно, хочет сдержать, ранее данное мне слово о том, что намерен помалкивать. Он слегка замедляется и принимается вращать бёдрами по кругу, задевая такие точки, о существовании которых я даже не знала.

— Ты всё ещё хочешь, чтобы я просто трахнул тебя? — неожиданно подаёт сдавленный голос.

Нет. Я хочу большего. Хочу поцелуев, нежных касаний, но понимаю, что у нас слишком мало времени. Возможно, меня уже ищут.

— Да, Кай. Займись делом!

Пройдясь ладонями по моим ягодицам, он раздвигает их и вторгается в меня с новой силой. Я громко вскрикиваю, зажмуриваю глаза и бьюсь головой о стену. Это было бы больно, если бы не было так потрясающе. Он атакует меня снова и снова, чаще и чаще, резче и резче. Мои ноги подкашиваются от ощущений, которые наполнили мой сосуд наслаждения до краёв. Эта боль с приторным вкусом топит меня, я увязла в ней с головой и от этого не могу пошевелиться.

Он протяжно стонет и срывается с цепи. Каждый его последующий толчок проникает в меня глубже предыдущего, задевая мои оголённые нервы. Напряжение внутри меня вот-вот достигнет своего апогея. Кажется, ещё немного и меня разорвёт на куски, я взорвусь на мельчайшие частицы. Оно достигает каждого уголка моего разума и каждой клеточки моего тела. Кай обвивает мою талию одной рукой, прижимает плотно к себе и продолжает насаживать. Его движения сопровождаются звоном, который разносится по этой маленькой комнате. Возможно, он задевает собой барабанные тарелки, но нам настолько наплевать, что мы этого даже не замечаем.