Дом потерянных душ - Евгения Кретова

Снял с полки поднос, установил на него кофейник и две чашки, на тарелку пристроил два бутерброда, сковороду с яичницей и пару мандарин.

И направился наверх.

«Вдруг, она уже проснулась?» – подумал с разочарованием. И тут же успокоил себя, приготовился к любому сценарию – потому что удивление у нее как ни крути будет.

Осторожно толкнул дверь и заглянул в комнату. Сердце отозвалось барабанной дробью в висках, дыхание сорвалось: Аделия была еще в постели. Перевернулась на спину, выбралась, наконец, из вороха одеял. Шелковый халат сполз с плеча, оголив светлую кожу на ключице. Грудь дышала свободно, поднималась ритмично и расслабленно. Макс представил, что, если бы она была в самом деле его девушкой, он бы поставил поднос на тумбочку, аккуратно забрался бы в кровать и поцеловал тонкую кожу на ключице, коснулся губами основания шеи, приласкал бы острую девичью грудь. И разбудил бы Аделию поцелуями.

Никого никогда не хотел будить поцелуями, а ее – хотел. И представлял ее горячее, мягкое после сна тело, мечтательную улыбку и томную негу, от которой он сам загорался.

Он так и стоял последи спальни, замечтавшись. Девушка пошевелилась и открыла глаза.

Макс спохватился – откашлялся.

– Я не знал, пьешь ли ты кофе, но решил это утро начать с него, – он кивнул на кофейник.

Аделия поправила ворот халата, смущенно прикрыла грудь, села.

– Кофе в постель? Это тоже часть игры?

Максу стало обидно. Он поставил поднос на кровать, сам сел рядом.

– Это часть торопливого утра. Если помнишь, нам ехать в Смоленск надо, – отозвался раздраженно.

Налил девушке кофе и протянул чашку.

– На. И бутер бери. С сыром. И яичницу… тоже.

Девушка настороженно смотрела на него. И улыбалась.

– Макс, спасибо. Ты очень заботливый… заказчик.

Он почувствовал, что она тоже смущена, что вместо «заказчик» хотела сказать что-то другое, но вовремя осеклась. Пусть так. Спрятал улыбку, сделал большой глоток кофе – обжегся, конечно.

– Ты сегодня полночи не спала или мне показалось?

Девушка посерьезнела.

– Да, не спалось… – она уклончиво «съехала» с темы, откусила бутерброд и принялась жевать его нарочито тщательно, явно избегая продолжения разговора.

«Ну, ладно, чего уж, – Макс сделал себе зарубку. – Дорога длинная, будет, о чем поговорить».

– Тебе сколько времени на сборы надо? Нам бы через полчаса уже отчалить…

Девушка кивнула:

– Я успею.

⁂

Аделия собралась быстрее, чем Макс мог надеяться – он едва успел прогреть двигатель и расчистить дорогу от выпавшего за ночь снега, когда девушка уже появилась на крыльце и притворила за собой дверь. С опаской посмотрела на беседку.

– Люблю пунктуальных женщин! – капитан хотел сделать комплемент, но Ада на него взглянула с укоризной, заставив им поперхнуться.

Александров сделал вид, что вообще это не он сказал – отвернулся и энергично заработал лопатой. Искоса наблюдал за девушкой: та спустилась с крыльца и вместо того, чтобы направиться к машине, двинула через сугроб к беседке. Уперев руки в бока, замерла посреди заснеженной поляны, не дойдя пары метров до ступенек беседки. Макс положил руки на черенок лопаты, прищурился.

– Все в порядке? – Спросил, когда девушка направилась к забору и потом – вдоль него по направлению к калитке. Снега там намело выше колена, и Макс поморщился – Аделия гребла, не разбирая дороги, зачерпывая в голенища сапог рыхлый снег. Окликнул: – Ада!

Девушка оглянулась. У Макса оборвалось внутри и засосало под ложечкой: опять этот безумный взгляд и пронзительная синева, взгляд, которым впору проклятия отвешивать.

– Снег ведь закончился часа в два ночи? Верно?

Макс пожал плечами:

– Не знаю, я спал… Но, если посмотреть на собачьи следы, то да, между часом ночи, когда мы, наконец, легли спать, и четырьмя часами утра. – Он указал на цепочку следов, идущую от калитки к соседнему забору, пояснил: – Там барбос обитает, его соседи на соседней улице во время мороза или пурги забирают к себе, в гараж, и выпускают утром, как дед Афанасий проснется. А просыпается он в четыре. Значит, в четыре уже точно не было ни снега, ни пурги… Следы свежие, барбос пробегал один раз… А что такое?

Аделия прикинула, стоит ли ему говорить, неохотно направилась к расчищенному участку. Макс протянул ей руку, помог перебраться через сугроб, проворчал:

– Ну вот, сейчас ноги будут мокрые и заболеешь, – заботливо отряхнул снег с коленей девушки. – Иди в машину, а? Или уже дома оставайся…

Аделия фыркнула:

– Ну уж нет.

Направилась к пассажирскому месту, села так, чтобы не нанести снег в салон – тщательно побила ноги друг об друга и только потом собралась поставить на коврик. Макс наблюдал до этого момента, и вдруг спохватился:

– Стой, – скомандовал. Наклонился к девушке, и аккуратно снял сапоги, убрал остатки липких снежных комьев с щиколотки. – Вот теперь ноги в салон и под печку.

Сунул сапоги назад, под сиденье. Захлопнул пассажирскую дверь.

Аделия наблюдала за ним, как он деловито приставил лопату к стене гаража, обошел машину, на ходу набирая на сотовом номер. Распахнул дверь и запрыгнул на водительское кресло.

– Алло, Паш. Это Макс. Александров, – широко улыбнулся. – Да, сто лет не слышались-не виделись. – Переключил разговор на гарнитуру, сотовый пристроил в держатель. Включил заднюю передачу. Машина легко тронулась к выезду, медленно вывернула на дорогу. – Так я у тетки сейчас. Приехать к тебе хочу.

Аделия слышала, как голос собеседника напрягся. Макс усмехнулся:

– Намек правильно понял, помощь твоя нужна, ага.

– Чего там у тебя? – приглушенный голос из наушника.

– Не, не телефонный разговор. Ты для меня забей полчасика в первой половине дня, я к тебе притаранюсь. Заодно с невестой моей познакомишься. – Макс лукаво посмотрел на Аделию, подмигнул. Скользнув взглядом по обтянутым джинсой острым коленям, добавил на печке несколько градусов.

Притормозив на дороге, вышел, чтобы закрыть ворота. Остановился у капота, обсуждая что-то с незнакомцем Пашей по телефону. Хмурился. Ни следа лукавой усмешки и сытой расслабленности. Сейчас он больше всего был похож на готового к прыжку волка: холодный взгляд, обострившиеся скулы, упрямо склоненная вперед голова. Но именно сейчас он был больше, чем когда бы то ни было, настоящим. Он неожиданно повернулся и встретился с Аделией взглядом, вскинул руку с поднятым вверх указательным пальцем и неторопливо направился в салон.

– Заскучала? – спросил, садясь.

Девушка покачала головой. Макс вывернул руль, выехал на дорогу.