Сводные влюбленные - Лана Кохана

— Напомни еще раз, почему ты работаешь в стриптиз-клубе?

— Атмосфера, — развела руками девушка, рисуя воображаемую радугу.

Памела завалилась на мою кровать и возложила босые ноги мне на колени. Браслеты на них позвякивали, пока блондинка устраивалась поудобнее. Я скрупулезно убирал блестки с ее формы, стряхивая их на пол. Все равно на этой неделе убирает Бадди.

— Ты ведь барменша, Пэм, а сияешь как стриптизерша.

— Я сияю как звезда. Спасибо, что заметил. И не всем ведь рисовать, верно? Вообще удивляюсь, как у тебя времени хватает и на фриланс [33], и на приложеньки с Беном. Я еле впихиваю личную жизнь между учебой и работой. В мешках под моими глазами можно учебники таскать, а ты преспокойненько так жить успеваешь.

— Моя учеба завязана на хобби, поэтому идет легко, а обе подработки подразумевают флэт дизайн [34], который занимает не так много времени, как детальная проработка рисунков. К тому же я могу работать в любое время дня и ночи, к месту тоже не привязан.

— И тем не менее ты часто онлайн именно по ночам. Да-да, я слежу за тобой, Максимилиан.

— Ну, как ни крути, а физическое развитие и ту самую личную жизнь никто не отменял, поэтому работу и домашние задания порой я делаю по ночам. Имел бы предрасположенность к образованию мешков под глазами, тоже обзавелся бы.

— Что ж, если захочешь сменить обстановку работы, милости прошу ко мне в клуб.

Я поморщился, и она щелкнула меня по носу.

— Ты там даже не был ни разу, а уже мордой воротишь. Составил бы мне компанию ради разнообразия. Попрошу девчонок не трясти перед тобой прелестями, стеснительный ты наш.

— Так, — решил сменить тему я. — Расскажи лучше, как прошло твое свидание?

— Которое?

— У тебя за эту неделю их было несколько? — удивился я. — С разными парнями?

Мне кивнули, но как-то не особо бодро.

— Первый расчесывал усики после каждого блюда и заправлял свитер в джинсы.

— Какие извращения.

— Второй ел салат с такой страстью… — Пэм прижала руку к сердцу. — Скажем так, если бы салат был девушкой, то это считалось бы изнасилованием. И после этого надругательства он изъявил желание посмотреть, как ем я.

— Поела?

— Он же платил, — пожала плечами блондинка так, будто ответ был сам собой разумеющимся. — А потом хотел, чтобы я поела еще что-нибудь и предлагал мне деньги уже за сам процесс поглощения пищи. До сих пор чувствую себя немного грязной. Хватит ржать, Макс!

Она толкнула меня ногой, и я, схватив маленькую лодыжку, начал щекотать ее за пятку. Девушка покатилась со смеху, извиваясь на кровати.

— Тебе так и везет, — потешался я, не прекращая перебирать пальцами. — Может, лучше в рулетку сыграешь?

Пэм добралась до места под коленом и ударила меня моим же оружием. Я вскинул руки:

— Вне игры.

— Мне нужно не в рулетку играть, а менять место встреч. Хотя кафе — идеальный вариант, чтобы выявить заскоки. Был у меня как-то один — пальцы облизывал. Да так смачно… — Подруга передернулась. — Ладно, а что у тебя? Как дела с женщиной-кошкой? Что? Она похожа на Холли Берри.

— Вчера мы были только вдвоем.

Пэм закрыла глаза, вскинула победный кулак вверх и шепнула: «Да». Я был с ней согласен. Джек отличный парень, но мы так часто гуляли втроем, что до вчерашнего вечера романтики в наших с Керой отношениях было меньше, чем совести у кота Этти.

— И что? — дрыгала ногами Пэм в нетерпении.

Я показал большие пальцы вверх, а она только надула губы:

— Отлично, Кера не откусила тебе пальцы. Рада, что она не увлекается каннибализмом, но, может, поделишься чуточкой лямурных подробностей со своей одинокой подругой?

— У тебя истории интереснее. Из нас никто не сортировал еду по цветам и не засасывал воздух ухом.

— Глазницей. Тот парень делал это глазницей. Он был очень горд, знаешь ли. Ну, пока не оказалось, что на руках у него остался черный перец… Н-да, пожалуй, сделаем перерыв с кафе. Ну же, Макс, я хочу знать все! Где были, что ели, о чем говорили. Как она посмотрела или улыбнулась. А поцелуи, они же были? Французские? Ты не пытался поглотить ее лицо, как делал с Мэйбл?

— Вот в такие моменты я понимаю, почему дружу с Бадди.

— И раз Бадди у нас неразговорчив, то всю вкуснятинку ты расскажешь мне! — Пэм подпрыгнула на месте и обхватила подушку ногами: — Начинай!

Я тяжело вздохнул, но на губах осталась глупая улыбка.

Полетт, 10 декабря

Взгляды парней прилипали к Грейс Ларсен, как язык к основанию качели в разгар морозной зимы. Было в ней что-то чарующее, манящее, что-то, оборачивающее головы. И ни венки, которые просвечивались сквозь тонкую бледную кожу под глазами, ни широковатый нос не в силах были испортить сей эффект.

Сегодня ее пухлые губы украшала помада цвета спелой вишни — в тон волосам. Девушка сидела за соседней партой на тригонометрии, и я как раз разглядывала пятую серьгу в ее ухе — что-то вроде знака мира из змей, кусающих друг друга за хвосты, — когда мисс Шиллер вышла из класса и подорвавшийся с места Оуэн перекрыл мне вид.

— Есть планы на сегодня?

— Собираюсь набить чучело кишками голубей, которых потрошила на досуге, — и бровью не повела Грейс.

— Сходим куда-нибудь?

— Нет.

— Разрешу тебе выбрать фильм, — не отступал Галлахер.

— Как великодушно, но не нужно.

— Я плачу́.

— Что в слове «нет» тебе не понятно? — по-прежнему невозмутимо уточнила Грейс, не отрывая взгляда от завитушек, которые рисовала на полях тетради.

— А как насчет кафе?

— Я не заинтересована. Можешь и дружкам передать.

— Тогда сразу ко мне, вишенка?

Оуэн никогда джентльменом не считался, но Грейс не просто так говорила о «дружках». Не он один выдвигал ей подобные недвусмысленные предложения.

Под описание Ларсен неплохо подходят слова Сидони-Габриэль Колетт [35]: «Когда она поднимала веки, казалось, что она снимает с себя всю одежду». Поэтому, когда Грейс плавно перевела взгляд на парня и на секунду он проглотил язык, я его прекрасно понимала.

— И… или, может, все же сначала в кафе?

— И что потом, Оуэн?

Класс притих, наблюдая за тем, как впервые кто-то удостоился от Грейс более чем просто отрицательного ответа или пары отборных ругательств.

— Все, вишенка. — Парень облокотился на парту, позабыв о секунде сомнений. — Все, что пожелаешь.

Смешки забродили меж учениками, и мне захотелось вступиться за Грейс. Я подняла тетрадь, показывая, что замахиваюсь на этого нахала. Один уголок вишневых губ лениво поднялся, но, оставив мою решительность без внимания, Ларсен вновь обратила взор к парню.