Закон жизни - Кэтти Уильямс

– Я имею в виду, – терпеливо пояснил Бруно, что ты можешь прямо сейчас уйти с работы, не заботясь о своем заявлении.

– И что делать? – Она вопросительно уставилась на него, будто он внезапно заговорил на неизвестном языке.

– Ничего не делать. Отдыхать. Задрать кверху ноги. Мысленно меблировать детскую комнату. Да что угодно. – Бруно раздраженно наблюдал за выражением ее лица.

– Такая жизнь не входит в мои намерения, – ровным голосом сообщила ему Джессика. – Я не собираюсь сидеть и ничего не делать. Так я сойду с ума.

– Многие женщины живут именно так, – нетерпеливо возразил он. – У тебя нет финансовой необходимости работать. Как у моей жены у тебя будет все, что ты захочешь.

Вот они и подошли ко второй складке, подумала Джессика.

– Послушай, давай прямо сейчас договоримся по одному-двум вопросам. Она отказалась от попытки насладиться остатками еды и отложила нож и вилку. – Я не собираюсь сейчас бросать работу и мозолить ягодицы, умирая от безделья. Хотя ты вроде бы считаешь это удачной мыслью. Я хочу продолжать работать, потом родить ребенка и снова вернуться на работу. У меня нет намерения стать для тебя финансовой обузой.

– Ох, женщина, ради бога…

– Больше того, раз уж мы заговорили о деньгах. Я собираюсь сохранить свою квартиру и сдавать ее в аренду.

– Как запасной аэродром?

– Как источник дохода!

– Тебе не нужен источник дохода!

– Это не твое дело! – парировала она. – Но это не значит, что я уткнусь в работу и буду трудится не покладая рук!

Они вытаращили друг на друга глаза. Наконец он испустил долгий, унылый вздох.

– Неудачная идея. Беременной женщине нужен отдых.

– Это по твоему мнению!

– Боже, дай мне терпение… – еле слышно пробормотал он.

– Если ты начинаешь сожалеть о своем небольшом предложении, – с надеждой продолжала атаковать она, – то сейчас самое время пересмотреть его. – Если она собиралась участвовать в этом так называемом деловом соглашении, то надо договориться о нескольких базовых позициях. Иначе она обнаружит, что оказалась в ситуации, о которой даже говорить противно. Ни за что на свете она не последует по стопам своей матери и не станет подчиняться несправедливой диктатуре.

– У меня и мысли не было сожалеть. Она заметила, что он тоже отложил нож и вилку. Интересно, неужели неординарные обстоятельства способны лишить его аппетита? Если так – очень хорошо.

– Теперь свадьба… – начал он.

– Ты имеешь в виду «деловое соглашение»?

– Сама выбирай слова. Насколько я понимаю, чем раньше, тем лучше.

– Почему? – При мысли, что сейчас будет назначена дата, живот свело судорогой. Но выражение лица не изменилось.

– Разве тебе не хотелось бы привыкнуть к нашему дому до рождения ребенка?

«Нет!» – подмывало ее ответить. Жить с ним под одной крышей? Странное чувство тревоги снова охватило Джессику.

– Много времени не потребуется, чтобы привыкнуть к кирпичам и известке, – словно приговор вынесла она. Если бы только быть уверенной, что она ничего к нему не чувствует. Джессика не знала, как это назвать. Но где-то глубоко внутри это сидело и посылало импульсы. Деловоесоглашение заключают два спокойных независимых человека. Разве они такие?

– Перестань нагромождать препятствия! Это не поможет.

– Чему не поможет?

– Попытайся принять замужество как неизбежный факт. – Он дал сигнал официанту, чтобы тот принес кофе. – И я не хочу, чтобы ты с замерзшими ногами в последнюю минуту вбежала в дом. Мы оба знаем, к чему в конце концов все приведет. Посмотри фактам в лицо. – Он сделал глоток кофе и разглядывал ее поверх ободка чашки.

Эти глаза. И эти пальцы, обхватившие ручку чашки. Сколько она ни убеждала себя, что он бесшабашный, что в нем нет элементарной человеческой нежности, что он безжалостный, тело не подчинялось ей. Оно по-прежнему отвечало даже просто на его присутствие. Почему? Почему? Почему?

– Так мы договорились, что я продолжаю работать, пока не придет время.

– Не могу же я запереть тебя в своем доме и цепью приковать к мебели.

– Следовательно, ты согласен, что моя работа в твоей компании продолжается.

–..сэр.

– Что? – не поняла она.

– Ты говоришь таким тоном, что в конце предложения хочется добавить «сэр». Ради бога, почему бы тебе немного не расслабиться?

– Как, по-твоему, я могу это сделать? – чуть ли не взвизгнула Джессика. – У меня такое состояние, будто я лечу на «русских горках». Думаешь, легко на них расслабиться? – Джессика с отвращением посмотрела на свой кофе.

– У нас обоих изменится жизнь, – холодно произнес он. – Не только ты почувствуешь отзвук этих событий. Понимаешь? – Он попросил счет, но не спускал с нее глаз, словно ждал, что она сейчас рванется к двери и убежит.

– Я могу вернуться домой на метро, – сказала она, когда он расплатился.

– Мы сейчас поедем ко мне домой. – Он тихонько подталкивал ее к такси. Она беспомощно позволила ему посадить ее в машину.

– Зачем?

– Я так сказал.

– Ты не мой лорд и не мой хозяин, – мрачно запротестовала она.

– Если ты хочешь участвовать в принятии решений, тебе надо вести себя как зрелая личность. Обстоятельства поставили нас обоих в положение, которого мы не ожидали. Сейчас мы можем воспользоваться ими к лучшему.

– Легче сказать, чем сделать.

– Если ты не воспринимаешь реальность. – Он смотрел на нее – в глазах стальная твердость. – В твоих силах создать неразрешимую ситуацию или принять ситуацию такой, как она есть, и наслаждаться ею.

– Наслаждаться ею? – недоверчиво переспросила она. – Ты наслаждаешься ею? Разве тебе не предстоит жениться на женщине, на которой ты бы предпочел не жениться? Разве твое сердце не ужасается от перспективы жить в доме с той, которая случайно появилась в результате временного затмения разума? – Собственные слова вызвали прилив жалости к себе. Джессика мрачно отвернулась к окну.

Гормоны взбунтовались. Каждое сказанное им слово – правда. Допустим, к ней пришла бы подруга и рассказала о беременности и о замужестве. Причем герой романа – мужчина, заполучить которого мечтают многие женщины. И они готовы отдать за него все. Она бы посоветовала подруге принять предложение и наслаждаться обстоятельствами. Она бы сказала подруге, что все могло быть хуже, значительно хуже. Она бы посоветовала подруге видеть в мужчине его лучшие стороны. Он готов принять на себя ответственность. Хотя в этом нет необходимости. Таких индивидов среди мужчин немного. Короче, она сказала бы подруге все, что услышала сама от Бруно.

И она вовсе не вынашивала романтические мечты о свадьбе в белом платье с фатой и длинным шлейфом. Свадьба – условность, логический шаг в логичной жизни. И в качестве логического продолжения ей бы надо с открытым сердцем принять свадьбу.