Его невинная добыча - Алиса Ковалевская

Ева

— Уверена, что ничего не хочешь мне сказать? — прежде, чем позволить выйти из машины, спросил Руслан, удерживая меня за руку.

Вначале рассматривал меня, ожидая, должно быть, что я заговорю первой, потом, судя по всему, думал о чём-то своём. Несколько раз ему кто-то звонил, однако ответил он всего на один вызов. К разговору я не прислушивалась. Поняла только одно — звук его голоса успокаивает меня.

Господи, а я то думала… Вспоминая о засохших на руках пятнах крови, о багряной грязи под ногтями, я ощущала озноб. Ожидала ли я встречи с Борисом? Возможно, но не так скоро. Сейчас же понимала, насколько глупа и наивна. Это мой мир был ограничен высоким забором, окружающим территорию пансионата, его — нет.

— Что я должна сказать? — неловко ответила я.

Ждала, что он начнёт задавать вопросы про Бориса. Вопросы, отвечать на которые, может быть, мне не стоило, ибо я понятия не имела, что за этим может последовать. Да и… Что я могла сказать ему? Ведь в действительности ничего не знала. Ничего, кроме имени и того, что он хотел сделать меня своей.

— Для зверёныша, жившего в лесу, у тебя слишком хорошие манеры, — вопреки моим ожиданиям, проговорил Руслан.

— С чего ты взял, что я жила в лесу?

Губы его искривила пренебрежительная усмешка. Я ощутила лёгкую тревогу. Чувство было такое, что я иду по узкой тропинке среди топкого болота. Ничего просто так он не делает, и мне не стоило забывать об этом.

— Да так, — ещё одна усмешка.

Неожиданно он коснулся моего лица и тыльной стороной ладони провёл по щеке.

— Сегодня мы оставим это, малышка Маугли. Но завтра продолжим, — взял за подбородок, не позволяя отвернуться. — Если ты намерена врать мне, хорошенько подготовься. У тебя есть для этого целая ночь. Но запомни, Ева, — голос его стал очень тихим, взгляд — колючим, как будто одним резким выпадом он сжал не мою руку, не подбородок, а схватил самую душу, — ложь я считываю на раз-два. И за каждое слово вранья тебе придётся ответить. Так что подумай хорошенько, стоит ли врать, тем более, если делать ты этого как следует не умеешь.

Пальцы его исчезли. Нервно выдохнув, я инстинктивно отодвинулась к двери.

— Сейчас иди к себе, — дотянувшись, он открыл дверцу позади меня. Спины коснулся холодный воздух, и я поспешила закутаться в пиджак, который так и не сняла.

Не дожидаясь, пока я выполню его указание, он отворил дверь со своей стороны и первым покинул салон лимузина.

Я же так и сидела, кутаясь в пиджак до тех пор, пока Рус не оказался рядом. Шире раскрыв дверь, он выжидающе посмотрел на меня, и я всё же ступила на улицу.

— Как я поняла, мы не будем делить с тобой одну спальню?

— Хочешь перебраться в мою спальню? — Жёсткая линия его рта дрогнула подобием усмешки.

— Нет, если это позволительно, — вскинув голову, без раздумий ответила я и тут же поняла, поняла, что слова мои прозвучали неуместно, но как сказать иначе — не знала.

Наверное, Анна была права. Не раз она говорила, что я должна быть внимательнее, быть более прилежной и ответственнее относиться к обучению манерам, правилам поведения с мужчинами. Вот только мне всегда казалось это слишком скучным. Тем более, я знала — Борис не отдаст меня. Так зачем нужны были все эти наставления и уроки? Он всегда хотел, чтобы я принадлежала только ему, и не скрывал от меня этого. Вот только каждый раз существо моё отзывалось протестом.

— Позволительно, если я позволяю, — он продолжал усмехаться.

Мне вдруг захотелось ответить ему в таком же тоне, только что именно, я не знала. Да и тревога из-за произошедшей встречи не отпускала меня. Только когда за нами закрылись раздвижные ворота особняка Руслана, я почувствовала себя немного спокойнее, но всё ещё не могла отделаться от холодка, пробежавшего по всему телу, едва увидела огромную чёрную машину, которую уже видела до этого. В последний раз — в ту ночь, когда, напуганная, вымокшая, с заляпанными кровью руками встретила Руслана.

— Не стоит каждый раз напоминать мне, Руслан, что тебе принадлежит право решать, — всё-таки ответила я, поднявшись на пару ступенек.

Оглянулась. Руслан всё ещё стоял возле машины.

— Я поняла это.