Диагностика любви - Кейт Харди

Через три недели после удаления опухоли Кейт назначили первый сеанс лучевой терапии. Она уже встретилась с командой радиологов, которые рассказали ей, как будет проводиться лечение, и посоветовали не пользоваться ароматизированным гелем для душа, дезодорантом или тальком, потому что после их применения могут возникнуть болевые ощущения. Позволялось использовать обычное мыло и крем на водной основе.

– Ты должна быть в больнице к одиннадцати, – сказал Роб. – Но если мы выедем в десять, у нас будет достаточно времени. Если приедем рано, то сходим в кафе.

Кейт его обняла:

– Я так тебе благодарна, Роб.

– Я знаю. И также знаю, что ты сделала бы для меня то же самое, поэтому перестань суетиться. – Он ее обнял. – Ты не должна беспокоиться о Джеме, любимая. Мы побудем с тобой, пока тебя не вызовут, а затем мы пойдем на прогулку, или мальчики поиграют в компьютерные игры. Дальше решим по ситуации: если ты устанешь, то поедем домой, и я сделаю тебе бутерброд. Ты посидишь и отдохнешь, а я отведу детей в бассейн.

«Мы как одна семьи», – подумала Кейт. При мысли об этом у нее потеплело на душе.

– Я уже говорила, что ты замечательный? – спросила она.

– Да, – произнес Роб с улыбкой, – но я не против того, чтобы ты это повторила.

В среду вечером Джеймс не пришел к Шарлотте в назначенное время, чтобы позаниматься танцами. Шарлотта позвонила на его мобильный телефон, но услышала голос автоответчика. Она не стала оставлять сообщение, решив, что, возможно, он сейчас за рулем и просто не хочет отвлекаться.

Когда прошел еще один час, она набрала его номер. Снова включилась голосовая почта.

– Джеймс, это Шарлотта, – сказала она. – Я полагаю, что сегодня вечером ты приехать не сможешь.

Оборвав связь, она приготовила кофе. После того как через полчаса от Джеймса не последовало никаких известий, Шарлотта уже собралась перестать ждать и пойти в ванную, но тут в дверь позвонили.

Открыв дверь, она увидела измученного Джеймса.

– Ты ужасно выглядишь, – удивленно заметила она.

– Догадываюсь, – признался он. – Я весь день провел в операционной.

– Проходи и присаживайся. Что случилось?

Он опустился на диван:

– Мне позвонили из кардиореанимации. Ночью туда доставили ребенка со стенозом аортального клапана. Мальчика зовут Том. Он не был готов к операции, поэтому его держали в отделении интенсивной терапии. Он был синюшный; не помогли ни кислородотерапия, ни стимуляция простагландином. Поэтому вызвали меня, ибо я был его последним шансом на спасение. Скажем так, работа с ним была немного сложной. – Он вздохнул. – Я пытался тебе дозвониться, но телефон был занят.

– Мне очень жаль. – Шарлотта села рядом и взяла его за руку. – Давай пропустим сегодняшнее занятие. Ты выглядишь опустошенным, и я уверена, что ничего не ел.

– Ну да, не ел, – признался он. – Я был слишком занят. Мне было не до размышлений о голоде.

– У тебя резко упал уровень сахара. Посиди, а я что-нибудь приготовлю, – сказала она.

– Право, не стоит, – запротестовал он.

– Я сделаю омлет за пять минут. Никаких хлопот. Оставайся на месте. – Шарлотта вышла, чтобы налить ему стакан апельсинового сока, а затем вернулась в гостиную. – Выпей пока. Я тебя позову.

Но когда она выложила омлет на тарелку и позвала Джеймса, ответа не последовало. Войдя в гостиную, она обнаружила, что он просто уснул там, где сидел. К ее удивлению, Пандора лежала, свернувшись калачиком на его коленях.

«Он совсем вымотался», – подумала Шарлотта, решив его не будить.

– Умница. Оставайся там, где лежишь, – прошептала она кошке и на цыпочках вернулась на кухню.

Через полчаса зазвонил мобильный телефон Джеймса. Вздрогнув, он проснулся. Он был шокирован больше Шарлотты, когда обнаружил Пандору у себя на коленях. Когда она успела? Он даже не мог вспомнить, как уснул.

Он вытащил телефон из кармана:

– Джеймс Александер слушает.

– Джеймс, это Рита из отделения интенсивной терапии. Нужно, чтобы вы вернулись в операционную, – сказала ему медсестра. – Тому плохо.

– Уже еду, – ответил Джеймс и осторожно погладил Пандору. – К сожалению, кошка, я должен тебя согнать.

Взяв ее на руки, он поднялся. В этот момент в гостиную вошла Шарлотта.

– Я должен вернуться в операционную.

– Том? – спросила она.

Он мрачно кивнул:

– Ты зря готовила мне еду. Извини.

– Джеймс, я сделала только омлет. Иди и умойся, чтобы окончательно проснуться, а я сделаю тебе бутерброд. – Шарлотта взяла у него Пандору. – Иди-ка сюда. Пусть этот бедняга идет. Ванная комната вверх по лестнице и прямо, – сказала она.

Когда Джеймс умылся и спустился вниз, она протянула ему завернутый в бумагу бутерброд:

– Береги себя. Увидимся завтра, – тихо произнесла она.

А потом она совершила нечто из ряда вон выходящее. Шарлотта сама его поцеловала. Тепло и сладость ее губ оставались с ним до конца дня, который он провел в операционной. Перед тем как заснуть, Джеймс увидел перед собой образ Шарлотты.

Следующим утром Шарлотта разбирала документы перед приемом в поликлинике, когда раздался стук в дверь.

Перед ней появился Джеймс. Она никогда не видела его таким: волосы были грязными и взъерошенными, обычно гладковыбритое лицо покрылось щетиной, одежда помялась.

– Джеймс?

– Извини, я изможден. Знаю, что выскажу совершенно неуместную просьбу, но я не против, если ты меня обнимешь.

К своему ужасу, Шарлотта увидела слезы в его глазах. Что-то случилось. Произошло нечто ужасное. Она не раздумывая подошла к нему и обняла.