Очень (не) обычная история - Марина Вуд

— Почему ты боишься? — притягиваю ее к себе и обнимаю за плечи. Ты ведь не одна. У тебя теперь есть я. Я несу за тебя ответственность.

Аня прижимается ко мне и кладет голову на плечо.

— Обещаю, что решу все твои проблемы, — провожу рукой по спине и чувствую, как снова начинаю возбуждаться.

Черт! Вот сейчас реально не в тему. У меня тут напуганная молоденькая самочка. Боюсь, что если ее сейчас не успокою, то в ближайшее время сдохну от хронического стояка.

— Это все так непривычно. Ново для меня, — она начинает своими пальчиками поглаживать мою шею.

— Мне тоже, — напрягаюсь и нежно отстраняю ее. — Раньше все по-другому было. Просто.

Это, млять, пытка какая-то!

— А сейчас все усложнилось? — смотрит на меня таким взглядом, что хотеться душу наизнанку вывернуть и ей отдать.

— В сто раз, — улыбаюсь, пытаюсь перевести свои слова в шутку. — Я начал понимать наркоманов, которые сидят на системе. Которых тянет принять дозу. Меня теперь тоже тянет. И знаешь, не по-детски так.

— Честно, — Аня удивленно смотрит на меня.

— Сам диву даюсь! Вроде взрослый мужик, а все туда же.

— Это мы типа встречаемся? — на ее лице появляется подобие улыбки.

— Ну типа да, — беру ее за руки снова тяну к себе.

Поцеловать дико хочется эту заразу малолетнюю.

— А как же другие женщины? — заглядывает в мои глаза.

Это ж надо, с такой наивностью во взгляде, поднимать такие неприятные темы. Да еще в такой момент. Но не того напала. Я умею профессионально съезжать.

— Какие другие женщины? — вскидываю брови. Ты это о чем?

— Я о тех, других. Которые были до меня, — спрашивает с видом наивного ангела.

— Ангел мой, нет никаких других. И вообще, я не понимаю, о чем ты.

— Провалы в памяти? — начинает давить смешок.

— Это, наверное, возрастное. Пора на пенсию, — ловлю взгляд Ани и вижу, как ее губы дёргаются в улыбке.

— Да ну тебя! Прибедняешься тут, — шутя ударяет меня по руке.

Недолго думая, сгребаю девушку в охапку. Усаживаю себе на колени и упираюсь носом в затылок.

— Лучше скажи, что делать будем? — крепко обнимаю, когда она пытается выкрутиться.

— Не знаю, — ерзает своей задницей у меня на коленях.

— Есть предложение. Давай сейчас в какой-нибудь торговый центр съездим. Развеемся. Елку купим. Подарки. Или что там к Новому году покупают?

Сдается в попытке выкрутится и я чувствую, как она расслабляется в моих руках.

— Давай. Я не против. Хотя ели честно, то я не очень люблю этот праздник, — откидывает голову назад и прижимается щекой к моим губам.

— Если честно, то я тоже, — говорю и целую в теплую, нежную кожу. — Но все меняется. Надо расширят свои границы и пробовать что-то новое.

Спустя несколько часов. Елки! Распродажи! Новогодние акции! Мне уже в глазах рябит от этих светящихся витрин, гирлянд и новогодней мишуры. И через один магазин играет Синатра с этим своим Let it snow. Бррр! Раздражает! Но я терплю. Пусть уж лучше Синатра, чем медицинские справочники по гинекологии.

— Егор, смотри! Стеклянные игрушки, — девушка останавливается возле мигающей витрины. — Моя бабушка их очень любит. Я когда была маленькой, елку перевернула и почти все игрушки на ней разбились. Рыдали с ней на пару над разноцветными осколками.

— Это ведь всего лишь игрушки, — я заправляю за ухо выбившийся локон из ее пучка.

— Для нее была память. Давай зайдем? Несколько игрушек купим.

Да я вообще готов за один твой взгляд весь магазин этот выкупить.

— Давай.

Пока Аня рассматривает стелаж с шарами, я замечаю знакомую фигуру в коричневой, норковой шубе практически в пол. Не желая быть замеченным, отворачиваюсь лицом к пушистым гирляндам и делаю заинтересованный вид. Но это меня никак не спасает от…

— Какие люди! — слышу тонкий, женский голос за спиной и медленно разворачиваюсь.

— Привет! — натягиваю кривую улыбку.

—Сколько лет не виделись? — улыбается моя бывшая пилюля от скуки, а точнее местная светская львица Ксения Белокурова, с которой я поступил когда-то совсем не по-джентельменски. — Рада видеть тебя Громов!

Не могу ответить тем же. Хамить не хочу. Поэтому просто киваю в знак согласия. Как говорят, триста лет не виделись, на кой мы встретились!

— Ты здесь, — она крутит головой по сторонам, — один?

— Нет. Не один, — отвечаю сухо и быстро, с надеждой побыстрее закончить этот диалог. — Ты, кажется, куда-то направлялась?

— Я? — хлопает на меня своими искусственными ресницами. — Ты что?! Куда спешить, когда такая встреча? — улыбается вставленным бриллиантом в верхний клык.

Уже даже туда их пихает! Еще бы в одно место себе вставила.

‒ Егор, помоги, пожалуйста, — возле нас появляется Анна с большой коробкой в руках. — Здравствуйте! — ее настороженный взгляд начинает метаться от меня к Белокуровой.

‒ Давай, — забираю коробку из ее рук, игнорируя рядом стоящую Ксюху.

— Это твоя дочь Громов? — язвит стерва. — Не знала, что у тебя есть дети, — довольно улыбается, явно восхищаясь своей остротой.

Все в определенных кругах знают, что ни семьи, ни детей меня нет.

— Нет. Это не моя дочь. Это… — смотрю на то, как Анна напрягается, видимо не меньше ожидая моего ответа.

Сглатываю подступивший ком. Тяну время. Потому как за свои слова я привык отвечать.

— Это моя женщина, — говор четко и громко, чтобы на корню убить зарождающиеся вопросы в голове у Ксении.