Хочу вернуть тебя - Амелия Борн

Я притворно поморщился. Тот еще был герой.

- Ага, а потом все же добегался до вывиха и хромал после целый месяц. Это все потому, что не хотел тебя оставлять с другими парнями.

- Я бы уехала с тобой! - горячо заявила Лебедева.

Приостановилась и прищурилась, повернувшись ко мне.

- Или ты и впрямь мне тогда настолько не доверял?

Отвечать на этот вопрос мне было нечего. Нет, я конечно, мог броситься заверять Еву, что доверял, что даже не думал о возможности быть обманутым, но мои прошлые действия говорили красочнее всяких слов. Причем, не в мою пользу.

- Ох, это что, мама? - вырвалось из моего рта помимо воли, когда я скользнул взглядом по прогуливающейся чуть поодаль парочке.

Ева проследила за тем, куда я смотрю.

- Кажется, она, - кивнула уверенно. - Только кто это с ней?

О, этот вопрос тоже волновал меня в первую очередь. Отошли мы, значит, на двадцать минут, а мама не просто оставила девочек, но уже успела отыскать себе ухажера! За таким она они разу замечена не была.

- Идем, - велел я Еве и потащил ее к сладкой парочке.

- Слушай, может, не надо им мешать? - попыталась воззвать ко мне Лебедева.

Поздно. Я уже доволок ее, как на буксире, и, буквально подкравшись к маме и ее кавалеру, вопросил:

- Не помешаем?

Реакция мужика была стремительной. Он резко развернулся и, оттеснив маму - мою, между прочим! - спрятал ее за спину, а сам выставил руки перед собой. Драться что ли готовился?

- Степан! Это мой сын! - воскликнула мама, выглядывая из-за довольно внушительной фигуры своего знакомого.

- Сын?

Тот почесал в затылке.

- А зачем он сзади подкрадывается?

Я начал злиться - мало того, что этот мужлан увел мою мать бог знает куда, так еще и придирался к моим передвижениям.

- Мам, а ты вообще помнишь, что приехала сюда с внучками? - обратился я напрямую к родительнице.

Та сначала потупила взгляд, но после вскинула подбородок.

- Вообще-то за девочками Юрик присматривает. А Степана я случайно встретила. Мы виделись раз в жизни, когда я в санатории отдыхала, - выпалила она. - И вот узнали друг друга сразу же.

Я вздохнул и окинул мужика пристальным взглядом. Тот взял на изготовку - ну чисто военный.

- Степан Леонидович Малютин! - представился он. - Генерал в отставке.

Он протянул мне крепкую широкую ладонь, которую я после некоторого колебания, но все же пожал. И добавил, порядком удивив и меня, и Лебедеву, что вздохнула рядом, когда Степан произнес:

- Обговаривали с матушкой твоей ситуацию, в которую вы попали. Имею основания думать, что смогу вам подсобить.

Глава 26

Да, он так и сказал. На какой-то свой особенный манер, отдающий нафталином. Я мрачно посмотрел на мать. Обычно она не стремилась поделиться настолько сокровенными деталями жизни, к тому же, чужой, с малознакомыми людьми.

- И что поведала вам матушка? - в тон генералу, спросил я.

Малютин прищурился, после чего мотнул головой, указывая в сторону прибрежного ресторанчика.

- Такие вещи на сухую обсуждать не комильфо. Пойдем, пропустим по штофику, как у нас говорилось, а потом все мне обскажете.

Я переглянулся с Лебедевой. Она уверенно кивнула. В принципе, мы ничего не теряли, доверившись Малютину. Навряд ли в нашей ситуации могло появиться что-то еще, что только бы усугубило положение дел, потому что попросту было дальше некуда.

- По штофику, так по штофику, - согласился я и вся наша процессия двинулась к ресторану.

Степан Леонидович, с которым мама умудрилась укатить куда-то на прогулку, чем вызвала немалое мое удивление, обещал нам помощь. Как оказалось, у генерала внутренней разведки тоже имелись связи, которыми можно было легко помериться с депутатом. Ну, или хотя бы попытаться это сделать. Эти новости привели Лебедеву в состояние крайней степени ажитации.

А вот я не разделял чаяний Евы. Во-первых, Малютин пока нам помог только на словах. Во-вторых, вот пусть сделал бы что-то, а потом ему уже и все почести, и новый штофик, и поляну впридачу.

- Нет, ты представляешь? Какая удача, что мы все же сюда приехали! - в который раз повторила Ева, когда мы убедились в том, что Быстриков и девочки заснули.

Причем в весьма забавной позе - поперек кровати спал Юрик, а в изголовье, обнявшись, дрыхли наши девчонки. Причем Лена так прижимала к себе Маруську, словно боялась, что сестру могут в любой момент у нее отнять.

- Ну, удача-не удача, а я пока предпочту относиться к Малютину скептически, - хмыкнул я.

Лебедева, как раз приземлившаяся на диван рядом со мной, окинула меня удивленным взглядом. Затем в глазах ее заплясали чертики и Ева спросила:

- Ты что, снова собрался играть в мачо, в радиусе километра от которого не должно быть никаких лиц мужского пола?

Я невольно вскинул брови. Лебедева, чуть позволившая себе лишнего во время переговоров «за штофиком», кажется, решила меня подразнить. Я включился в игру, потому что вдруг почувствовал, что возбуждение, которое испытывал по отношению к несносной Еве, полилось через край. А от вида раскрасневшихся щек Лебедевой и приоткрытых манящих губ крышу начало капитально срывать.

Придвинувшись к Еве, я потянулся к ней и заговорщически прошептал:

- Убью любого, кто посягнет на мою женщину.

На что чертовка рассмеялась и лукаво спросила:

- Ты про маму?

Что и говорить, а Ева всегда умела не просто сравнять между нами счет, но и вырваться вперед с огромным отрывом.

- Я про ту, кого хочу, - прохрипел я и