Идея Фикс - Маша Драч

- Это не дает тебе права зажиматься с другими мужиками прямо у меня на глазах, - Холланд подошел ко мне и резко притянул к себе.

Терпкий аромат его одеколона, будто разряд тока, прошёлся вдоль всего моего тела. Почему этот человек на меня так влияет? Я когда-нибудь узнаю ответ?

Не требуя моего позволения, Патрик впился в мои губы, больно сжав волосы на затылке. Я зашипела от неприятных ощущений, но он сжал волосы еще сильней. Минуту назад между нами назревал серьезный скандал, а теперь Холланд покрывает мою шею влажными поцелуями. Такое поведение совсем не вязалось с моим представлением о перепалке между людьми.

Я протяжно застонала, когда пальцы Патрики сильно сжали мои соски через ткань кофты. Внизу живота зародился огонь, что мог сжечь меня в любую секунду. Моя светлая сторона дала слабину, уступая свое место порочной части моей души. Я чувствовала это изменение внутри себя, и оно мне нравилось.

Кровати в этой комнате не было, но Холланд быстро нашел выход из ситуации. Он смахнул с большого черного стола различный БДСМ-игрушки и уложил на него. Я обвила ногами бедра Патрика и притянула к себе как можно ближе. Его горячее дыхание жгло кожу, сильные руки до приятной боли сжимали мои ягодицы. Разве такое существует на самом деле? Мне постоянно не хватает Холланда. Я хочу больше и больше.

Разорвав блузку у меня на груди, Патрик облизала мои соски, и слегка прикусил их. Я выгнулась дугой и сбивчиво застонала. Моя грудь была уж лишком чувствительной. Задрав юбку, Холланд одним резким движение разодрал мои колготки. Это была настоящая животная страсть, которой прежде я не испытывала.

Сердце грохотало где-то в горле, пока Патрик расстегивал свои брюки. Мне уже было не до того, чтобы раздевать Холланда, я лишь хотела ощутить его внутри себя. Незамедлительное проникновение заставляет меня стонать в сладкой истоме. Патрик буквально вдавливал меня в жесткую поверхность стола. Его толчки срывали с моих губ крики, от которых в горле начало першить. Холланд крепко держал меня, буквально зафиксировав на одном месте, отчего его движения я ощущала как-то по-особенному.

Карие глаза горели долей безумия и нескрываемой похотью. Мы нарушили целый ряд правил, но всё это было сейчас неважным. Мой мир сконцентрировался в теле одного человека, который доводил меня до полного исступления. Было жарко, но вместе с тем невыносимо хорошо. Запах секса заполнил собой всё пространство. Кровь грохотала в висках, а ощущение скорой разрядки уже протягивало к нам свои руки.

Я прижалась всем телом к влажному телу Холланда, когда оргазм сотряс каждую клетку. Я дрожала и постанывала, пока Патрик продолжал вбиваться в меня, словно сумасшедший. Горячая сперма выплеснулась мне на живот. Холланд глухо застонал и уткнулся лбом мне в ключицу. Его сердце билось в такт с моим. Ни я, ни он никак не могли нормально отдышаться.

- Запомни, - прошептал Патрик, подняв голову. – В твоей жизни есть только я и никого другого.

Часть 13

Я давно не видела Марго такой воодушевленной. Сегодня она весь день ходила в поднесенном настроении и даже что-то напивала себе под нос. Я долго делала уроки, поэтому не сразу смогла узнать причину такого вдохновленного расположения духа своей соседки.

Покончив писать невероятно длиннющий конспект по истории журналистики, я с облегчением закрыла тетрадку и спрятала ее подальше от своих глаз. Рука невыносимо болела после этой бестолковой писанины, а поясница неприятно покалывала. Насколько же глупое суждение некоторых профессоров, которые почему-то думают, что огромные конспекты чему-то научат студентов!

Налив себе зеленного чая, я с ногами взобралась на кровать и пытливо посмотрела на Марго. Она тщательно красила свои длинные ресницы и притопывала одной ногой в такт музыке, что играла у нее в наушниках. Мне даже стало интересно, как долго подруга будет не замечать или игнорировать мой пронзительный взгляд?

В конце концов, Марго завершает красить свои ресницы и вынимает наушники.

- Почему ты так смотришь на меня? – не выдерживает она.

- Как так? – я делаю вид, будто не понимаю, о чем именно говорит подруга.

- С любопытством что ли, - пытается объяснить Марго.

- А ты ничего не хочешь мне рассказать? – делаю глоток чая.

- Неужели всё настолько очевидно? – подруга немного смущена.

Вообще Марго достаточно трудно застать врасплох, но когда она вот так немного по-детски смущается и весь день страдает из-за рассеянности, то я смело могу заявить, моя подруга в кого-то влюблена.

- Кто он? – отвечаю вопросом на вопрос.

- Помнишь симпатичного парня, с которым я разговаривала в вашем с Лео любимом клубе?

- Да, как его зовут? Чарли? Нет, кажется, Чарльз.

- Чарльз, - повторяет Марго, утвердительно кивая головой. – Он сегодня предложил мне поужинать.

- А ты?

- Ну, конечно же, согласилась, - подруга заулыбалась.

- Слушай, это отличная новость, - я искренне была рада тому, что в личной жизни моей соседки всё начало налаживаться. – Как думаешь, у вас может что-то получится? – чай резко перестал меня интересовать, поэтому я поставила кружку на тумбочку.

- Не хочу загадывать наперед, но он мне определенно нравится. Мы с ним долго переписывались. Чарльз оказался классным собеседником и с отличным чувством юмора.

- Это хорошо, надеюсь, у вас всё получится.

- Я тоже на это надеюсь. Ну а ты? – Марго отвернулась к зеркалу и продолжила краситься.

- Что я?

- Как у тебя с Патриком?

Почему-то любая тема, которая имела хоть какое-то отношение к Холланду, давалась мне с великим трудом. Отчасти это было связано с тем, что наши отношения не имели ничего общего с теми отношениями, что развиваются у нормальных пар. Я была влюблена в Патрика, но он, боюсь, что нет. Мне не хотелось думать об этом, хоть я прекрасно понимала, что рано или поздно вопрос о чувствах станет между нами. Холланд доходчиво мне объяснил, что по большому счету нас связывает исключительно секс, но этого оказалось недостаточно, чтобы перестать испытывать к этому человеку трепетное чувство первой влюбленности.

Временами я совершенно не могла понять Патрика: он убеждает, что между нами только секс, а затем звереет, когда я нахожусь в компании других мужчин. Холланд часто твердит,