Фатальное трио - Юля Белова

Но нет, этого не происходит. Роб отстраняется, выпускает меня из объятий и делает шаг назад.

– Доброй ночи, Алиса. Мы увидимся очень скоро.

На ватных ногах я бреду домой, поднимаюсь по лестнице и, войдя в квартиру, прислоняюсь спиной к двери. Ну и денёк...

Мне едва хватает сил, чтобы раздеться, выпить таблетку аспирина и забраться под одеяло. Думать я не могу, да и совершенно не хочу. Только спать. Я уже начинаю проваливаться в сон, как раздаётся громкий звук входящего сообщения. Кто там ещё...

Я беру телефон и подношу к глазам. Половина второго. Кто вообще в такое время может мне что-то писать? Сто процентов, это Яр. Но нет, я ошибаюсь. Сообщение от хозяина квартиры.

“Алиса, у меня изменились обстоятельства, поэтому деньги будут нужны уже сегодня до 16 часов. Если не сможете рассчитаться, буду вынужден вынести ваши вещи из квартиры. Спокойной ночи.”

Да уж, спокойной.

* * *

Не могу сказать, что я совершенно разбита, но жизнерадостной бодрости нет и в помине. Вместо завтрака – шипучая таблетка витамина С. Вместо растяжки – горячий душ. Хотелось бы мне назвать это утро добрым, да как-то не получается, учитывая, что меня ждёт день, полный проблем.

Итак, мне требуется десять тысяч рублей. Не такая уж астрономическая сумма, но нужны мне эти деньги немедленно, а все источники уже вычерпаны. Кругом лишь пересохшие колодцы, а времени не остаётся.

Попробую разжиться деньгами в школе, кстати, я уже опаздываю, надо поторопиться. А если у коллег стрельнуть не получится? Катя тоже не успеет смотаться к родителям. Но она может попросить у коллег. Смешно, работать в банке и не иметь в кошельке жалких десяти тысяч. Хотя, конечно, это я жалкая, а не тысячи.

И если ничего не получится, домохозяин вышвырнет мои вещи на улицу, а у меня даже не на что их перевезти. И, главное, куда? К Кате? Или к Ярославу. Прекрасно. Отличная перспектива. Ему только позвони, он через минуту здесь будет... Впрочем, после вчерашнего, может, и нет. Блядью он меня называл прям от чистого сердца. Дожилась. И, главное, так ли он не прав?

С такими мыслями я еду на работу и веду первый урок. На перемене захожу в учительскую. На моё счастье, физрук здесь. А на него я возлагаю главные свои надежды. Он единственный, кто неплохо ко мне относится и не завидует моим сумочкам и юбкам.

– Даня, – я беру его под локоть, – можно тебя спросить кое о чём?

Все присутствующие поворачиваются в нашу сторону. И то правда, что ещё за Даня? Нужно говорить Даниил Матвеевич. У самой мужик олигарх, а мы тут несчастные и одинокие, так ей ещё единственного молодого мужчину подавай. Ни стыда, ни совести.

Мы выходим в так называемый секретариат, хотя никакого секретаря здесь не имеется. Это небольшая комната, отделяющая учительскую от кабинета завуча.

– Чего, Алис? Ты какая-то не такая сегодня. Не болеешь?

– Голова немного болит, а что сильно заметно?

– Ну так, – понимающе усмехается физрук.

– Дань, слушай, ты меня не выручишь? У меня такая ситуация, край... В общем деньги нужны.

– Тебе? – Даня удивлённо поднимает брови.

– Да, десять тысяч, до зарплаты, но только прямо сегодня, а то меня из квартиры выгонят.

– Не понял.

– Слушай, долгая история, в общем, мы с Яром... Ты только никому, чтоб вообще ни одна живая душа, понял? Ну, короче, я квартиру снимаю, и хозяин требует десять тысяч вот прям сейчас, не то выкинет мои вещи на улицу. И меня с ними.

– Ну, переночевать ты у меня можешь.

– Блин, Даня, мне не переночевать, а квартиру сохранить надо. Знаешь, сколько я ему уже заплатила, три месяца буду только на хату пахать. Ну что, выручишь?

– Алис, – он озадаченно почёсывает голову, – ты меня припёрла, конечно. У меня только три тысячи с собой имеется. Вернее, всего три. Но можно попытаться у кого-то перехватить. Сейчас просто все на мели, до зарплаты несколько дней всего... Ладно, дай мне времени до вечера, хорошо?

– У меня в четыре часа последний срок.

– Ясно, – безо всякого оптимизма говорит физрук. Попробую что-нибудь придумать. В любом случае, если надо будет вещи перевезти или ещё с чем помочь, я всегда готов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Спасибо, – грустно киваю я, – ты только никому, ладно?

– Могила, – заверяет он и поспешно ретируется в учительскую.

Я остаюсь на месте, достаю телефон и набираю Катькин номер. Моя последняя надежда. Если она меня не выручит, придётся возвращаться в квартиру Ярослава, ведь не буду же я у Кати полгода жить, пока заработаю на возврат долгов и на аренду другой квартиры. Может и больше.

Я делаю шаг в сторону учительской, но в этот момент открывается дверь кабинета завуча:

– Алиса Вадимовна, зайдите на минуточку.

Ей-то что от меня нужно? Вообще Трегубова баба нормальная, никогда не придирается. Я захожу.

– Здравствуйте, Наталья Степановна.

– Здравствуйте, Алиса. Присядьте, пожалуйста.

Неужели директор решил меня уволить? Часов у меня и так почти не осталось, сокращать нечего.

– Вы меня извините великодушно, но я случайно услышала ваш разговор с Даниилом Матвеевичем. Дверь в кабинет приоткрыта была.

Я вспыхиваю, щёки делаются пунцовыми. Неудобно получилось. Я свои тайны афишировать не собиралась, но Дане призналась и Трегубова услышала. Теперь вся школа узнает. Могла бы встать да закрыть дверь, чтоб чужие разговоры не подслушивать...

– Я очень сочувствую вашей ситуации. Не беспокойтесь, я её ни с кем обсуждать не собираюсь Просто..., одним словом, хочу вам помочь. Вот, возьмите.

Она берёт со своего стола две пятитысячные купюры и кладёт передо мной. Мне почему-то делается так стыдно, просто ужас. Я сижу, опустив голову, и даже сказать ничего не могу. Потом, наконец, беру себя в руки.

– Наталья Степановна, спасибо вам огромное. Вы меня спасли. Это не преувеличение. Я отдам, самое позднее, в день зарплаты, но постараюсь как можно раньше.

– Да не беспокойтесь, в день зарплаты меня вполне устраивает, но, если нужно, можете и позже отдать. Я очень рада, если смогла вам помочь.

Я повторяю “спасибо” не меньше миллиона раз.

– И ещё, хотела сказать, – говорит Наталья Степановна, –