Фатальное трио - Юля Белова

Он дёргает головой, как от пощёчины, легко стукает костяшками пальцев по столу и молча отходит.

Меня потряхивает. Я беру бокал с вином и как воду выпиваю большими глотками. Беззаботного головокружения и ощущения, будто все проблемы отступили нет и в помине. Не надо было приходить.

* * *

Я чувствую себя зомби и пью вино, не ощущая ни вкуса, ни опьянения. Машинально улыбаюсь и поддакиваю словам Кати и Саши, но не слышу и не осознаю, что они говорят. В голове только шум, будто я ненастроенный радиоприёмник.

Примерно через полчаса понимаю, что хочу в туалет. Я беспокойно смотрю туда, где сидел Ярослав. За его столиком уже другие люди. Но сам он не ушёл, я замечаю его у барной стойки и троих его спутников тоже.

Я поднимаюсь и скольжу в сторону туалетных комнат, представляя себя бесплотной тенью. Наверное, я действительно стала невидимой, поскольку мои одноклассники, увлечённые друг другом не замечают, что я их покидаю.

Когда я выхожу из туалета, сразу натыкаюсь на Ярослава. Он ждёт меня. В сердце внезапно становится до ужаса горячо и тоскливо. Охотник выследил трепетную лань. Первая мысль – вернуться в туалет и закрыться на задвижку. Но не буду же я там до утра сидеть.

Яр видит смятение в моих глазах. Разумеется.

– Пока не выслушаешь, не пущу.

Я делаю шаг назад и прижимаюсь к закрытой туалетной двери. Он подходит вплотную и упираясь в неё рукой, нависает надо мной. Прям как наш директор школы. От него сильно пахнет алкоголем и по лицу видно, что он изрядно пьян.

– То, что ты увидела... В общем, у меня не было секса с теми девушками.

– Ну извини, что помешала.

– Помолчи. Это, как тебе сказать... это такой неформальный бизнес-проект, просто для моего основного бизнеса я завожу связи. Я занимаюсь тем...

– Что поставляешь девочек для тройничков, – перебиваю я.

Яр хмурится и убирает руку, запихивая её в карман. Стоит он не очень ровно и слегка пошатывается.

– Это слишком примитивная трактовка. Как бы это ни выглядело на первый взгляд, всё совсем иначе.

– Ты даже соврать не можешь нормально, всё не так, да всё иначе. Как иначе? Думаешь, я не знаю, что вы со своей Вестой заманиваете девчонок и трахаетесь втроём?

– Что за чушь! – выкрикивает он.

– Ты и меня ей пытался подсунуть. А потом бы подкладывал своим деловым партнёрам?

Он злится и снова выбрасывает вперёд руку. На этот раз он бьёт в дверь кулаком, и я невольно сжимаюсь, глядя на его, перекошенное гневом лицо. От него веет злобой, и как я ни презираю Яра, холодное щупальце страха скользит по спине и забирается в голову.

– Что за херня! Ты что, не помнишь, что я не хотел, чтобы мы к Весте ехали?!

– Помню, конечно. Всё в деталях помню, разыграли, как по нотам.

– Тогда всё случайно получилось. Да, она хотела тебя трахнуть, потому что запала на тебя, она лесбиянка. Но я был против. Не помнишь уже? Ты же меня сама умоляла к ней поехать, хотя понимала, чего ей от тебя надо. Явно не стишков.

Ну ты и урод, Ярик.

– Серьёзно? – как можно спокойнее говорю я.

При этом ни о каком спокойствии и речи не идёт. Меня буквально трясёт и на глазах выступают предательские слезинки. Я отворачиваюсь, чтобы он их не заметил.

– Ну а что я мог сделать? Ты же слушать ничего не желала! Что ты отворачиваешься, не нравится, как я деньги зарабатываю? Но ты от них вроде не отказывалась.

– Отказалась сразу, как узнала. От денег твоих и от тебя. Чего ты от меня хочешь? Вокруг вон баб сколько, ты их, как перчатки меняешь, чего ты ко мне прицепился?

– Какие бабы, Алиса! Нет у меня баб никаких, только ты! И не было! И не хочу я других, ты что, понять не можешь? Все они так, пыль, ничто. Для меня важна только ты. Как к ним можно ревновать? Всего лишь проект, даже не основная работа. И вообще, чистый нетворкинг и никакого криминала.

– Отойди, пожалуйста. Тебя, наверное, партнёры ждут. Да и мне уже пора.

– Никуда мы не пойдём пока не закончим разговор.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он снова бьёт кулаком в дверь, на этот раз ещё сильнее, и мне становится ещё страшнее. В таком состоянии я его никогда не видела.

– Да о чём говорить?

– О том, что мы сейчас поедем домой, и, если у тебя будут какие-то вопросы, я на них отвечу. Ты мне нужна, понимаешь?

– Нет у меня никаких вопросов, и я точно с тобой никуда не поеду. Больше мы не вместе, Яр. Запомни это. Ты мне больше не нужен!

Яр неожиданно и резко хватает меня за волосы на затылке, зажимает их в кулак, оттягивая мою голову назад. Сам он склоняется надо мной, словно хочет поцеловать. Мне больно и страшно. От растерянности и испуга я не знаю, что делать.

– Тебе же ясно сказали, разговор окончен, – вдруг раздаётся рядом низкий, с хрипотцой мужской голос. – Отпусти!

От неожиданности Яр меня отпускает. И всматривается в лицо того, кто пришёл мне на помощь.

– А-а-а – злобно тянет он, узнав Роба, – любитель поэзии. Теперь, кажется, всё проясняется. Не это ли истинная причина твоего бегства? То есть, сама трахаешься с поваром, а виноватым выставляешь меня. Красивая комбинация.

Лицо Ярослава искажает бешенство.

– Сама блядь, а кричишь, что я тебе изменял. Сама блядь, а я виноват? Вот же блядь!

Он с силой толкает меня, и я бьюсь затылком о туалетную дверь. Удар такой, что на мгновение в глазах становится темно, а в ушах раздаётся звон. Во рту возникает электрический привкус. В тот же миг я вижу кулак Роба, сокрушающий челюсть Ярослава.

Яр запрокидывает голову и отлетает в сторону, а Роб подскакивает ко мне.

– Ты в порядке?

– Да, всё хорошо, – говорю я, потирая затылок. – Ты его не убил?

– Нет.

– Может, и зря... Отвезёшь меня домой?

* * *

Пока Роб ждёт меня у выхода, я прощаюсь с Реутовым и Катей.

– Да куда ты торопишься? – удивляется она. – Вечер только начался.

Вот же