Поцелуй герцога - Элоиза Джеймс

— Мама не поехала с нами.

— За последний час никто так и не процитировал «Замшелое зеркало», и если я в скором времени не услышу несколько наставительных фраз оттуда, то начну забывать все его заповеди. Хотя перед нами шагает его живое воплощение.

— Мамы нет, — повторила сестра, — поэтому у тебя нет нужды вести себя так, словно она то и дело следит за тобой и заставляет делать что-то ужасное. Например, выйти за Руперта. — Джорджиана махнула рукой в перчатке. — Посмотри вокруг, Оливия. Здесь никого, кроме нас двоих.

— Если тебе удастся не обращать внимания на герцогиню, герцога, леди Сиблторп и юную дурочку Алтею. Не говоря уже о несчастных слугах с корзинами, изнемогающих в своих ливреях. Жаль, что лорд Джастин не смог к нам присоединиться. Прогулка ужасно скучная по крайней мере, а он заставил бы меня смеяться.

— О чем вы разговаривали в гостиной незадолго до нашего ухода? Кажется, вы прекрасно проводили время.

— Мы с Джастином довольно поверхностны, поэтому затеяли игру, чтобы выяснить, кто сумеет придумать самое неприятное оскорбление.

— Зачем вам понадобилось придумывать оскорбления? — Джорджиана искренне огорчилась и скорее всего подумала, что Оливия собирается навредить герцогине Сконс. — Для чего они тебе?

— Это просто игра. Для мужчины Джастин сочинил вот это: «Безмозглая, дрянная, подлая собачонка».

Джорджиана взглянула в сторону герцогини.

— Ради Бога, Оливия, тише! Неужели ты не понимаешь, как это низко?

— Не уверена. — Оливия уже пожалела, что поделилась с Джорджианой. Конечно, сестра не одобрила столь глупого времяпровождения. — Мы просто веселились, — сказала она в свое оправдание.

— Звучит ужасно вульгарно. О подобных словах нельзя даже думать, не то что произносить вслух.

Внезапно герцог отстал от гостей и обернулся.

— Собачонка — это собака с закрученным вверх хвостом. Или другими словами, непородистая, — заметил он, даже не извинившись за то, что подслушал чужой разговор.

Сердце Оливии тут же забилось быстрее. Таких широких плеч, как у герцога, она никогда не видела ни у одного знатного человека. Зачем такие плечи тому, кто все время проводит за испещренными цифрами бумагами?

— А какой вклад вы внесли в игру с моим кузеном, мисс Литтон? — спросил он, устремив на нее пристальный взгляд темных глаз.

Будь у Оливии выбор, она не стала бы произносить эти слова вслух, но герцог и Джорджиана выжидательно смотрели на нее.

— Мое оскорбление для женщины: «тощий хорек с костлявыми бедрами и плоским задом».

Внезапно герцог расхохотался. Смех показался Оливии несколько натянутым, но все же это был смех.

Джорджиана не смеялась.

— Надеюсь, ты не думала обо мне, — прошипела она.

— Нет. — Оливия кивнула в сторону худощавой, хотя и прелестной леди Алтеи.

— Это оскорбление говорит о тебе больше, чем о ней. — Джорджиана бросила на сестру многозначительный взгляд.

Поправив зонтик, она взяла герцога под руку. — Расскажите мне еще о бесконечно малых величинах, ваша светлость.

Оливия никогда прежде не слышала, чтобы у Джорджианы был такой воркующий голос. Она чуть наклонилась, притворившись, будто развязалась лента на туфельке, надеясь, что герцог с Джорджианой уйдут вперед.

Она представляла их вместе. Лорд и леди Чопорность, ее великолепие…

Герцог обернулся.

— Мисс Литтон, мы не хотим оставлять вас позади! — Он без улыбки посмотрел на нее, и ее сердце вновь безумно забилось.

Гости собрались у белых ворот рядом с довольно ветхим домом. Герцогиня передала трость слуге.

— Хорошенько постучите в ворота, — приказала она. — Это разбудит обитателей.

— Прошу прощения, — вступился герцог и отпустил руку Джорджианы. — Позвольте мне. — И он легко отодвинул щеколду.

— Не надо было этого делать, Таркуин, — сказала герцогиня. — Я всегда сообщаю таким образом о своем прибытии. Зачем заставлять бедняг бегать полуодетыми? Это ужасно.

Герцог молча открыл ворота и придерживал их, пока гости не прошли. Яркие шляпки и зонты выделялись на фоне запущенного пейзажа.

Дверь дома отворилась, и оттуда высыпали дети, раскланиваясь перед гостями.

— Добрый день, миссис Нокем, — обратилась герцогиня к невзрачной усталой женщине с красными узловатыми руками. Все дети уже успели выстроиться в ряд. — Эйвери, Эндрю, Арчер. — Герцогиня кивнула каждому.

— Я Альфред, — сказал самый маленький мальчик. — Арчер в пабе.

Герцогиня нахмурилась.

— В пабе, миссис Нокем? Арчер ведь еще слишком молод, чтобы пить спиртное.

— Наш Арчер приносит домой пенни в неделю, отмывая кружки, ваша милость. Мы очень им гордимся.

— Конечно, пенни это очень важно. — Герцогиня снова посмотрела на детей. — Добрый день, Одри и Эми. Где Энн?

— В доме, ей не очень хорошо, — ответила мать, теребя передник.

— Надеюсь, это не связано с ребенком. Насколько мне известно, она встречается с младшим сыном мясника.

— Нет, нет! — Миссис Нокем часто заморгала. — Наша Энн хорошая девушка. Она посидела на траве, и теперь вся покрылась пятнами. Мы называем это лиловой сыпью.

Герцогиня махнула рукой слуге.

— Внесите корзину в дом. Миссис Нокем, позвольте заметить, одна из моих гостей, мисс Джорджиана Литтон, довольно искусна в лечении кожных болезней.

Оливия подалась вперед и шепнула сестре на ухо:

— Леди Алтея может вызывать экипаж и возвращаться в Лондон.

Однако леди Сиблторп не желала сдаваться.

— Моя дочь, леди Алтея, тоже много знает о заболеваниях кожи, — авторитетно заявила она. — Мы осмотрим девушку.

На лице миссис Нокем не отразилось особенной радости по поводу гостей в доме, но, кажется, она понимала, что поток не остановить, если берег уже размыт. Она отступила и сильнее заморгала.

Джорджиана вошла в дом.

— Миссис Нокем, должно быть, вы очень переживаете. Расскажите, что произошло.

Герцогиня жестом пригласила леди Алтею и ее мать войти.

— Куин, тебе лучше подождать снаружи. Мисс Литтон, вы понимаете, что эта собака должна остаться на улице?

— Я ничего не знаю о заболеваниях кожи, — сказала Оливия, надеясь, что герцогиня до чего-нибудь дотронется и подхватит лиловую сыпь.

— Действительно, — сказала герцогиня, закрывая за собой дверь.

Оливия вздохнула.

Тут до нее дошло, что перед ней в ряд стоят дети, которые явно не собираются бегать и играть, как положено их ровесникам. Они были все довольно грязные и худые.