Электрический идол - Кэти Роберт

– Я видел фотографии твоей спальни. На снимках она так не выглядит. – Сколько бы я ее ни дразнил, кровать хламом не завалена, но это не та кровать, которую я видел на фото.

– А, да. – Психея бросает на нее чемодан, затем начинает перебирать груды одежды и кидать туда вещи. – Я пользуюсь спальней Персефоны. Она аккуратистка, да и обстановка в ее комнате выглядит эстетично. К тому же она никогда не публиковала фотографии интерьера нашего дома.

Смотрю, как еще три платья летят в чемодан, из которого разноцветные ткани уже вываливаются через край, и у меня иссякает терпение.

– Да твою ж мать. – Я не аккуратист, как она выразилась. Мне нравится, когда мое барахло разложено по местам, потому что это упрощает жизнь, но я не разгуливаю с машинкой для расклейки ярлыков и не слетаю с катушек, когда что-то лежит не там, где нужно. Тем не менее от ее полного пренебрежения ко всему, что отдаленно напоминает порядок, у меня начинает дергаться правый глаз. Я ставлю сумки у двери и, осторожно прокравшись к ее кровати, начинаю складывать одежду.

– Что ты делаешь?

– Не обращай на меня внимания и собирайся дальше. – Странно возиться с женской одеждой. Это новый сенсорный опыт: большинство вещей не хотят складываться, и мне приходится по-всякому их сворачивать, чтобы создать хотя бы подобие порядка. Я стараюсь не думать, как Психея носит эти вещи, в особенности шелковое платье, которое скользит по моим ладоням, пока пытаюсь с ним совладать. Оно бы прекрасно смотрелось у меня на полу, после того как я стащил бы его с ее плеч и… Сосредоточься.

Чемодан уже наполовину собран, когда Психея бросает на меня пристальный взгляд.

– Мне нужно сложить еще несколько вещей. Захвати сумки с оборудованием, встретимся внизу.

– Хорошая попытка. Но нет.

– Эрос, я буду рыться в ящиках с нижним бельем. Дай мне немного пространства.

Начинаю спорить, но замолкаю, когда мне в голову приходит одна мысль.

– Свадебное платье.

– Что?

– Тебе нужно свадебное платье.

Психея хмурится, а потом чертыхается.

– Мне нужно свадебное платье. Черт. Ничего не выйдет. Нам не хватит времени. – Она начинает путаться в словах. – О боги, без такого важного атрибута никто не поверит, что мы женимся по-настоящему.

Я хватаю ее за плечи.

– Психея, посмотри на меня.

– Мне, наверное, пора выбирать себе надгробие, потому что…

Не думаю о последствиях своих действий. Просто целую ее. Психея напрягается, но не успеваю отстраниться, как она тает в моих руках, запускает пальцы в мои волосы и прижимается ко мне всем телом. Самое время остановиться и вернуться к нашему разговору. Мне удалось остановить ее панику, значит, цели я достиг. Нам нужно прекратить…

Но я не готов. Ее вкус чертовски сладок на языке. Еще одно напоминание, что она не такая, как все, кого я когда-либо встречал. Она хитрая и заботится о публичном имидже, но при этом она нежная, веселая и милая.

Хороший человек сделал бы все возможное, чтобы сохранить ее. Он бы сражался и с ее внутренними демонами, и с внешними врагами, чтобы создать мир, в котором она могла бы опустить защитные преграды и жить счастливо без брони. Он бы увез ее к чертовой матери из Олимпа, пообещал обеспечить безопасность без эгоистичной выгоды, вознес бы ее на пьедестал и каждый день поклонялся у ее алтаря.

Но я не хороший человек.

А долбаный монстр.

Я хочу, чтобы Психея была моей. Это желание разгорелось еще в первую ночь, но за минувшие сутки окончательно вышло из-под контроля. Мне плевать, что она заслуживает кого-то столь же милого, как и она сама. Хочу приковать ее к себе и вырву глотку любому, кто думает, что сможет забрать ее у меня.

Обхватив ее лицо ладонью, слегка наклоняю ее голову назад и углубляю поцелуй. Овладеваю ей в этом крохотном жесте. Теперь она моя, пускай знать об этом будем только мы. Она издает тихий стон, который отзывается в моем члене. Мне бы ничего не стоило толкнуть ее на кровать и целовать, пока мы не забудем все причины, почему это ужасная идея.

Но мы не в моей квартире за запертой дверью, которая отгораживает нас от всего мира. Я не могу соблазнить Психею, чтобы она позволила мне делать с ней все, что хочу, потому что очень скоро нас прервут, и тогда точно больше никогда не смогу прикоснуться к ней.

Этого нельзя допустить. Ничто не помешает мне быть с этой женщиной… даже мои эгоистичные порывы.

Я неохотно поднимаю голову. Психея смотрит на меня, ее губы стали более пухлыми после поцелуя. Одного этого достаточно, чтобы побудить меня вновь ощутить ее вкус, но в этот миг здравый смысл решает взять верх. Делаю прерывистый вдох.

– Скажи мне, какие у тебя параметры.

Она замирает.

– Что?

Удовлетворение, которое пронизывает меня, когда осознаю, что оказал на нее такое же сильное впечатление, как и она на меня, вызывает беспокойство. Очередное свидетельство, насколько я сейчас неуправляем. Гоню эту мысль прочь и стараюсь сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас.

– Твои параметры. Они мне нужны.

Психея облизывает губы, ее взгляд по-прежнему рассеян.

– Хм, мы уже говорили об этом. Это не…

– Твои параметры, Психея. – Я провожу руками по ее бокам и сжимаю бедра. – Или ты хочешь, чтобы я сам измерил? Тебе, конечно, придется раздеться.

Она отступает назад, разрывая наш контакт.

– В этом нет необходимости. – Она произносит несколько цифр, которые я быстро запоминаю. Ее лицо раскраснелось, она избегает моего взгляда. – Это все?

– Да. – Беру осветительное оборудование. – Подожду тебя в машине.

– Спасибо.

Вообразить не мог, сколько усилий мне потребуется, чтобы развернуться и уйти от нее. Прохожу в гостиную и спускаюсь на лифте. Ожидаю, что сюда заявится Каллисто, но мне никто не встречается на пути, пока иду к машине и убираю оборудование в багажник. В нем осталось место только для чемодана, больше туда ничего не влезет. Решаю, что лучше сделать звонок из машины, чем стоять посреди улицы и ждать Психею. Здесь не так много пешеходов, как возле моего дома, но я все равно привлекаю пристальные взгляды. Лишь вопрос времени, когда кто-то сфотографирует меня, разместит снимок в Сети, и сюда слетятся папарацци. Не хватало еще, чтобы кто-то подслушал этот разговор.

И