Край собачьих следов - Алёна Рю

От упражнений с мечом начала гореть кровь. Тело оживало. Эри чувствовала приток силы. Она способна постоять за себя и не только постоять, но и что-то изменить...

– Знаешь, что мне в тебе нравится, Найт? – сказал через некоторое время Даррен. Сердце ухнуло, она замерла. – И тогда у Кебарда, и сейчас. Ты рассчитываешь только на себя. Принимаешь помощь, но не ждешь ее.

«Так было не всегда», – пронеслось в голове.

– Я бы хотела и сама что-то делать, – Эри остановилась и, повернув голову, посмотрела на Даррена просительно, снизу вверх.

– Уже делаешь, – заявил тот уверенно. – Одним своим присутствием.

– Хотелось бы делать что-то значимое... – начала было она.

– Вот натренируем тебя, совсем другой разговор пойдет, – Даррен говорил строго, но глаза улыбались. – Чего смотришь? Давай, вперед!

***

Рикки глянул на себя в зеркало, висевшее между койками Лиса и Волка. Синяк под глазом благополучно рассосался, губа зажила, а шрам на брови зарубцывался. Быстро на нем заживало.

– Эй, красотка, почем даешь? – широченной ладонью Буйвол хлопнул его по спине. Рикки сжал кулаки.

– Оставь его в покое, Марк! – крикнул, заходя в казарму, Кристофер.

– Дай голубкам поворковать, – подал голос со своего места Вирт.

Рикки развернулся как механическая игрушка и проговорил:

– Я буду драться с тобой, пока не прекратишь.

– Рад это слышать, – Марк отступил и уселся на койку Лиса. – Пойдешь сегодня с нами?

– Куда? – Рикки нахмурился.

– Сегодня день рождения у Филиппа, – сказал, останавливаясь рядом, Кристофер. – Мы хотим отметить в «Падшей сове».

– А Лангдюр тоже пойдет? – Вирт приподнялся на локтях.

– Филипп его брат, – не поворачивая головы, ответил Орел.

– А как же высокопарные речи о супружестве? – не унимался Сокол. Кристофер дернул головой.

– В «Падшей сове» можно и просто неплохо поужинать.

– Для этого не обязательно идти туда, – парировал Вирт.

– А тебя никто не заставляет, – прервал их Марк. – Хорош уже. Идем или как?

– Идем, – Вирт скинул ноги с кровати и поднялся. – До полуночи весь ваш.

– Да-а, какая честь, – протянул Кристофер.

В казарме повисло неприятное молчание. Буйвол подошел к двери.

– Кстати, мал... Хартон, – заговорил он, обернувшись – Есть предложение, как тебя назвать.

– И какое же? – поинтересовался Орел, подбирая со спинки кровати свой плащ.

Марк пояснил уже в коридоре:

– Я родился на севере. У нас среди снегов бегает один такой юркий зверек – горностай. Когда дрались, я почувствовал в тебе подвижность и ловкость. Тренировать только, и будет самое оно.

– Зверек маленький? – решил уточнить Рикки, хотя и знал ответ наверняка.

– Небольшой, – Марк подмигнул.

– Настоящая сила не в форме, а в содержании, – вступился Кристофер. – По мне, так Рикки Горностай звучит неплохо.

– Согласен, – поддержал идею Вирт.

– Вот и решили, – хохотнул Марк.

Рикки улыбнулся. Ему уже придумывают прозвище, значит, скоро и в свои ряды примут. И чего он тут боялся, грустил и размышлял?

Надо меньше думать и больше делать.

***

– Ты сказал жене, куда идешь? – Вирт откинулся на спинку стула и, согнув руку в локте, прочертил указательным пальцем круг в воздухе, как будто обводил помещение.

Это был дорого отделанный зал с высоким куполом и стенами, увешанными картинами. Впереди была сцена с алым занавесом. По бокам и над входом тянулся балкон. За резными перилами виднелись одинаковые дверки в комнатки, где и проходила вторая часть представления.

Спешить наверх здесь было не принято. Рыцари расположились за овальным столиком у края сцены и, получив напитки, ждали, когда принесут ужин. Последний раз в полном составе Рикки их видел на смотре у королевы, но сегодня чувствовал себя куда увереннее.

– Сказал, – неохотно ответил Лангдюр Окунь.

– Неужели? – удивился Сокол. – И она отпустила?

– Ты любил кого-нибудь, Вирт, хоть когда-нибудь? – вмешался в разговор Орел.

– Я часто кого-нибудь люблю, Крис, так что не завидуй.

– Ладно, мужики, – перебил их Доминик, заметив, что беседа перетекает в ненужное русло. – Мы здесь, чтобы Филиппа поздравить. Ну, чтобы все удавалось, парень! – он сжал его предплечье.

– Чтобы жизнь била ключом! – Марк Буйвол стукнул по столу кружкой.

– Чтобы было много женщин! – пожелал Вирт Сокол.

– И чтобы среди них ты нашел свою! – добавил Лангдюр Окунь.

– Чтобы твои друзья были рядом! – присоединился Арок Ворон.

– Чтобы ты был лучшим! – сказал Кристофер Орел.

– Чтобы ни в чем не сомневался! – пожелал Рикки, отныне Горностай.

– Чтобы умер своей смертью, – замкнул круг Андрей Волк.

Все на мгновение замолкли.

– Спасибо вам, ребят, огромное! – Филипп Змей поднялся. Другие Рыцари тоже встали. Кружки гулко ударились друг о друга. Смеясь, парни снова сели за стол.

Только Волк остался стоять.

– Так скоро? – удивился Доминик.

– Некоторые дела не могут ждать, – ответил Андрей. – Извини, Филипп. Ты сам сегодня Лидера слышал. Приятного вечера!

Он кивнул и, подобрав плащ, направился к выходу. Рикки проводил его взглядом до самой двери. В голову снова закралась невеселая мысль, что тело короля едва остыло, а они тут веселятся и не ищут настоящего убийцу.

– Волк давно хочет выслужиться. Не обращай внимания, Филипп, – ободрил Лангдюр младшего брата.

– Но в чем-то он прав, – возразил тот. – Прошло шестнадцать дней, а от нас никакого толка.

– Здесь не место для таких разговоров, – нахмурился Орел. – Да и не время.

– Ящерицы сбрасывают хвосты быстрее, чем мы шевелимся, – заметил в сторону Доминик.

– По крайней мере, мы знаем, как они вытащили полукровку, – вступился Марк. – И что из этого следует.

– А кто-то считал, – Вирт выразительно глянул на Кристофера, – что отребье с дорог у нас вне политики, а вон, пожалуйста...

– Разбойник утверждал, – ответил Орел, – что Красные Лисы не связаны