Сладкая горошинка - Патрисия Тэйер

Пейдж расплакалась.

— А по чьей вине произошла авария? — с ужасом в голосе спросила она.

— За рулем сидел Кёрк, — сообщил Тим Кинан. — Вскрытие показало, что у вашего отца был рак мозга в последней стадии. Медики считают, что это и стало причиной его агрессивного поведения.

Морган и Ли тяжко вздохнули. Пейдж потерла виски.

Рассказ приемных родителей вызвал у них настоящее потрясение.

Рид завершил строительство беседки за неделю. Потом он разбил вокруг нее несколько клумб и посадил там яркие цветы. Они должны непременно понравиться маме. Ларкин в этом не сомневался.

Он был удовлетворен результатами своего труда и с нетерпением, посматривая на дорогу, ждал, когда его любимую мамочку привезут из пансионата.

Но в поле зрения Рида попал не микроавтобус из «Тенистой гавани», а грузовичок Холта Ролинса.

Друг Ларкина лихо въехал на территорию особняка Рида.

— Привет, Холт. Что это тебя так неожиданно принесло сюда?

— Я приехал с потрясающей новостью, — радостно отозвался Холт. — Моя жена беременна.

— О, поздравляю! — Рид пожал приятелю руку, но сердце Ларкина сжалось… От зависти. Он натянуто улыбнулся и похлопал Холта по спине: — Вы времени даром не теряли. Молодцы.

— Все именно так и происходит, когда находишь свою любовь. Ли — это моя судьба, моя жизнь. И я очень счастлив. А разве у тебя с Пейдж по-другому?

— Увы, Холт, увы.

— Так не все потеряно, дружище. У вас еще наладятся отношения. Ли убеждена, что вы — идеальная пара.

— Это Пейдж тебя прислала сюда? Холт, только не хитри. — Рид пытался подловить Ролинса.

— Я думал, ты знаешь ее лучше. Да она перестанет разговаривать со мной, если узнает, что я обсуждал здесь ваши отношения…

— Тогда в чем дело? С ней что-то случилось? Или с ребенком?

— Да все в порядке. Просто я примчался к тебе на помощь. Разве ты не нуждаешься в поддержке?

— Холт, оставь меня в покое.

— Но ты же помог мне, когда у меня были сложности в отношениях с Ли. Теперь я хочу помочь тебе. Да, я понимаю, что с девушками по фамилии Кинан нелегко. Но они умеют безгранично и преданно любить. А это — главное. Кстати, Пейдж еще и бесстрашная. Я знаю.

— Я тоже, — откликнулся Рид. — Она доказала это еще в школе. Я был в младших классах хилым мальчонкой — идеальной мишенью для издевательств. У меня даже был «личный» мучитель — Робби Карсон. Шанса не упускал, чтобы не задеть слабака. Как-то он хотел отнять у меня завтрак. А Пейдж подошла к этому громиле и… надавала ему оплеух. Робби так растерялся, что не стал даже сопротивляться. С того дня мы с ней и подружились по-настоящему. И я стал работать над собой. И уже мог постоять за себя сам. И за любимую девочку…

— Вот и беги к ней.

— Нет. Не могу. Мы разошлись навсегда.

— Рид, а ты, прости за резкость, все-таки действительно слабак. Даже не борешься за свое счастье. Но ты же без ума от Пейдж. Что тогда выпендриваешься? Ах, мы гордые… Ну и живи бобылем. — Холт направился к своей машине. — В общем, захочешь поговорить, знаешь, где меня искать.

— Я все понял, Холт. Счастливо.

— Любимых надо уметь прощать, друг. Мужик должен быть великодушным. Ну, я поехал. — Ролинс махнул на прощание рукой.

Риду стало грустно. Он понимал, что его товарищ прав, по прошлое не давало Ларкину покоя. Оно зависло над ним черной тучей. Было, конечно, и хорошее. Но в основном сплошной негатив.

Он посмотрел на шоссе и увидел машину из пансионата. Мама наконец приехала. Ее сопровождали Джоди и Ник.

Рид облегченно вздохнул. Почти вся семья в сборе.

Сестра Рида накрыла стол в новой беседке. Перекусили на свежем воздухе.

— Как замечательно, что тебя отпустили, мамочка, — произнесла Джоди. — Может, скоро выпишут окончательно.

- Будем устраивать посиделки в тесном семейном кpyгy, — заявил Рид.

— Неужели даже Кинанов не пригласишь? — поддела его сестра, но тут ее ребенок захныкал, и она решила уложить его спать.

Когда Джоди на руках с Ники удалилась, Салли обратилась к сыну:

— Ты д-давно не в-видел Пейдж?

— Мы больше не общаемся.

— Сынок, эт-то моя в-вина. Т-только не злись н-на меня…

— Ты ни в чем не виновата, мама.

— Эт-то я… просила Пейдж устроить т-тебя в колледж. П-просила, чтобы она п-поговорила с Билли Х-хатчинсоном насчет д-денег.

Их беседу прервала Джоди, вернувшись со свежим номером местной газеты в руках.

— Звонил Холт! Посоветовал прочитать вот это. — Сестра Рида указала на вторую полосу. — Невероятно. Открытое письмо Лила Хатчинсона.

Рид начал читать.

Семье Ларкин

Во-первых, и в основных, семья Хатчинсон выражает искренние и глубокие соболезнования в связи с гибелью Майкла Ларкина. Мы признаем, что долгое время скрывали причастность моего отца, Уильяма Хатчинсона, к этому непростому делу. Но он виноват в смерти Майкла только косвенно. На шахте произошло обрушение.

Что же касается клеветы в адрес Майкла, мой отец не в состоянии принести извинения семье Ларкин, поскольку находится в практически невменяемом состоянии, Уильям Хатчинсон признан тяжело больным человеком.

Мы же, здравомыслящие члены его семьи, отказываемся от любых притязаний в смысле прав собственности на шахту «Мечта Майкла». Все права на разработку прииска будут отписаны семье Ларкин.

Еще раз выражаем свои соболезнования в связи с гибелью Майкла Ларкина.

Лил Уильям Хатчинсон

— Фантастика! — воскликнула Джоди. — Великие и ужасные Хатчинсоны пытаются искупить свои грехи. И кто бы мог подумать, что они решатся на такое. — Джоди передала Риду еще и конверт. — Это лежало в почтовом ящике.

Рид вскрыл пакет. В нем находились заверенные юристами бумаги, о которых Лил сообщал в газете. А еще в конверте Ларкин нашел записочку: «Была рада поспособствовать окончательному возвращению собственности ее законным владельцам».

Рид, естественно, понял, от кого записка. Он показал ее матери.

— Правда восторжествовала, мама.

— П-прости м-меня сынок за все. — По лицу Салли потекли слезы. — И П-пейдж тоже.

— Я не могу простить Кинан.

— С-смири гордыню…

— Действительно, Рид, хватит тебе беситься, — прикрикнула на брата Джоди. — Лучше возьми охапку цветов и упади перед Пейдж на колени. Она — необыкновенная женщина.

— Пейдж не примет меня.

— Братец, извини, но ты дурак. Да она будет на седьмом небе, если ты снова заключишь ее в объятия.