Тайна ассистентки дракона - Анна Сергеевна Одувалова

– Нет! – пискнула Шуша.

Истон снова на нее покосился и заржал.

– Крыса дело говорит. С тебя желание, с меня – молчание. Все, Монро, мне пора репетировать благодарственную речь. Я наверняка стану единственным наследником Вингов, ведь Вест не переживет того, что его таки обскакали. До новых встреч, дамы. И не советую лезть к драконам. Вам крупно повезло, что я люблю оставаться у девушек на завтрак, а не готовить его из них.

Подмигнув, Истон ушел, насвистывая веселую песенку. Мы определенно подняли ему настроение.

– А как же «я не крыса, я бе-е-елка»? – съязвила я. – Что, он уже не кажется тебе мужественным и благородным?

– Да ла-а-адно, – уныло протянула Шушанна. – Может, все обойдется? Ну, узнал Истон, что мы летим его компанией, но это же не значит, что станет делать гадости?

Хотелось в это верить. Но почему-то не получалось.

Глава 6

Тот факт, что его величеству, королю всех драконов и тиранов Вестейну Вингу пришлось лететь вместе с простыми смертными, не добавил ему дружелюбия. К тому же день у шефа не задался с самого начала: проспал, не успел выпить кофе, едва не забыл какие-то документы. Мы с Шушанной еще издалека заметили его мрачный вид и напряглись. Хотя при виде нас Вестейн немного развеселился.

– У тебя что, крысу током ударило? – слишком жизнерадостно уточнил он. – Чего она у тебя такая лохматая?

Из недр темного, слегка потрепанного меха злобно сверкала глазами Шушанна. Если бы она сидела у меня на руках, я бы ее непременно прижала поближе, спасая от излишнего любопытства шефа. Но Шуша была в клетке.

– Это шубка… – пояснила я, чувствуя себя идиоткой. Как на нее шеф на меня и смотрел.

– Для шиншиллы? Куколка, она и есть шуба!

– Она боится замерзнуть…

Я прикусила язык, а Шушанна – мой палец.

– И часто ты с крысками разговариваешь? – поинтересовался Вестейн. – Хотя нет, разговоры – не проблема. Часто они тебе отвечают?

Я не нашлась что ответить, поэтому зевнула и принялась рассматривать драконпорт. Смысл спорить со зловредным, невыспавшимся шефом? Правильно, никакого. А драконпорт в Магополисе был, конечно, невероятный! Здание возводили по проекту драконов, поэтому здесь преобладали сдержанная роскошь, монументальность, строгость. Гордостью драконпорта были огромные часы на стене – их можно было увидеть из любой точки, а еще они служили маяком для драконов во время штормов и снегопадов. Я бывала здесь всего несколько раз, но мне нравилась неповторимая атмосфера путешествий и приключений.

Шуше не нравилось ничего: ей было жарко. Вестейну тоже ничего не нравилось, но тут виной были утро и поганый характер дракона.

Мне все нравилось, но я нервничала из-за того, что о полете стало известно Истону. Мне казалось, не в характере младшего Винга так легко забыть о сорванной демонстрации. И все время, оставшееся до объявления посадки, я размышляла, как именно он может осложнить нам жизнь и получится ли сделать так, чтобы Вестейн ни о чем не узнал.

Хотя даже если он и не узнает, то все равно меня убьет: в очереди на посадку стоял целый класс школьников.

– Мы летим на катания во Вьюжск, – радостно поделилась с нами их взволнованная учительница. – Это мой первый класс.

– Поздравляю, – кисло протянул шеф, а какой-то мальчишка из очереди показал ему средний палец.

Даже Шуша от неожиданности вдохнула волосы с шубы и закашлялась. Мне очень хотелось высказать ей все, что я думаю о поисках маленькой шубы в пять утра, но мы двигались к лестнице в кабину в такой толпе, что я даже дышать старалась не слишком активно, дабы никого не толкнуть ребрами. Только сжимала покрепче переноску с Шушанной.

Компания Истона пользовалась популярностью, в салоне не было свободных мест. Наш ряд оказался в самом центре, и я со стоном опустилась в кресло, заметив, что все школьники остались позади нас и уже расчехляли свертки, пакетики и коробочки, чтобы похрустеть, пожевать, погрызть и пососать. Воздух наполнился ароматами снеков и сладостей, и я поняла, что ужасно голодна.

– А на таких рейсах кормят? – спросила у шефа.

– Ты издеваешься?! Я откуда знаю?! Я никогда так не летал!

Кажется, у Вестейна дергался глаз. Я фыркнула: до чего забавная картинка! И даже преисполнилась удовлетворения. Некоторым богатым и зазнавшимся драконам полезно спуститься на землю и погулять по ней в компании простых смертных.

Третье место в нашем ряду довольно долго оставалось пустым. Когда сзади раздался очередной взрыв смеха, я вздохнула.

– Может, хоть сосед нормальный попадется…

В этот же момент на кресло у прохода села молодая (и задолбавшаяся) мамочка с ребенком. Почти кроха, он рыдал, срываясь на ор, а девушка молча гипнотизировала спинку впереди стоявшего кресла и выглядела так, словно ей совершенно все равно, приземлится ли дракон во Вьюжске.

Кажется, через пару часов к орущему младенцу присоединится еще и Вестейн. А потом еще и я.

Ребенок сзади принялся методично пинать спинки наших кресел.

Младенец рыдал.

Школьники шуршали бумажками и гоготали.

Проводницы тщетно пытались навести в этом хаосе порядок, но их голоса тонули в общем гвалте.

– К демонам! – не выдержал Вестейн.

Учительница, сидевшая через проход, посмотрела на него с укоризной.

– Я никуда не лечу! Пустите… Извините…

Пока я соображала, стоит ли мне отправиться вслед за шефом, и если да, то зачем: поддержать или уговаривать, дракон сделал мощный рывок.

Сухарики, печенье и сухофрукты полетели по салону, а Вестейн, не удержавшись на ногах, грохнулся прямо на меня, оказавшись в пугающей близости и напрягающей тяжести. Хорошо, что не на ребенка. Или плохо? Тогда бы он перестал орать.

– Поздно, – вздохнула я, чувствуя, как краснею. – Уже летим.

Вестейн был вынужден вернуться на место. Шуша недовольно на меня покосилась – она вообще не любила, когда сверху кто-то падает. Все же в кабине дракона было слишком жарко для шубы, так что подруга разделась, и со стороны казалось, будто в клетке как минимум две шиншиллы.

Долететь до Вьюжска. Долететь до Вьюжска!

Повторить тысячу раз, пока не долетим до Вьюжска!

Я старалась мыслить позитивно, но, надо заметить, во всем этом было мало позитивного. Как назло, будто мироздание надо мной издевалось, нам с Вестейном попался худший рейс из возможных. Вскоре запах от детских лакомств стал нестерпимым.

– Можно я отгрызу ему ухо?! – тихонько рычала Шуша, ибо ей вибрации от пинков по креслу передавались особенно чувствительно: вся клетка звенела.

Я сделала уже тысячу замечаний матери