Потомки - А. Берблюм

— Интересно, дочь министра — это тоже для статусности?

Всеслав заметно погрустнел:

— Я сам не знаю. Мне вообще кажется, я влип.

— Что значит влип? — поморщился Адам.

— Зоя поссорилась с отцом, и попросила забрать ее с вещами. Ей некуда было идти, и я отдал ей квартиру Тахмана в пользование, он еще полгода будет в командировке. Это все произошло так быстро, буквально час после того, как я проводил ее до дома.

— Что?!

— Да, и Авлот видел, что это был я.

— И ты мне говоришь это только сейчас? — Адам не понимал, как он все это время разговаривал с ним о халате, потом о Мяснике, о Талер, о Вере, после того, как увел из дома дочь Железного Авлота.

— Я не знал, как это все тебе сказать, меня отвлек Мясник со своим шпионом. Слава Богу, что отвлек, а то я в своей голове то женюсь на ней, то меня хоронят. А ты не знаешь, на последнее мероприятие можно одеть серый костюм? Вроде бы можно, траур то не у меня, а у родных… Адам, я не смог ей отказать. Может, это даже к лучшему, не знаю к чему это все приведет, но к чему же то приведет. Да не дрейфь, прорвемся.

— Ты сам себя успокаиваешь?

Всеслав посмотрел на друга большими несчастными глазами.

***

Он воспринял появление Зои на собрании, как свою победу. Гордость ударила в голову, как молодое вино, и он напрочь забыл об осторожности. Он говорил ей комплименты, читал цитаты каких-то писателей, даже то, что она дочь министра оказалось в этот раз на втором плане.

Всеслав рассказывал ей все больше ужастиков про гидроцефалов, про псов Господних. Верным служителям Церкви Судного Дня он перемыл кости напоследок и довольно убедительно, так, что Зоя, полная праведного гнева, с них и начала высказывать свои претензии к министру.

Всеславу, когда он довел ее до ворот дома, в голову неожиданно пришла здравая мысль, что он слегка погорячился, но было уже поздно. Когда спустя полчаса, Зоя позвонила ему с просьбой забрать ее на электромобиле, потому что у нее много вещей, он уже точно понял, что совершил ошибку.

Но отступать уже было поздно, да и как-то не по-мужски.

— Но неужели надо вот так рубить с плеча и уходить из дома, — спросил сам себя вслух Всеслав, ожидая Зою перед ее домом. Он уже устал, ему хотелось спать, и на сегодня с него было достаточно приключений. Почему ей обязательно надо было на ночь глядя доказывать свою правоту.

Когда хлопнули ворота, он непроизвольно вздрогнул. Был поздний вечер, а находиться у дома министра обороны, после того как стал причиной его конфликта с дочерью было небезопасно. Поэтому увидев, что это Зоя и она одна, молодому человеку немного полегчало.

— Привет еще раз, — хотел он сказать весело и непринужденно, но получилось суховато. Впрочем, Зоя не заметила.

— Спасибо, Всеслав, я тебе очень благодарна, что ты все бросил и приехал. Даже не знаю, чтобы я делала сейчас без тебя.

— Спала бы.

— Да, смешная шутка.

Всеслав подумал, что это не шутка, но вслух философски заметил:

— Да, в таких ситуациях, если не смеяться, останется только заплакать.

Зоя погрустнела:

— Поверишь? Я с трудом удерживаюсь. Это все так сложно для меня. Я даже не знала, что уйти из дома так тяжело. У меня и отношения с родителями идеальными никогда не были, с отцом я вообще забыла, когда разговаривала больше пяти минут в день, до того, как я с вами связалась. «Связалась» — это его слова. Но, Всеслав, на душе будто кошки скребут. Знаю, что я права, а вот все равно…

— Да, малыш, это все не просто. Но сейчас, — он тронулся с места, — надо ехать, пока твой папа не опомнился и не оторвал мне голову по самые щиколотки.

Зоя пожала плечами:

— Не думаю. Он, скорее всего, подождет, когда я сама прибегу обратно. Я знаю — мама с ним расходилась пару раз. Жаль, что я с мамой не попрощалась, но она уже спала, а в эту бароспальню не достучишься. Ну на то она и бароспальня. А куда мы едем, к тебе?

Всеслав бросил на нее удивленный взгляд, на секунду оторвавшись от дороги.

— Хм, ты посреди ночи звонишь мне, просишь забрать, и не знаешь куда?

— Не делай из меня дуру, — возмутилась Зоя. — Я собиралась в Платановый Двор, это мини отель на Речной. Там уютнее, чем у меня дома. Но ты же едешь и не спрашиваешь, куда меня везти. Вот, я и подумала, что мы едем к тебе.

— Я бы не позволил себе такого.

Зоя не смогла скрыть довольную полуулыбку, Всеслав был самой галантностью.

— Мы едем, в квартиру моего хорошего друга. Ничего не подумай, — предупредил он, — его не будет в городе еще месяца четыре. И там вполне прилично.

Тут Всеслав слегка запнулся, вспоминая, не мог ли он оставить там чего-либо в прошлый раз, когда отдыхал там с одной знакомой феминисткой после выматывающих политических дискуссий.

Когда Зоя вошла в квартиру, она отметила, что она действительно довольно приличная. Первое, что сразу ей пришлось по душе — это аромат хризантем, конечно искусственный, но очень приятный.

В большой гостиной Всеслав сразу расположился, как у себя дома, заняв место на полосатом диване. Зоя аккуратно осматривалась, как кошка, которую привезли на новоселье. Она никак не могла решить, куда ей сесть, диван занял Всеслав, а кресло и стул были завалены какими-то вещами

— Здесь довольно неплохо, — сказала она, — но куда можно все это убрать? Даже сесть некуда.

— Чем тебе не нравится диван?

Девушка нерешительно села на краешек дивана.

— Зоя, ты меня стесняешься?

— Нет, что ты. Но ведь эти вещи не должны просто лежать на стульях, у них должно быть место. Ведь так?

Всеслав взял ее за руку.

— Не переживай. Я понимаю, тебе сейчас нелегко. Но завтра наступит новый день и все как-то будет.

— Как-то это как?

— Как-то — это значит как-то. Сегодня ты злишься на отца, ушла из дома, сидишь в незнакомом месте, тебе неуютно, в голове каша. Ты сегодня только по пути в завтрашний день. Ты даже не знаешь, что будет завтра. Но это ведь твое завтра, и ты сама сделаешь его таким, каким оно будет.

— Я не хочу завтра. Я боюсь Всеслав.

Она умоляюще посмотрела на него, как будто тот мог решить все ее проблемы. Всеслав, несмотря на свой прославленный