Хозяйка магической лавки - 3 - Александра Черчень

Обрадовавшись, что все под рукой, направилась к столу, огибая два дополнительных стула, стоящих у входа.

Я опустилась в кресло, и оно чуть скрипнуло под моим весом. Придвинула к себе листы бумаги и быстро набросала основные темы для разговора. Это было не обязательно, но помогло очистить мысли от лишнего и сконцентрироваться на делах.

Голографический кристалл представлял из себя кусок зачарованный горного хрусталя. Такая вещица стоила прилично, но мне повезло — я ее не покупала, а нашла как-то в кладовой лавки. Как и многое другое, мне кристалл достался в наследство. Только до этого момента мне было просто некому звонить — ну разве что тетушке, но мне ее живого присутствия в жизни было достаточно.

Итак, чтобы связаться со второй стороной, надо проговорить координаты, а именно: город, улицу и дом. А затем добавить личный номер переговорного устройства.

— Улица Архимага Вильна, дом шесть, лавка зелий. Кристалл номер шестьдесят пять.

Кристалл мягко засветился, и это сияние перешло на его грани, а после выткало в воздухе передо мной отражающую поверхность. Несколько секунд я видела лишь свое отражение, а после на той стороне появилась настороженная мордочка мыши.

— Адель! — обрадовалась Мареллина. — Как ты там? Скоро назад?

Рядом с ней нарисовалась усатая рыжая морда, и проницательный Кот протяжно мурлыкнул:

— Раз звонит, скорее всего возникли проблемы, и мы еще некоторое время будем предоставлены сами себе. И мистеру Быстрику.

Последнее прозвучало очень грустно. Кажется, инкубов управляющий действительно был чрезмерно энергичным человеком.

— Да, Котик прав, — вздохнула я. — Но надеюсь, что за несколько дней мы обернемся!

Но сомнения преследовали меня уже сейчас. Если два поколения Харвисов искали-искали и не нашли, то вот я-то найду за пару дней. Точно-точно, никаких сомнений! Ведь они были совсем не замотивированы, чтобы найти алтарь, драгоценности, артефакты документ подтверждающий право на титул. То ли дело я! Укокошить инкуба и тем самым отдать ему долг — вот это мотивации, куда там остальным.

Внутреннее зубоскальство прервали вопросом:

— Что случилось⁈

Я кратко рассказала.

— То есть убийство инкуба пока откладывается, — подытожила Мареллина.

— Я буду очень стараться справиться быстрее.

Осмыслив абсурдность этой мысли я хихикнула. Моя нечисть тоже прыснула.

— У вас там все хорошо? Лайна работает, никаких приключений?

— За день твоего отсутствия? Никаких. Ты нас переоцениваешь.

Мышка насупилась и проворчала:

— Зато мы ее недооценили. За тот же самый день Адель нашла себе дополнительные проблемы.

— Они не дополнительные, — примирительно улыбнулась я. — Просто задача оказалась сложнее, чем мы думали.

— Да, оказывается дорога к цели «грохнуть инкуба» не выстлана розовыми лепестками — удивительно! — съехидничал Марель, но сама же себя осадила. — Ладно, что это я. Просто переживаем, Аделюшка. Скучаем.

— Я тоже по вам скучаю, — с нежностью посмотрела я на домового и мышку. — Хочу домой, но сначала надо все дела закончить.

— Ты главное не переживай за лавку. Мы тут справимся. А мистер Быстрик, конечно, дико доставучий мужчина, но дело свое знает, так что чайная тоже не разорится в твое отсутствие, — успокоил меня Котик. — Все будет хорошо. Обними за меня Сарочку, передай ей мур-мур-мур.

Я натянуто улыбнулась, но кивнула. Все же передавать Котику новости о ветрености его подружки по удаленной связи — точно не стоит.

А мур-мур-мур я передам. Так передам, что согрею пальцы и ее закладку на них накручу! Чтобы не пудрила домовому мозги, зараза такая.

— Плюс в этой ситуации только один, — вздохнула Мареллина. — Магистр Рейвенс остался в столице и не будет тревожить твое сердечко. С глаз долой, из головы вон — как говорит Сара!

Ы-ы-ы-ы!

— Ага, — еще более криво улыбнулась я.

— Аде-е-ель? — мышиные глазки сузились, а усы встревоженно передернулись. — Ты ничего не хочешь нам сказать?

Честно? Не хочу ни капли!

Так что:

— Нет.

— Аде…

— Марель, не допытывайся, — Кот примирительно погладил ее по спинке. — Сама захочет и поделится.

Какой он все же хороший. Какой мудрый.

Сердце действительно защемило от нежности и любви, что я испытывала к своей нечисти. Они меня понимали, помогали, и я просто не представляю, чтобы делала без них.

Я бы подольше поговорила с домашними, но на дворе уже была ночь. Ещё чуть-чуть, и начнётся новый день, а я ещё даже не ложилась спать. Так что пришлось все же попрощаться.

— Спокойной ночи, Адель, — почти в унисон пожелали Кот и Марель.

— И вам, — отозвалась я и нехотя закрыла крышку шкатулки.

Изображение пропало, я осталась в комнате одна.

Как мне показалось одна…

— Действительно, Адель, — на мои плечи легли чужие руки, а горячие губы сначала поцеловали в висок, после прикусили ушко. По телу прокатилась горячая волна, которая взвилась еще выше от низкого, бархатного голоса: — Ты ничего не хочешь мне сказать?

Глава 14.1

Во-первых, хотела и очень громко!

Вот просто оглушительно я хотела сказать, что мне жуть как страшно!

Узнавание нахлынуло на меня сразу же после первого испуга, и эти два чувства переплелись в одном терпком коктейле. Страх перетекал в волнение, волнение превращалось в предвкушение, а оно отступало под натиском вопросов. Вернее одного вопроса.

— Какого демона вы тут делаете, магистр?

Надо сказать, что я собой гордилась. Потому что в такой ситуации из меня запросто мог бы вырваться мышиный писк. Но голос мой был ровным, спокойным и по нему было никак не сказать, что внутри в это время бушует буря.

Рейанар выпрямился, но по-прежнему стоял у меня за спиной. Руки еще раз сжали плечи, а после погладили шею и ласкающим движением скользнули вдоль выреза платья. К счастью, он открывал лишь ключицы, но у меня все равно перехватило дыхание.

От теплой волны, что вопреки моей воли прокатилась по телу и от… злости. Как он смеет появляться вот так вот в чужом доме и трогать меня? Совершенно беспардонно трогать. Словно имеет на это какое-то право.

— Неправильный вопрос, Адель. Что ТЫ тут делаешь?

Я перехватила слишком наглые пальцы и красноречиво сжала их в ладони, которая стремительно нагревалась. Рей лишь тихо рассмеялся, по всей видимости не устрашившись моей недвусмысленной угрозы.

Выскользнув из-за стола, я повернулась к магистру и сложила руки на груди. Он отступил на шаг к окну и выгнул бровь, намекая, что ждет ответа.

— Как это что я тут делаю? Лаор ведь уже все рассказал.

— Угу, — глаза магистра нехорошо сузились. — А я прямо поверил.

— Очень жаль, что у вас проблемы с доверием, — лучезарно улыбнулась я в ответ. — Сочувствую от всей души, с такими сложностями вам наверняка будет сложно в браке с Эванджелиной.

— Адель.

Как можно в одно лишь имя вложить столько смыслов и эмоций? В нем была и мягкая укоризна: что же ты, девочка, опять эти скучные темы поднимаешь? Мольба: не нужно снова заводить об этом разговор, ведь если проигнорировать такой нюанс как скорая свадьба, то мы же сможем договориться. И даже легкая угроза: милая, я конечно тебя очень ценю, но такая настойчивость уже начинает утомлять.

Конечно же, ведь бракосочетание с другой это такая мелочь!

В общем, ладони уже откровенно пекло. Хотелось заключить мерзавца в крепкие объятия и дать почувствовать весь жар моих чувств! Чтобы потом долго от ожогов лечился!

Но я решила обойтись словами:

— А что Адель? У Адель вот с доверием все прекрасно. Лаор просто чудесный мужчина, и я буду рада провести с ним всю жизнь.

И правда очень рада! Он в одном месте, я в другом. Мы будем очень счастливы по отдельности!

Так как я, конечно, умудрилась сглупить и влюбиться в Рея, но у меня все еще достаточно мозгов, чтобы не пытаться залатать оставленную им дырку в душе Лаором.

— Предупреждаю, что не стоит второй раз пытаться мне скормить сказочку про неземную любовь, — с нажимом проговорил магистр Рейвенс.

— Вот зря вы так, — с укоризной посмотрела я на него. — Знаете же, как это бывает? Вот рыдаешь ты от несчастной любви, думаешь, что все кончено, а тут — ОН.

— Не знаю. Я еще ни разу не рыдал от несчастной любви и, к счастью, никакой «ОН» в этот момент меня не утешал.

— Многое потеряли.

— Адель!

— А?.. Так вот, рыдаю я и вдруг замечаю, какой Лаор чудесный. Волосы опять же красивые. И вообще очень чуткий мужчина тонкой душевной