Любовь в твоих глазах - Эллин Ти

Дамир стоит как всегда по стойке смирно, но руки сложены на груди. От этого мышцы напрягаются еще сильнее и мне становится странно жарко. И говорить тяжело. Как будто бы до этого было легко…

— Я… — начинаю, а как продолжить, не имею понятия. Я что? Сбежала потому что испугалась? Или я принесла тебе наушники? Или я даже сырники по утрам не готовлю, а тут вдруг пробило меня? Что я? — Я… на тренировку с Лёшей приехала, — нахожу, что сказать. В конце концов, про мой побег он не спрашивал, а наушники я могу в любое другое время отдать. Видимся мы в последнее время довольно часто.

— А Лёхи нет, — отвечает Дамир.

— Как нет? У меня ведь по расписанию…

— У него случилось чет, он отменил всё. Должны были звонить. Пойди у девочек на стойке узнай, — киваю и отхожу от Дамира, быстрым шагом преодолевая пусть до входа в фитнес-клуб.

Вздрагиваю от звука сообщения и бросаю взгляд на табло часов.

Мама: Трусиха! А он тебе вслед смотрел:)

О боже, ну ма…

Стараюсь не думать о том, что сказала мама. Отвлекает меня! Иду к стойке, чтобы решить вопрос о тренировках, потому что я только настроилась, а тут вдруг нет моего тренера, очень мило.

— Здравствуйте, а я на бокс к Лёше, записана на это время, — говорю приятной девушке за стойкой.

— Добрый вечер. Алексей взял больничный на две недели и отменил все занятия, мы обзванивали всех его клиентов и предупреждали о форс-мажоре. Подскажите ваш номер телефона, я пробью по базе, поступал ли вам звонок.

Я диктую цифры на автомате, а сама уже успеваю расстроиться. Ну как так-то? Я сходила всего на одно занятие… И мне так понравилось! Я надеялась ходить регулярно, а не словить перерыв после первой же тренировки. Две недели, конечно, не критично, но грустно все равно очень…

— Но мне никаких звонков не поступало.

— Да, действительно, вашего номера нет в базе. За предоставленные неудобства и потраченное время можем предложить бесплатный день в нашем зале. Для посещения будет доступен любой зал на ваш выбор, а сертификат будет действовать в течение месяца, — говорит с улыбкой девушка и протягивает мне пластиковую карту-сертификат. — Еще раз приносим свои извинения, что не предупредили. Внесем ваш номер в базу во избежание повторного случая.

— Убедилась, мелкая? — звучит голос сзади и я подпрыгиваю от неожиданности.

— Напугал! — говорю на эмоциях, а потом замолкаю, потому что Дамир оказывается неожиданно близко. Я не узнаю его. Он какой-то сегодня… слишком социальный.

— Дамир, а у тебя окно? — спрашивает девушка за стойкой, вторая, я разговаривала с другой. Дамир кивает под негромкое “угу”, и та тут же расцветает. — Проведи мне тренировку? Как раз так шея болит, — она трет рукой шею и та-а-а-ак активно строит Дамиру глазки, что мои непроизвольно закатываются. Это слишком явно, мне кажется, ни один парень не поведется.

— Если шея болит, это на массаж, — говорит Дамир. — А за массажи у нас Руслан Викторович отвечает, туда и иди.

Странное торжество расцветает внутри, с которым я ничего не могу поделать. Просто он так красиво отшил ту, что слишком явно клеилась, что мое эстет внутри сдох от услышанного.

— Раз у тебя окно, — простреливает голову шальная мысль, — может ты снова Лёшу заменишь? Раз уж я приехала.

Смотрю на Дамира, а он почему-то от этого предложения странно хмурится. О, ну конечно, не хочет иметь дело с сумасшедшей.

— Дамир? — спрашивает девушка, та, что приятная. Видимо, без его согласия записать не может, и мы все дружно ждем его ответа. Она спокойно, я отчего-то дико волнительно, а вот та, на груди у которой написано Вероника, очень уж недовольно.

— Да, давай, — говорит минуту спустя, и я выдыхаю с облегчением. Я правда боялась, что он откажет мне и пришлось бы две недели камушки под ногами пинать. — Пошли, мелкая.

Говорит и уходит, а я и правда как маленький ребенок не успеваю за его широкими шагами.

Он молча заходит в свою раздевалку, а я даже немного теряюсь от резкости его движений.

С тренировками разобрались, про побег он ни слова не сказал… Осталось только каким-то чудом вернуть ему наушники и не получить их обратно. Как?

Глава 18. Дамир

Раньше мне было сложно с людьми, а теперь с самим собой сложно. Я умом понимаю, что мне не надо соглашаться на еще одну тренировку с Аней, а ртом беру и соглашаюсь. Еще и киваю для полноты картины как кретин полнейший.

Во-первых, чтобы отвалила Вероника. Она у нас в клубе работает недавно, не знает еще ни черта, зато липнет ко мне точно со знанием дела. Меня только ее знания никак не цепляют.

А во-вторых… Ну, это Аня. А я влип. И вот это тупое свербящее внутри “провести с ней немного времени” кивнуло за меня и пошло в раздевалку за бинтами и перчатками.

Бинго, бля, Алиев. Очень круто идешь к плану отстраниться от Ани и забыть о ней.

Мне прошлая наша тренировка до сих пор жизни не дает, потому что на грани все чувства были, еще и стон этот её… Сука-а-а-а, да сдохнуть проще, чем перестать об мелкой думать.

Притащилась, разговорчивая как обычно, все пространство своей энергией занимает. Я думал получит ответ, что Лехи нет, и свалит. Но нет же, эта активистка все себе выбьет. А у меня как назло утром клиент отменился на это время и окно на целых полтора часа получилось. Вот как издевательство какое-то.

Забираю бинты, перчатки, оставляю в раздевалке футболку, потому что не могу в ней тренить, она мокнет через три минуты и бесит.

Мелкая уже стоит возле зала, пялит в телефон, как обычно. На лице эмоций миллион, даже молча умудряется быть в сто раз эмоциональнее всех в мире людей.

— Идешь? — спрашиваю, проходя мимо. Сразу в зал захожу, не останавливаюсь рядом, иначе