Любовь в твоих глазах - Эллин Ти

Ну буду, конечно, куда я денусь-то. Лечил уже, когда эта зараза притащилась с соплями из универа.

Мы живем вместе. Она уговорила меня переехать к ней, но я согласился только потому что бабу Валю забрали к себе дети, наконец-то, и я понял что могу спокойно уехать из этого дома.

Кота она, кстати, с собой забрать не смогла. Поэтому рыжий живет у Ярика. Она плакала и меня просила приютить, но у меня живет кошечка, у которой на них аллергия, поэтому экстренно пришлось искать добрые руки, чтобы старушка с ума не сошла.

С мамой Ани я познакомился. С папой тоже. Второе знакомство было… ну, более напряженным, чем первое, но в целом прошло хорошо. Теперь он уже два месяца пытается переманить меня работать к себе, говорит, что даже должность есть специально для меня, но пока Аня только ворчит, что муж военный ей не нужен, отца хватает.

А я в целом и не против, пойду, когда Аня поймет, что муж военный — это хорошо.

Как только поймет, так я сразу и военным стану, и мужем. Чего время зря терять.

— Ты готов? — спрашивает Аня, поправляя прическу перед зеркалом.

— Я — да, а ты нет.

— Дамир, я не буду надевать шарф! В конце концов, мы на машине!

— В конце концов там минус тридцать, даже за минуту можно заболеть. А когда ты болеешь — ты вредная.

— Хорошо что ты никогда не вредный, — закатывает глаза и обматывает вокруг шеи шарф. — Так лучше?!

— Намного.

Мы едем к ее маме. Там мелкому Ярику год исполняется. С Аней приходится социализироваться на полную катушку. Меня всё еще порой напрягает, но выбора не остается. Она ради меня дохера делает, и я отставать не хочу.

Подарки уже в машине, заезжаем только за цветами и едем в назначенное место.

У ресторана встречаем папу Ани с его избранницей. Те тоже пузатые, хотя до последнего отрицали, что ждут ребенка.

Вообще, у них крутая семья. Несмотря на то, что развелись, родители дружат семьями. Это так круто… Я на самом деле рад, что попал сюда. Это в два раза больше чем просто полноценная семья, а у меня-то и обычной никогда не было. Мне необычно видеть какие-то вещи, нежность, слышать какие-то слова, но в целом круто. Я рад, что Аня жила именно в этой атмосфере. Другого бы мой нежный цветочек не выдержал.

Как-то так сложилось, что с мелким Яриком у меня сложились классные отношения. Мне просто вручили его однажды, и мы подружились. Общий язык нашли наверное, не знаю. Но мелкий ко мне тянется, а я не особо сопротивляюсь.

Поэтому, как только попадаем в мир шаров, тортов и аниматоров, я сначала пытаюсь не сойти с ума от этого безумия, а потом беру мелкого на руки, позволяя Ане поздравить маму, а той немного отдохнуть.

У малого выражение лица точно как у меня, походу не одному мне вся эта мишура кажется странной.

— Ниче, мужик, ради женщин и не такое терпеть приходится, — говорю ему, а потом слышу сбоку два женских хихиканья.

— А тебе очень идет, — говорит Аня, глядя на нас с малым. — Такой папочка.

— Ты потише давай, а то твой папочка решит, что мы пополнение ждем, и будет нам всем весело, — киваю, потому что тот за сердце хватается каждый раз когда только отдаленно кто-то говорит о будущем с детьми.

— Какое еще пополнение? — звучит рядом басом.

— Ну вот, я ж говорил.

— Пока только ваше, — смеется Аня, кивая на живот его новой жены. — А у нас после того, как я доучусь. Несмотря на то, что Дамир уже старый будет.

— Мышка, ну зачем ты так! Дамир у нас молодее всех будет, — перебивает мама.

— Что ты имеешь против мужчин, которые немного старше дам, я не понял? — тут же встревает отец, и меня неосознанно пробивает на улыбку.

Это такая вакханалия!

Всё в голубых шарах, вокруг носится толпа детей, Аня с родителями спорит, что просто пошутила и “их любимого Дамирушку” обижать не собиралась. Ярик кряхтит у меня на руках, где-то сбоку орут аниматоры в костюме котов из какого-то мультика, а на весь ресторан орет какая-то ужасная детская песня про трактор.

На мне, сам не верю, рубашка, потому что я обещал Ане, а на ней самой такое платье, которое я обязательно сниму с нее зубами, как только за нами закроется дверь.

У меня болит башка от всего этого хаоса, но, чёрт, как же я охренительно счастлив в нем находиться…