Список секс-желаний - Прескотт Лэйн

Глава 12

ПОРНО И ПИВО

Я пытаюсь уважать потребность Райана в дистанции, но мне нужно поговорить с ним о детях. Поэтому, как последняя дура, я решаю просто написать ему, а не звонить. Он перезванивает мне через несколько минут, и я предлагаю отвезти детей к нему домой вместо того, чтобы он забирал их у меня.

Я ловлю себя на том, что нервничаю, когда еду к нему домой. Я знаю, где он живет — я видела дом снаружи, — но я никогда не заходила внутрь. Я никогда не заставляла детей шпионить за Райаном, никогда не выкачивала из них информацию. Мне более чем немного любопытно, как у него дома, но на этот раз я тоже не планирую заходить внутрь.

Мы останавливаемся перед одноэтажным кирпичным домом на ранчо. Райан — профессор Колледжа искусств и дизайна Саванны, преподает городской дизайн и занимается сохранением исторических памятников, так что я знаю, что он, должно быть, ненавидит жить в месте, где так мало характера.

Когда мы развелись, он настоял, чтобы я сохранила наш дом. Это был единственный дом, который когда-либо знали наши дети, но я думаю, что настоящая причина заключалась в том, что он не мог позволить себе его.

Выйдя из машины, мы с детьми направляемся по подъездной дорожке, звоним в дверь и ждем на крыльце их отца. Он приветствует их всех объятиями и улыбками и держит дверь широко открытой. Джейкоб и Ава направляются внутрь.

— Пойдем посмотрим мою комнату, — говорит мне Коннор и тянет меня за руку. Мои ноги замерли на крыльце, я колеблюсь. Я не планировала заходить внутрь, и Райан не приглашал меня войти. Затем Коннор еще сильнее дергает меня за руку.

— Давай, мам.

Он явно любит дом своего отца. Так и должно быть.

Я неловко смотрю на Райана, и он кивает мне, приглашая войти. Я осторожно вхожу внутрь, не зная, что ждет меня в этом неизвестном другом мире, в котором мои дети живут половину своей жизни. Это немного грустно, но это правда. Дом небольшой, но обновленный, и я нигде не вижу следов другой женщины.

Детские комнаты похожи на что-то из журнала. У Коннора и Джейкоба в комнатах есть телевизоры с плоским экраном, а в красивой комнате Авы есть все мыслимые плюшевые подушки и пледы. Остальная часть дома хороша, но я могу сказать, что Райан потратил большую часть своего времени и денег на детские комнаты.

После того, как дети устраиваются в своих комнатах, Райан говорит:

— Я был рад, что ты обратилась ко мне. О чем ты хотела поговорить?

— Здесь есть какое-нибудь уединенное место? — спрашиваю я.

Он указывает на французские двери, которые ведут на небольшой задний двор, где стоят стол и стулья во внутреннем дворике.

— Я хотел поговорить с тобой об Аве, — говорит он.

— Я тоже хотела поговорить с тобой о ней. О том, что случилось с Джастином? — я спрашиваю.

Его глаза расширяются, и он качает головой. Поэтому я рассказываю ему о том, какой Джастин придурок, как он причинил боль нашей дочери, как он изменил ей с какой-то случайной девушкой, что, я уверена, особенно задевает Райана. Я продолжаю говорить, что с ней все будет в порядке, что она разговаривала со мной, что она справится с этим, даже несмотря на какие-то дерьмовые сплетни.

— Я хочу убить его, — говорит он. — И я хочу не торопиться, делая это

— Я знаю, — говорю я. — Итак, какие у тебя новости об Аве?

— Я хочу купить ей машину. — Он, должно быть, видит мою реакцию, потому что немедленно переходит в режим аргументации. — Знаю, мы договорились не делать этого, пока ей не исполнится семнадцать, но я действительно хочу сделать это для нее. Очевидно, ей пришлось через многое пройти в последнее время. И я хочу, чтобы это было от меня. — Он протягивает руку, но не берет меня за руку. — Я знаю, что это большой серьезный шаг. Но я беспокоюсь о том, что она и мальчики останутся без машины, когда ты будешь в Атланте.

— Моя мама в пяти минутах езды. И Гейдж и Лейла сейчас тоже обычно в городе.

— Расслабься, — говорит он. — Я не намекаю, что ты делаешь что-то не так.

— Мне показалось, что так оно и было.

— Эмерсон, я думаю, ты отличная мама. Лучшая. Если ты когда-нибудь подумаешь, что я говорю иначе, это исходит изнутри тебя, а не от меня.

Несмотря на то, что мы в разводе, это все еще много значит для меня.

— Ты знаешь, я тоже думаю, что ты хороший отец.

Он одаривает меня улыбкой, на его щеках появляются ямочки.

— Итак, мы согласны, что мы потрясающие. Как насчет машины?

— Я не знаю. — Я всегда говорю детям, что машина — это оружие. Когда вы вручаете им ключи, вы даете им возможность убить себя или кого-то другого ракетой весом в две тысячи фунтов. Может быть, Райан прав, я драматизирую.

Он достает свой телефон.

— Смотри, у меня есть фотография.

— Подожди, ты уже выбрал ее? — хмурюсь я.

Он показывает мне синий «Фиат». Это совершенно очаровательно, и Ава выглядела бы в нем очаровательно.

— У него хорошие оценки безопасности и хороший расход бензина.

— Как долго ты думал об этом?

— Недолго. Он принадлежал дочери одного из школьных профессоров, но она собирается поступать в Нью-Йоркский университет и не может его принять. Это хорошая сделка.

— Ты знаешь, что если ты сделаешь это, мальчики тоже будут ожидать, что ты купишь им машины в шестнадцать?

— Это означает «да»? — спрашивает он.

Я вижу волнение на его лице. Он действительно хочет сделать это для нее. Я полагаю, все в порядке. Следующие несколько минут мы тратим на проработку деталей страхования и технического обслуживания, а также на то, как мы ожидаем, что Aвa внесет свой вклад. Тогда пришло время для чего-то другого.

— Я ненавижу портить веселье, но мне нужно поговорить с тобой о Джейкобе. Он пьет.

Он кивает, как будто знает.

— В прошлый раз, когда они были здесь, клянусь, у меня в холодильнике было четыре пива, но когда они ушли, осталось только три. Я подумал, может быть, это был он, но я надеялся, что просто становлюсь старым и забывчивым.

— Что мы будем делать? — я спрашиваю.

Райан встает, открывает французскую дверь и зовет Джейкоба. Через мгновение появляется наш сын и спрашивает:

— Что?

Меня так тошнит от односложных ответов