Солнечное сердце - Селина Катрин

— Ох, тут уже совсем холодно, надо в замок… — начала я, но Рэй резко перебил.

— Жалеешь?

— О чём?

Тёмный взгляд вновь устроил мне обыск. Лишь спустя ощутимую паузу мужчина, гордо вскинув голову, ответил:

— Разве он не предложил тебе стать его наложницей?

Я нахмурилась.

— Верно. И я отказалась.

На этот раз мне удалось то ли удивить мужчину, то ли сбить с мысли… На лице Рэйдена пробежало нечитаемое выражение, он отрывисто кивнул, схватился за колёса и с коротким «пойдём» рванул куда-то внутрь замка. Я успевала за ним только потому, что бежала. Холл, еще один холл, движущаяся площадка, которую я про себя назвала лифтом, третий этаж и одна из многочисленных пыльных комнат… Хотя нет, судя по всему, Кайто уже добрался до неё и помещение больше не напоминало завалявшийся на антресоли мешок с ненужным барахлом. Лакированный стол на изящных ножках блестит в лучах заходящего солнца, на открытых полках стеллажа расставлено множество миниатюрных керамических фигурок воинов, в углу икебана в торжественной голубой с серебром напольной вазе — всё предельно чистое. Даже воздух такой, будто его прогнали через фильтр — ни затхлости, ни плесени, которые я чувствовала, когда впервые обходила замок.

Тем временем Рэй бодро подкатился к одной из картин на шёлке в бамбуковой раме, снял её и приложил к каменной стене тыльной стороной ладони правую руку с кольцом. Судя по всему, кольцо было не простое, так как за прикосновением последовал короткий треск и камень отодвинулся в сторону. Я же наблюдала за действиями Рэя почти спокойно: после того как на твоих глазах человек обернулся драконом, удивляться какому-то движущемуся камню сложно. Лимит моего изумления на сегодня вышел.

Тем временем мужчина в инвалидной коляске поднял руки и вытащил из открывшегося «сейфа» увесистую связку забавных дырявых монет, нанизанных на нитку словно баранки.

— Это на оплату работы людей, — невозмутимо прокомментировал принц Аккрийский. — Не надо выносить из замка никаких вещей, тем более я сомневаюсь, что кокку найдёт совестливого скупщика, который даст настоящую цену за предметы роскоши.

— Ой, а ты знаешь о Кайто и Сатоши…

Я почувствовала, как щёки потеплели. Я же ведь так и не сказала Рэю, что наняла их без его согласия. То он был в плохом настроении, то я стеснялась, то придумывала обоснование, зачем они нужны…

— Разумеется, я знаю. — Рэйден посмотрел на меня как на ребёнка, который задаёт глупые вопросы. — Мне стены Харакуна доложили.

Э-э-эм… Любопытная концепция. Так и запомним.

— То есть ты не злишься?

Он сверкнул тёмными глазами.

— На людей солнца глупо злиться.

Я хлопнула глазами. Классная отмаза. Как же мне нравится быть человеком солнца — одни сплошные плюсы.

Рэйден отвернулся и достал ещё одну связку:

— Это — на твои личные нужды, — произнёс он непререкаемым тоном. — И это, — кольцо, которым он открыл чудесный магический сейф, перекочевало ко мне в руки, — теперь твоё.

Я как зачарованная уставилась на перстень. Ничего себе! Тяжёлый, золотой, ободок в виде драконьего чешуйчатого тела, а в клыках — потрясающий красный камень… Что-то подсказывало, что я никогда в жизни не носила драгоценностей стоимостью хотя бы в десятую часть этого «ключика».

— Эм-м-м, Рэй…

— Оно само по себе не является артефактом, вся магия — в стенах Харакуна, не переживай. Если тебе потребуется воспользоваться этим хранилищем, приложи кольцо рубеллитом к этой трещинке, и всё получится. Владельцу не надо обладать магией.

— Не в этом дело. Понимаешь, мне никто никогда не дарил настолько дорогих подарков…

«…И я не могу принять его», — хотела закончить фразу, но меня перебили категоричным:

— Значит, я буду первым. Если тебе надо будет что-то ещё — сообщай. Я устал и сегодня лягу раньше, ужин не нужен. Спокойной ночи.

Я стояла и смотрела вслед закрывшейся двери в комнату и не могла поверить. Вроде бы меня наградили… но ощущения при этом такие, будто отругали. Почему мне кажется, что Рэйден подарил кольцо и связку монет, чьей стоимости я даже не представляю, как похвалу за то, что я не приняла предложение Олсандера? И с какой стати второй принц, назвав меня страшной, вдруг захотел меня в наложницы? Что вообще только что произошло и к кому обращаться за расшифровкой сложной драконьей логики?!

* * *

Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Лорд Чернильных Небес со злостью крутил колёса механического кресла, направляясь в комнату. В груди бушевали противоречивые чувства. Вначале его опозорили братья… Ну как опозорили — просто напомнили о прошлом и заставили громко признаться в своей несостоятельности не только как мужчины, но и как дракона. Потом Олсандер назвал Лорен страшной, на что она не осталась в долгу.

Лорен, очевидно, не понимала, что ответной фразой бросает вызов его брату. Когда Олсандер попросил девушку о приватном разговоре, Рэй был уверен, что больше её в замке не увидит. Олсандер всегда получал абсолютно всё, что хотел. Они со вторым принцем родились с разницей в каких-то двадцать лет, что очень мало для драконов, и были невероятно похожи. Многие даже считали их близнецами. Внешне — не по характеру, разумеется.

Олсандер являлся вторым претендентом на престол — после Катэля, — но так как наследный принц всегда был погружён в работу и резко дистанцировался от противоположного пола, чтобы не давать ложных надежд, всё внимание женского населения Огненного Архипелага доставалось Олсандеру. Ни для кого не было секретом, что, если Катэль не найдет пару и не проведёт ритуал слияния жизни — а к своим шестистам семидесяти трём годам он не очень-то в этом направлении продвинулся, — фаворитка Олсандера станет самой влиятельной особой женского пола на территории государства драконов. Большинству было даже не принципиально, останутся их отношения на уровне «принц-наложница» или же второй сын верховного огненного рода назовёт девушку невестой и разделит жизнь.

Рэйден точно знал, зачем Олсандеру потребовалось поговорить с Лорен наедине.

А ещё он понимал, что абсолютно по всем показателям старший брат привлекательнее: живёт не в отшельничестве, в замке, полном слуг; не инвалид; настоящая вторая форма дракона не почерневшая после войны, как у него, а золотая… Разве что наследство отец разделил между ними поровну, тут перевеса нет.

Рэй бессильно сжимал и разжимал ручки кресла, когда Лорен шепнула одними губами: «Всё будет хорошо. Верь мне». Ей-то он верил… И часть Рэйдена даже сурово говорила, что на Огненном Архипелаге с братьями среди балов и роскоши девушке будет существенно лучше, чем здесь — на берегу