В оковах босса мафии - Селеста Райли

Он отрывисто кивает.

— Верно.

Мои кулаки сжимаются. Вот почему я ненавижу этого парня, он так чертовски высокомерен для того, кто стал главой Братвы всего год назад и то благодаря моей семье.

— Ты что-то не договариваешь?

Он разводит руки в стороны.

— Например?

— Не строй из себя умника, красавчик. — Я наклоняюсь к столу, напустив на себя самый страшный оскал. — Ты не проживешь и секунды, если я узнаю, что ты что-то от меня скрываешь.

— Как страшно, здоровяк. — Я зашипел, впитывая оскорбление, которое он только что бросил в меня. Алексей такой же высокий и мускулистый, как и я. Он не стал бы называть меня здоровяком, если бы не хотел задеть меня за живое. — Послушай, я подчиняюсь только твоему брату. Не тебе. И не смей заходить на мою территорию и угрожать мне.

Я улыбаюсь. Этот ублюдок сейчас очень зол.

— И что ты сделаешь, здоровяк? Пристрелишь меня?

— Пристрелил бы, если бы ты не был братом Доминика. — Он делает паузу, задумчиво проводя пальцами по волосам. — Но вот что я тебе скажу: я изучал Валенте, чтобы понять, хорош он для бизнеса или нет.

Похоже, мы наконец-то заговорили.

— И ты что-нибудь нашел?

— Дела у Виктора Валенте идут не очень хорошо с тех пор, как он вернулся в Нью-Йорк. Парни в Мексике отказываются вести с ним дела из-за твоего брата.

— Это не такая уж большая новость.

— Конечно, но вот тут-то и становится интересно. — Алексей дотягивается до своего ящика, открывает его и достает конфеты. — Хочешь?

Я закатываю глаза. За кого он нас принимает? Двух школьниц, которые дружат или как там это называется?

— Ближе к делу, чувак.

— Несколько месяцев назад он продал кое-что за полцены, но все равно заработал кучу денег на клиентах, которые согласились вести с ним дела анонимно. О чем это говорит?

Мой пульс учащается.

— Он не мог продать товар так дешево, иначе потерял бы свой капитал. Товар был украден. — Интересно. Значит, Виктор Валенте все это время был кротом. Хотел бы я увидеть ярость в глазах Доминика, когда он узнает об этом. Он будет не очень доволен.

Я застонал. Прошел всего год после последней войны, а запах свежей крови и пороха все еще свеж в моей памяти. Я не в настроении для новой войны, не тогда, когда мне нужно время, чтобы трахнуть Джейн. Что ж, думаю, этого не избежать. Я умру счастливым человеком, если она будет последней женщиной, которую я трахну перед смертью.

Алексей щелкает пальцами.

— Ты умница.

— Покровительствуй мне еще раз, и я превращу эту вечеринку в кровавый дом. — Должно быть, этот засранец считает меня своим домашним животным или еще кем-то столь же глупым.

Он сверкает своей раздражающей улыбкой и подмигивает.

— Нет, если я сначала проделаю дырку в твоей груди. Я бы хотел увидеть выражение твоего лица перед смертью.

Дверь со скрипом открывается, и входит Данте.

— Вы двое не можете не ссориться, да? — Он занимает свободное место рядом с моим, садится на него и ставит ногу на стол Алексея. Алексей бросает на него неодобрительный взгляд, но Данте не сдвигается с места. — Я убежден, что вы тайные любовники. Поцелуйтесь и покончите с этим.

Я морщу нос.

— Отвратительный ублюдок.

Данте высокомерно ухмыляется.

— Я такой. Ну, этот отвратительный ублюдок пришел с хорошими новостями.

— Никакие новости не являются хорошими, если они исходят от тебя, Данте. Для чего ты здесь?

— Странно, что ты спрашиваешь, учитывая, что это не твой офис. — Он протягивает руку к горсти шоколада, шелест обертки которого заставляют меня вздрагивать. — Мы нашли украденный груз.

— Что, блядь, значит, вы нашли груз? — Спрашиваю я. Это не имеет для меня никакого смысла.

— Именно то, что я сказал. — Он бросает в рот кусочек шоколада. — Оказывается, Виктор Валенте отслеживал его все это время. Подельник Кирилла был найден при попытке переправить его в Мексику.

Алексей фыркнул.

— Смысл? Никто не стал бы сохранять груз стоимостью в миллионы, чтобы через год вывезти его контрабандой.

Данте поднимает плечи, делая глубокий вдох.

— Нет. Но я имею в виду, какое еще может быть объяснение? Лучше прикинуться тупицами и поверить в его бредни.

— А что думает мой брат?

— Русский мальчик находится в подвале своей квартиры. Что касается Валенте, мы за ним присматриваем. — Данте бросает взгляд на Алексея. — Ты же не против, что твой брат спит в холодной темной комнате один?

Алексей пожимает плечами, изо всех сил стараясь изобразить безразличие. Может, его отец и был придурком, но если я что-то и понял про Алексея, так это то, что он заботится о своих братьях. После войны, год назад, он взял к себе других младших братьев, но Михаил сбежал, узнав о смерти отца. Алексей потратил первые пять месяцев правления Братвы на поиски брата, прежде чем сдался.

Сегодня ночью кто-то впервые увидит Михаила.

— Не трогайте ни единого волоска на его голове, — предупреждает Алексей. — Может, он и идиот, но он все равно мой брат.

— Извини, парень. Тебе стоит поделиться своими опасениями с капо, я лишь выполняю приказы.

Глаза Алексея темнеют, а тон становится жестким.

— Передай предупреждение своему капо. Ты будешь первым, кто умрет, если с Михаилом что-нибудь случится.

Данте находит предупреждение Алексея оскорбительным. Он улыбается, но так, как обычно улыбается перед тем, как лишить человека жизни.

— Да пошел ты со своим тупоголовым братцем. Маленький идиот был бы уже мертв, если бы Доминик не был таким мягкотелым.

— Эй, полегче, чувак. — Я призываю его к порядку. Падение капо обычно начинается, когда его люди начинают считать его слабым. Доминик отхватит палец-другой от Данте только за то, что тот намекнул, что он слабак. — Прекратите, вы оба.

Они оба отводят взгляд друг от друга. Они оба дышат так, будто только что пробежали марафонскую дистанцию.

— Данте, ты не будешь так говорить о моем брате. Никогда. Или я буду тем, кто убьет тебя. — Я переключаю свое внимание на Алексея. — Если ты так заботишься о своем брате, то ты должен помочь нам поймать Виктора в ловушку.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Узнай о нем все, что сможешь. Может быть, притворись, что заключил сделку или что-то в этом роде. Ты же не идиот, используй свои чертовы мозги.

Они не отвечают, и мне все равно. Я уверен, что они все равно меня услышали. Поднявшись на ноги, я поправляю рубашку и выхожу из офиса. Мысли крутятся в голове, пока я выхожу из офиса. Сев в машину,