В оковах босса мафии - Селеста Райли

— Ты справишься, mi amore, — заверяю я ее, кладя свою руку поверх ее руки на столешницу.

Ее взгляд смягчается, на губах появляется небольшая улыбка.

— Спасибо, Маркус. Я ценю это. Разговоры с тобой помогают мне чувствовать себя лучше.

Какое-то время мы сидим в тишине, потягивая напитки. Джейн зевает, вытягивая руки вверх.

— Я так чертовски устала.

— Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? — На меня не похоже спрашивать разрешения на что-либо, но с Джейн я хочу быть самым мягким, каким только могу быть. Я хочу загнать тьму внутрь себя, когда нахожусь рядом с ней.

Она сужает глаза, бросая на меня недоверчивый взгляд.

— Обещай, что будешь только обнимать меня.

Я киваю.

Ее волосы падают на лицо, и я протягиваю руку, чтобы заправить их за ухо. Кончик моего пальца касается ее кожи, и между нами вспыхивает электричество, которое спускается к моей груди и заставляет ее трепетать.

Я хочу быть самым лучшим рядом с Джейн. Я хочу сделать ее жизнь лучше и проще.

Я хочу сделать ее счастливой.

Она соглашается, выбрасывая наши пустые банки в мусорное ведро.

— Выполни свое обещание. — Мы идем в ее спальню. Она маленькая и минималистичная. В ней только двуспальная кровать, две прикроватные тумбочки с лампами и небольшой диванчик напротив кровати. Нейтральные цвета нарушают только черные книжные полки.

Все хорошо расставлено и аккуратно.

Джейн забирается на кровать. Я снимаю обувь и присоединяюсь к ней, обхватывая ее за талию и прижимаясь всем телом к ее спине.

— Маркус? — Она зовет меня по имени голосом, едва превышающим шепот.

Я обхватываю ее чуть крепче. Она так хорошо пахнет, а ее тело такое теплое и мягкое.

— Да?

— Я не знаю, что происходит, но я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за этого дела. — Она перевернулась на спину, подняв лицо вверх. Ее глаза впиваются в мои. — Пообещай мне, что не наделаешь глупостей.

— Я никогда не делаю глупостей, mi amore.

Она качает головой.

— Я знаю, что это связано с мафией. Я видела и слышала, какой жестокой она может быть. Я не хочу, чтобы ты пострадал.

Я прищуриваю глаза. Не могу поверить, что она беспокоится обо мне прямо сейчас.

— Ты беспокоишься обо мне, милая?

— А разве я не могу?

— Конечно, можешь. — Просто… это странно, потому что никто никогда не беспокоился о том, что я могу пострадать. Джейн — первая, и это заставляет мое сердце биться.

Мои мысли возвращаются назад, и я вдруг не знаю, что сказать или сделать, чтобы ей стало легче. Все, что я могу сказать:

— Не беспокойся обо мне, mi amore. Меня не так-то просто убить.

Это я должен за нее волноваться. Она ставит на кон свою работу и рискует жизнью, чтобы раскрыть это дело. Сначала я думал, что это просто потому, что она решила стать хорошим полицейским, но теперь все иначе. Она делает это, чтобы помочь мне.

— Оставь все заботы мне, Джейн. Я позабочусь о том, чтобы все это поскорее закончилось.

С тех пор как она получила угрожающее сообщение, у меня не было ни минуты покоя. Кем бы ни был этот чертов трус, написавший сообщение, я уверен, что он сделает свой ход.

Я должен защитить ее.

Джейн засыпает, и я некоторое время наблюдаю за ней, отмечая, как она красива и спокойна, когда спит. Густые темные ресницы отбрасывают тени под ее глазами. Моя грудь вздрагивает от одного только взгляда на нее, и что-то во мне меняется. Я хочу защищать и заботиться об этой женщине всем, что у меня есть. Такого я еще не испытывал.

Когда она глубоко засыпает, я накрываю ее белым пледом и осторожно сползаю с кровати, стараясь не разбудить ее. Надев туфли, я целую ее в макушку и бормочу:

— Сладких снов, моя любимая.

Слабая улыбка приподнимает уголки ее губ. У меня такое чувство, что она уже видит сладкие сны, и я надеюсь, что ей снюсь именно я.

Я выключаю свет в ее квартире, прежде чем уйти. Пока я иду к лифту, я посылаю Антонио имя Родригеса и место работы, а затем набираю его номер.

— Шеф. — Я слышу громкий крик, когда он отвечает, а затем смех нескольких моих подчиненных. Им весело мучить кого-то.

— Я отправил тебе сообщение.

— Дай мне секунду, босс. — На мгновение наступает тишина. — Помощник прокурора Родригес, полиция Нью-Йорка?

— Узнай о нем все, что сможешь.

11

ДЖЕЙН

Когда я просыпаюсь, Маркуса уже нет, а будильник пикает. Черт. Как я не услышала звонок будильника в первый раз?

Поднявшись, я беру с тумбочки телефон и выключаю будильник. Взглянув на время, я задыхаюсь. Я опаздываю на работу почти на час.

Как я так долго проспала?

— Господи, — ворчу я про себя. — Что, черт возьми, со мной не так. — Срывая с себя ночную рубашку, я бегу в ванную, быстро принимаю душ, накидываю одежду, которую удается найти, и расчесываю волосы.

Я быстро нахожу папки с делами, которые вчера принесла домой с работы, и запихиваю их в сумку. Я уже почти выбегаю из дома, когда вспоминаю, что не почистила зубы.

Боже, Джейн. Возьми себя в руки, ладно?

Забежав в дом обратно, я чищу зубы, брызгаюсь духами и снова выбегаю на улицу, запихивая себя и свою сумку в машину, когда добираюсь до парковки. Я еду к отделу на самой высокой скорости, на которую только способна, не нарушая закон.

Мое сердце пропускает несколько ударов, когда я замечаю Родригеса, стоящего посреди офиса, когда я вхожу в него. В одной руке он держит ручку, в другой кофе. Я совершенно уверена, что он обращался к моим коллегам до того, как я вошла, так почему же здесь вдруг стало так тихо? Это могло бы сойти за кладбище.

Все поворачивают головы в мою сторону, таращась на меня так, словно я убийца, которого вот-вот приговорят к пожизненному заключению. Тейлор единственный, кто улыбается, когда я иду к своему столу. Я задерживаю дыхание, стараясь не пропустить шаг и не упасть. Я не могу позволить себе опозориться, когда все смотрят на меня.

— Доброе утро, мисс Салливан, — говорит Родригес с улыбкой, которая не достигает его глаз. — Вы опоздали.

Я кладу сумочку на стол и заставляю себя нервно улыбнуться ему в ответ.

— У меня возникла проблема.

Он кивает.

— Уверен, что