Итого или грозовые облака - Элеонора Лазарева

— Я на заключительном рауте. Завтра уже лечу домой. К тебе, моя радость, — улыбнулся он и приподнял в руке стакан с темным напитком, видимо с виски, — Вот, пью за нашу долгожданную встречу. А ты где? Что-то не узнаю это место.

— А я с ребятами на турбазе. Завтра утром буду уже ждать тебя дома, — говорила она, слегка смущаясь, от его встревоженного взгляда.

— Что за ребята? И что за турбаза? А то от этого слова у меня мурашки по телу, — он пригубил напиток и прищурился.

— Ребята из соседней конторы, а турбаза недалеко расположена. Настоящая. Без чупакабр, — здесь она хрипло хихикнула, — Надеюсь — ты не ревнуешь?

— Ревную, — угрожающе сдвинул тот брови и рассмеялся, — Конечно, ревную. Будь осторожна, дорогая. Чупакабры бывают разными, даже в человеческом образе.

Она чмокнула панель и лизнула ее.

— Понял, что я хочу? — прищурилась она и пососала губами.

— Не шали, безобразница, приеду — отшлепаю, — говорил он, а у самого все сжималось внутри, и даже встал дыбом член, — Все-все, — проговорил он, куксясь от желания, — а то придется идти и искать, куда и кому спустить сперму.

— Сходи в туалет, — хихикнула она, — там твой белый друг примет ее без всяких условий.

— Ну, погодииии! — проговорил Юрий и тоже лизнул свою панель, а потом, поцеловав ее, выключил.

Натка все еще улыбалась, глядя на потухший экран. Она знала, что сейчас ее любовнику будет не до раута, он должен успокоить себя сам. Настроение повышалось и уже были приятны ребята, и уже довольна была, что согласилась на эту поездку. Или так бы и сидела, всматриваясь в экран телефона, ожидая звонка.

Повернулась на крик Надежды. Она звала ее к столу. Натка выпила еще раз со всеми и потом уже отказалась от спиртного, и только пила сок. Подоспели шашлыки. Они пахли дымом и напомнили Натке ее приключения в тайге. Она даже взгрустнула, вспомнив своих коллег. Ее отвлек звук гитары. Это перебирал струны Игорь. Оказывается, он немного играл и взял ее с собой. Они расселились вокруг импровизированного костерка, закутавшись в пледы. Был конец сентября и вечерами довольно холодно. Луна, спасительница ночей, уже светила, хотя темнота только сгущалась. Зацепившись за ветки сосен, она потихоньку кралась к сидящим около костра. Игорь не пел, просто наигрывал какую-то мелодию. Они слушали и молчали.

— Дай мне, — протянула Натка руку.

— Можешь? — взглянул недоверчиво парень.

— Узнаешь, — хмыкнула она и пристроила ее у себя на коленях.

Взяла аккорд и запела.

— Наш костер в тумане светит,

Искры гаснут на ветру,

Ночью нас никто не встретит,

Мы простимся на мосту.

Допев до конца романса, Натка вдруг забила по струнам ногтем.

— Там-там-туба-тамтуба…, - быстро перебирала она пальцами по грифу.

Это была развеселая музыка из «Бременских музыкантов». Все подключились к шальному напеву, наигрывая на губах и на кулаках, любимые мелодии. Остановившись, передала инструмент парню.

— Предлагаю выпить за нас, — она прошла к столу, — и всем разойтись спать. Поздно уже. Завтра с утра в путь. Надо протрезветь, особенно мне.

Она выпила вино и бросила виноградину в рот. Помахала рукой и ушла в дом. Разделась и перед тем, как лечь в постель, выглянула в окно. Ребята оставались там же. Натка вздохнула и легла в холодную, слегка влажную постель.

— Как-нибудь они там разберутся, — это была ее последняя мысль.

Глаза закрылись сами собой.

Проснулась от прикосновения и шепота над ухом.

— Проснись, Наташа.

Ей вначале показался голос Юрия, но открыв глаза, она увидела лицо Игоря.

— Что случилось? — спросила она тихо.

— Я пришел к тебе. Пустишь?

— Нет, — Натка приподнялась и села, придвинувшись к спинке кровати.

— Почему? — склонил тот голову, — Не нравлюсь?

— Нет, не поэтому, а потому, что занята. Прости.

— Я знаю кем, — усмехнулся он и встал, — Но он никогда на тебе не женится, а я смог бы.

— Вот именно, «бы», — укуталась в одеяло Натка.

Парень вновь присел на кровать.

— А без «бы» пустишь?

— Нет, — твердо и решительно сказала девушка.

— Значит, не нравлюсь, — скривился тот.

— Значит, так и есть, — утвердительно кивнула она.

— И где мне сейчас лечь? — хмыкнул он, — Может быть рядом? — показав на кровать напротив.

— Ложись там и дай мне спать, — зевнула Натка, — И заметь, не я попросила тебя из вашей комнаты. Так зачем мне страдать?

— Даже страдать, — тоскливо произнес он, — Тогда прости. Я пошел. Не буду мешать.

Парень встал, качнулся на носках туфель, постоял немного, и вышел, осторожно прикрыв двери. Натка еще раз зевнула и укрылась с головой.

— Завтра за руль, — подумала она и закрыла глаза.

Глава 17

Натка встала рано, еще засветло и нашла спящего Игоря в кресле у потухшего огня. Он сидел, закутавшись в несколько пледов и спал, склонив голову набок. Натке стало жаль парня.

— Эй, — потолкала того за плечо, — Иди спать в комнату.

Парень открыл глаза, осмыслил увиденное, и покачал головой.

— Нет, мне и здесь неплохо.

Он зевнул.

— А ты, что так рано встала? Не спится одной? Говорил же — не прогоняй. Сейчас бы спали в сладком объятии.

Натка посмотрела в его насмешливые глаза.

— Как хочешь, — пожала она плечами.

Принялась убирать со стола, складывая в пакеты остатки пищи, и грязные пластиковые тарелки, стаканы. Потом вытерла стол несколькими салфетками и проверила все емкости с напитками. Какие были пустыми, отправила в пакеты на выброс, а с содержимым оставляла на столе. Взяв в руки метелку, что нашла рядом с поленницей дров, замела вокруг, сбросив мусор в костер. Подкинув туда несколько щепок, зажгла огонь и поставила на треножник закопченный чайник — всегдашний атрибут турпоходов и турбаз.

— Ловко ты все делаешь, — поежился Игорь, укутываясь получше, — Есть опыт?

Натка посмотрела на него и проговорила тихо.

— Есть. И лучше бы его не было.

— А что так? — удивился тот ее ответу или скорее интонации, в которой явно было видно отчаяние, смешанное со скорбью.

Натка молчала и лишь бросала в огонь щепки и остатки салфеток.

— Я что-то слышал про твое приключение в тайге, — наклонился он над сидящей на корточках Натке, — Что-то уж совсем фантастическое. И это правда?

— Может быть и правда, смотря, что ты слышал.

— А может, расскажешь? — попросил тот заинтересованно.

— Может быть…когда-нибудь…, - протянула та задумчиво, — Прости, не сейчас.

Он обиженно засопел, а она приподняла чайник с булькающей водой.

— Чай-кофе будешь?

— Буду, кофе, — буркнул он и вновь запаковался в пледы.

Натка подсела к столу и разлила по стеклянным стаканам кипяток. Положила себе чайный пакетик и приложила к