Алая птица - Анна Рудольф

— Что ж, если никто из присутствующих не вспомнил об этикете, я возьму эту честь на себя. Госпожа Айрин, прошу, — и указал на свой опустевший стул. Не смея ослушаться, она мелкими шажками двинулась к нему, готовая в любой момент дать стрекача, но никто из присутствующих не выказал прямого недовольства его поступком. Задвинув за ней стул, принц обвел рукой стоящие рядком аппетитные блюда: сочащееся жиром мясо, всевозможные овощи и картофель. — Наслаждайтесь завтраком. А мне пора на утреннюю тренировку. Скоро состоится ежегодный турнир за звание Первого клинка Рейненберна, и я буду счастлив видеть вас в числе зрителей.

— Эдгар! — оборвал его красноречивый монолог король. — Не забывай о помолвке с леди Тирнари. А будешь и дальше распускать хвост перед магами, велю продлить тренировки до полудня.

— Я буду счастлив исполнить любую твою волю, отец, — принц церемонно поклонился и вдруг хлопнул наставника по плечу: — Рунар, присоединишься?

Маг вежливо отказался, сославшись на срочные государственные дела, и Его Высочество, единственный, в ком, помимо младшей принцессы, Айрин заметила проблеск симпатии, покинул зал, оставив ее сидеть на расстоянии вытянутой руки от правящей четы Рейненберна.

— Ему недостает почтения, — произнесла королева.

— Он еще молод. Научится.

— Со временем мудрость обходится дороже.

Король покосился на нее, но промолчал.

Пока слуга раскладывал на столе новые приборы, Айрин изучала королевскую чету. Его Величество, Реджинальд Освободитель ничуть не изменился с их первой встречи, разве что предпочел тяжелой короне широкий обруч с зеленым камнем в центре. Он носил густую аккуратно подстриженную бороду с редкой сединой, его темные, глубоко посаженные глаза подмечали каждую эмоцию на лицах присутствующих мужчин и женщин. Неизменно цепкий взгляд возвращался к Айрин, и каждый раз король чуть хмурил густые брови.

Ее Милость, Катриса, оказалась полной противоположностью мужа. Отрешенная от мира белокурая вила, прекрасный крылатый дух с печатью скорби на лице — так бы описал королеву менестрель, будь у него достаточно храбрости. Казалось, ее мысли далеки от мирской жизни. Она едва ли замечала, как слуга наполнял ее кубок или менял блюда.

Тем временем, перед Айрин поставили пиалу с бульоном, в котором плавали петушиные гребни и немного белого мяса. Нечто подобное готовили и в Дубовом Перевале, только для супа брали куриц, ведь петухи ценились вдвое больше.

— Эдгар разгильдяй и баловень судьбы, — высказалась одна из придворных дам в пышном богатом платье. — Хотя за последние годы у него прибавилось ума. Дисциплина, мудрость, справедливость и честь — главные качества короля, и слава Всевышнему, у него они есть.

Никто не обратил внимания на ее бесцеремонность. Внешне она чем-то напоминала Реджинальда: похожий овал лица, цвет глаз, тонковатые для женщины губы. Айрин напрягла память и смутно припомнила, что уже встречала ее на суде. Значит, женщина была членом королевского Совета?

— Девочка, тебя удобно разместили в замке? — произнес король, и Айрин понадобилось время, чтобы поверить: он действительно обращался к ней. — Рунар хорошо с тобой обращается?

Она втянула голову в плечи, инстинктивно покосилась на мага и напоролась на ледяной взгляд, а потому поспешила проблеять нечто утвердительное, для верности горячо закивав головой. Реджинальд с серьезным видом выслушал ответ, будто ему действительно было дело до ее проблем.

— Славно. Мое главное желание, то, чему я полностью посвящаю свою жизнь — благополучие и покой моих подданных. К сожалению, смутные времена оставили глубокий след на теле нашей страны, но путь преодолевается шаг за шагом, а город строится камень за камнем. Ты согласна, девочка?

Она осторожно кивнула. Очередная ложка супа встала поперек горла.

Смирившись, что в это утро поесть ей не удастся, Айрин отодвинула тарелку. Вопреки стараниям Ингеборги, ее руки все же носили отпечаток крестьянского быта: неровные ногти, заусенцы и сухая треснувшая кожа, красные от красителя для тканей подушечки пальцев. На фоне шелковых салфеток и белоснежной посуды они смотрелись неуместно и попросту дико. Почему она не позволила Жули надеть на себя плотные перчатки!

— Могу ли я обратиться к Вашему Величеству с вопросом? — она произнесла это достаточно тихо, чтобы вверить свою судьбу в руки Всевышнего: услышит ее король или нет.

Реджинальд неспешно отпил вина, и Айрин уже решила, что ее проигнорировали, как вдруг он опустил на нее взор.

— Говори, девочка.

Главный вопрос, на который она жаждала получить ответ, зачем ее оставили в живых? Она была поймана с рунами, следовательно, ее надлежало немедленно предать казни через сожжение, как северную колдунью и еретичку. Но это был очень опасный вопрос. Явно не тот, который следовало задавать во всеуслышание.

Второй вопрос касался оружия и доспехов стражников. Дворцовая стража на верхних этажах, куда допускались исключительно приближенные к короне и отдельный штат прислуги, одевалась до странного ненадежно. Разумеется, попасть на эти этажи было возможно только с разрешения секретариата или Придворного мага, но неужели король и Совет искренне верили в порядочность своих подданных? Комната Айрин и покои ее наставника находились ниже, и девушка успела заметить постовых в обычных латах, вооруженных мечами.

Третий вопрос был самым безобидным: о любой увиденной ею чуши, хоть тех же тарелках. Она бы выставила себя дурочкой, но точно избежала бы недопонимания и проблем.

— Ваше Величество, прошу, не сочтите мои слова за уловку или тайный умысел, — Реджинальд сурово сдвинул брови, и она поспешно продолжила: — Там, где я выросла, люди кое-что знают об оружии, да и я читала много книг, путевых заметок и легенд. Ваш замок ослепительно прекрасен! Никогда в жизни я не видела подобного воплощения красоты и надежности! Однако, — Айрин не вовремя перевела дыхание, и воцарившаяся тишина оглушила ее. Мысленно вознеся молитву Всевышнему, она продолжила: — Я не могла не заметить необычные доспехи и оружие придворной стражи. Я ни на миг не усомнилась в их боеспособности, лишь была удивлена видом брони и осмелилась предположить, что она зачарована. Надеюсь, Ваше Величество не сочтет мои слова грубостью и соблаговолит утолить любопытство!

Реджинальд огладил бороду и добродушно рассмеялся.

— Не думал, что услышу подобные речи от крестьянки! Ты действительно прочитала много книг, девочка! Что ж, секрета тут нет. Думаю, Рунар подробно объяснит тебе,