Верните, где взяли, или Попаданка для дракона - Лана Морриган

слова сына Балливар, – я не стану мешать ее отцу делать из тебя подушечку для корсета его единственной дочери. Мы с орками, конечно, враждуем, но не официально. И доводить королевство до открытой войны из-за твоих глупых высказываний я не собираюсь. Ты услышал меня, Аскольд? – с нажимом спросил король.

– Услышал, – поджал губы его высочество, демонстративно поворачиваясь к нам спиной.

– Так что скажешь, Айзек? – задумчиво осматривая сына, поинтересовался у меня Балливар. – Стоит ли ему уступить, – он усмехнулся, цитируя Аскольда: – Дадим выиграть той, чье имя бьется в его сердце?

Быстро просчитав варианты, я честно ответил:

– Проблем быть не должно, все девушки сейчас на равных. Если вы переживаете за возможные сомнения в честности проведения отбора, то такие не возникнут.

– Я так и думал, – кивнул король.

– Я могу идти? – осмелился я спросить, хотя раньше всегда ждал момента, когда его величество сам отпустит меня.

– Хочешь проверить состояние леди Станиславы? – неожиданно улыбнулся король. – Меня всегда восхищала твоя проницательность, Айзек. Конечно, ты можешь идти. Ты головой отвечаешь за сохранность своей будущей королевы. Вопросы с ее происхождением обсудим позже.

– Что вы имеете в виду? – выдохнул я, не желая верить в услышанное.

– То, что ты и так прекрасно понял, – немного раздраженно ответил король. – Иномирянка не сможет стать достойной партией для Аскольда. Нарисуй ей что-то более приемлемое. Раз уж мой сын решил выбирать сердцем, так пусть его выбор не будет вызывать лишних вопросов и поводов для неприемлемых сплетен.

Глава 23. Ты меня доведешь до нервного срыва!

– Как вы себя чувствуете? Леди Станислава? Леди Станислава? – мужской голос встревоженно ворвался в мой прекрасный сон.

В нем я была в объятиях мужчины. Крепких и горячих. И все было так по-настоящему, что мне не хотелось открывать глаза. Вот только лица я не видела, оно было размыто. Но мне почему-то казалось, встреть я этого мужчину наяву, то обязательно узнаю.

– Ой, фу! – пискнула я, вдохнув какой-то резкий аромат и тут же распахнув глаза.

– Слава богам, вы пришли в себя, леди Станислава, – надо мной склонился сухопарый мужчина неопределенного возраста.

Я всегда промахивалась, если меня просили угадать, сколько лет человеку. И сейчас смотрела и не понимала. Рассудительный взгляд, спокойное выражение лица… как у моей бабули. Только вот у мужчин не было ни одной морщинки или седого волоса.

– Где я? – я прохрипела не своим голосом, подтягивая простыню до самого подбородка.

– Вы в лекарском крыле.

– И что я тут делаю?

– Поправляете здоровье, – ответил мужчина, добродушно улыбаясь мне. – Вы потеряли сознание, проходя первое испытание.

– Да? – уточнила я, силясь вспомнить последние события дня.

– Да. Вас принес один из распорядителей отбора. К сожалению, я не знаю его имени. Светловолосый. Высокий. Дракон, – мужчина убрал жутко пахнущую тряпицу от моего лица.

– С такими пронзительными светлыми глазами? – уточнила я.

В памяти всплывали отдельные кадры. Улицы города. Блондин в форме. И его глаза… голубые льдинки. И когда я прошла портал, он, кажется, стоял за моей спиной.

Мужчина по-отечески рассмеялся.

– Простите, леди, но этих подробностей я не помню. Пейте, – попросил он, дожидаясь, когда я чуть приподнимусь и возьму бокал в руки. – Укрепляющий отвар. Силы вам понадобятся для этапа награждения.

– Да… спасибо, – я отпила жидкость. Сладкая с кислинкой. Чем-то напоминающая вишневый компот. – А вы не знаете, кто победил?

– Нет, леди. Еще никто не знает, – ответил он и извинился, оставляя меня одну, добавив, что следует хорошенько отдохнуть, а после обеда мне позволят вернуться в покои.

Лекарь ушел, я откинулась на подушку и закрыла глаза, стараясь изо всех сил вернуть сон. И… мужчину, что был в нем. Ну почему так?! Кто-то приснится, взбудоражит душу, а ты потом страдаешь.

– Ну и что это было, моя залежавшаяся карамелька?! – взвизгнула Анфиса, с грохотом врываясь в палату и гневно топоча копытцами. – Я рисовала тебе карту черничными леденцами! Рисковала! А ты! – она гневно поджала мохнатые губы и сверлила меня взглядом.

– А я помогла ребенку, – ответила я, присаживаясь и подтягивая ноги.

Мне ослабили шнуровку корсета, сняли обувь. Было вполне удобно, хоть и странно лежать в шикарном светском наряде в постели. Если бы не шпильки, что стягивали волосы, то и жаловаться не на что было.

Анфиса продолжала молчаливо прожигать меня взглядом.

– Ну что ты на меня так смотришь? У мальчика больная мама. А у его высочества все лекари королевства в распоряжении, чтобы облегчить страдания и вылечить вымышленные раны.

– А кто облегчит мои страдания, моя милосердная булочка? – зло выдохнула Анфиса. – Ты только представь, в какой позе я стояла, когда рисовала тебе карту? Губы растерла, зажав ими леденец!

– Растертые губы – небольшая плата за жизнь! – возмутилась я. – И я бы не простила себя, пройди мимо. В свое время так же все прошли мимо меня.

С мордочки зверушки слетела спесь.

– Но как же ты теперь вернешься в свой мир? – спросила Анфиса тихо.

– Как-нибудь вернусь, – я пожала плечами.

В момент, когда я отдавала деньги за лекарство, не думала об этом, просто чувствовала, что поступаю правильно. Да, я в другом мире. Да, тут орки, гномы, мужчины с собачьими хвостами… но я жива и здорова.

– Как-нибудь, – проворчала Анфиса и забегала по комнате. Туда-сюда. Туда-сюда. – Будем надеяться, что после первого тура никого не исключат. И! Тебя точно заметили, моя сладкая крошечка. А это уже хорошо!

– Думаешь? – спросила я с надеждой.

– Да о тебе только и говорят, мой экзотический конфитюрчик. Уж поверь. На каждом углу шепчутся. Всем интересно, кто ты такая. А я ведь все слышу. Кто обратит внимание на гувернера, – мохнатая мордочка растянулась в ехидной ухмылке. – Никто. Хи-хи-хи.

– О боже! – воскликнула я, нечаянно ударяясь затылком о металлическое изголовье кровати. – Только популярности мне не хватало!

– Лека-а-аря! – истерично завопила Анфиса. – Лека-а-аря-я-я!

– Не кричи, – зашипела я, растирая ушибленную голову. – Со мной все хорошо.

– Это мне решать! Между