Измена. Во власти лжи - Анна Томченко

Я хотела успеть заехать в больницу.

Мой врач был сегодня с трех часов, поэтому я решила, что просто буду сидеть в машине.

Тимур нахмуренный, насупленный, сел возле меня на заднее сиденье и, положив руку мне на ладонь, спросил:

— Это точно не схватки?

Свекровь, услышав это, вздохнула и прижала ладонь к груди.

— Еся, у тебя схватки начались?

— Нет, это не схватки. Все в порядке.

Закинув Тимура в школу, мы отправились по магазинам.

Свекровь, сглотнув, уточнила:

— Тебе Рустам не звонил?

— Нет, мне не звонил Рустам… — выдохнула я, понимаю, что он вообще никому не позвонил: ни матери, ни сыну, ни жене.

Ему было абсолютно наплевать.

Свекровь покачала головой, и до обеда я действительно, как и планировала, просто прокаталась с ней. Все время я сидела в машине, а в час позвонил Тим и спросил:

— Мне самому домой ехать или вы меня где-нибудь можете забрать?

Свекровь вскинула руки и выдохнула:

— Пусть дождётся нас. Мы сейчас заберём его заодно.

Я передала сыну желание бабушки и отключилась.

Сев в машину, Тимур протянул мне какую-то записку и попросил:

— Можешь подписать, мы через месяц собираемся всем классом ехать в горы…

Я прикусила губу.

«Ты ему не мать», — звучало в голове.

— Я тебе не могу ничего подписать, — призналась я и покачала головой.

— Почему?

— Ну, потому что я не знаю, отпустит тебя отец или нет.

Тимур засопел. А свекровь, чтобы не усугублять скандал, тут же заметила:

— Мы сейчас как раз будем проезжать мимо офиса. Тим, зайди, подпиши сразу.

Тимур расцвёл, кивнул, а я тяжело вздохнула, ещё неизвестно был Рустам в офисе или нет.

Когда машина остановилась на парковке, я, глубоко вздохнув, перехватила сына за руку.

— Подожди меня, мне надо в туалет сходить.

Тим понятливо кивнул и, дождавшись, пока я вылезу, протянул:

— Мне кажется, это схватки.

Свекровь высунулась из машины и нахмурила брови. Я обернулась и тихо сказала:

— Мы все равно в три часа едем в больницу, все нормально.

Свекровь покачала головой. Но ничего не сказала, но я была уверена, что это не схватки и даже не тренировочные.

Когда мы поднялись на этаж, Тим ускорил шаг, а я тихо заметила:

— Ты иди сам, а я пока в туалет…

— Хорошо, — выдохнул Тимур и припустил по коридору я, медленно дошла до двери дамской комнаты, сделала все свои дела и, выйдя, застыла в коридоре, ожидая сына.

Но прошло пять минут, а Тимура так и не было.

Я вздохнула и направилась в сторону кабинета мужа.

Заглянув в приёмную, я увидела, что никто меня не сможет остановить, поэтому сразу пересекла комнату и открыла дверь кабинета.

Налетела словно бы на стеклянную стену.

Лакированные туфельки валялись возле стола.

Мое сердцебиение стало быстрым и частым.

Рус стоял возле приоткрытого окна в расстёгнутой на вороте рубашке и медленно пил...

Сознание качнулось словно на качелях.

На углу стола лежал распечатанный презерватив.

А возле стола стояла, пытаясь утрясти грудь и застегнуть блузку…

— Ты же обещал!!! — закричал позади меня Тимур.

Я дёрнулась в сторону, ощутила, что слезы брызнули из глаз.

Низ живота окаменел. Только на этот раз камень все-таки сорвался вниз, и я ощутила, как у меня все опалило огнем между ног.

Всхлип, скулеж вырвался наружу.

Я потеряла равновесие.

И прикрыла глаза…

Глава 29

— Еся! — дёрнулся мне навстречу Рустам, стараясь обогнуть быстрее стол до того момента, пока я не потеряю совсем возможность стоять ровно.

В какой-то момент мне показалось, что у меня по спине пробежался рой мурашек, а следом за ним напал холодный пот, моментально стала влажная одежда, у меня заскрипели зубы от этого.

Рустам в два шага пересёк пространство, разделяющее нас, перехватил меня за руку, другой схватил со стороны спины.

— Еся…

Я туго глотнула, глядя на то, как Лада ехидно и зло усмехалась мне, поправляла блузку, а потом присела на корточки и по одной одела туфельки на ножки.

— Ты… — прошептала я и поняла, что боль внизу стала такой нестерпимой, что у меня слезы потекли из глаз.

Я не могла это никак контролировать.

— Ты…

— Вот сейчас не надо никаких истерик, Еся, — остро и громко протараторил Рустам, перехватывая меня поудобнее. — Ничего не было. Никто ничего не докажет…

— Рустам Булатович… — протянула Лада.

— Свалила нахрен отсюда, — заорал Рус таким диким голосом, что у меня пульсация внизу живота стала ещё сильнее.

— Но…

— Пошла вон, я тебе сказал…

Тим стоял расширенными глазами наблюдал за тем, как Лада проскользнула мимо него в приёмную, и сын беспомощно сжимая кулаки, прохрипел:

— Папа…

— Тише, — рявкнул Рус, перехватывая меня под грудью.

— Пусти, — выдохнула я, понимая, что мне безумно нужно было куда-то лечь и поджать под себя ноги, чтобы боль внизу была не такой сводящей с ума.

— Еся,,тихо, тихо дышим, дышим, хорошо выдыхаем…

— Ты мне со своей секретаршей… — произнесла хрипло я и до боли сдавила пальцы на запястье мужа, так, что у него на коже отпечатались следы моих ногтей. Тимур зарычал, дёргаясь в нашу сторону:

— Пусти, пусти у неё схватки.

— Какие нахрен схватки, вы что творите? — зарычал Рус, и в этот момент я ощутила, что у меня земля стала уходить из-под ног. Разрывающее чувство между ног не прекращалось, и поэтому я громко всхлипнула, когда Рустам подхватил меня на руки.

— Черт возьми, Тим быстро мой телефон, мои вещи, сумку схватил…

— Папа, — рычал Тимур, а я не понимала, что чего он добивался. Рустам шагнул к двери кабинета.

— Тим, бегом!

Я догадывалась, что Рус после слов сына понял, что я находилась в родах, но так не должно было быть. У меня первые роды. Они должны быть долгими, не должны быть такими стремительными. Я