Измена.ru - Ольга Сергеевна Рузанова

— Мы озвучили свои условия, они думают два дня, — отвечает терпеливо.

— Ммм... - киваю, намазывая на тост вишневый конфитюр.

На языке так и вертится спросить про Ильяну. Вывалить на него свое негодование и узнать, какого черта она заблокировала меня. Но откуда он может знать? Снова спросит, зачем я ходила на ее страницу и разозлится.

Поэтому... Лучше вернусь домой и заведу второй аккаунт, чтобы проверить все самой.

К вишневому конфитюру добавляю ложку клубничного. Жую, глядя на Рому в упор и неожиданно для себя спрашиваю:

— А что рекламировать предлагают? Случайно не клип какой-нибудь наиталантливейшей певицы?

Заводится с полуоборота. Откинувшись на спинку стула, сужает глаза и проводит языком по верхним зубам. Я же с запоздалым сожалением опускаю взгляд в чашку с кофе. Сдержанность не мой конек.

— Нет, не клип, Наташа. Еще вопросы будут?

Ощущая невыносимое жжение на коже щек, делаю вид, что увлечена размешиванием сахара в кофе и вдруг чувствую, что фокус внимания Березовского с меня исчезает — даже дышать легче становится.

Прослеживаю за взглядом Ромы и вижу, как к нашему столу направляется Арчи. Едва не подавившись тостом, застываю в изумлении. В его руках букет из нежных гипсофил. Для кого, интересно?

Сделав глоток кофе, я быстро облизываю губы и негромко здороваюсь.

— Наташ, это тебе! — огорошивает торжественным тоном и кладет букет передо мной.

Ожидая реакции Ромы, смотрю на него во все глаза.

— Неожиданно, - отвечает за меня муж с усмешкой, — успел солнечный удар получить, Арчи?

— Да иди ты! — отмахивается продюсер и добавляет к цветам коробочку из прозрачного пластика с крохотным пирожным внутри.

— Что это?.. — спрашиваю ошеломленно, — Зачем?

— Это мой комплимент и самые искренние извинения за вчерашний инцидент, Наташенька. Неловко вышло. Прости.

— Да ты что?.. - спохватываюсь, хватаясь рукой за горло, — за что?!

— Роман рассказал, что я испортил самый замечательный день вашего отпуска. Я не хотел, правда.

— Ро-о-ом... - выстанываю тихо, моля о поддержке.

Но Березовский лишь пожимает плечами и, взяв букет со стола, подносит цветы к носу.

— Красивый.

— Отдай, это не тебе, — шутливо ворчит Арчи и, забрав цветы, всовывает их в мои руки.

— Спасибо большое! — восклицаю осипшим от волнения голосом, — Мне так приятно!

Коснувшись моего плеча ребром ладони, он улыбается и отходит от нашего стола.

— Арчи, — окликаю я, — позавтракай с нами!

— Отдыхайте, ребят, — бросает, удаляясь, — Ром, я наберу!..

Дождавшись, когда продюсер исчезнет за двухстворчатой белоснежной дверью, я вскидываю взгляд на мужа.

— Что это было?

— Комплимент и самые искренние извинения, — повторяет он слова Арчи.

Сунув нос в пуговки цветов, пытаюсь распознать аромат, но его почти нет, хотя букет безумно красивый.

Отметка на шкале моего настроения прибавляет два уверенных пункта. В то же время начинает грызть чувство вины за то, что полночи я мысленно ругала продюсера.

Вздыхаю и, отложив цветы, вскрываю упаковку с десертом. Рома, наблюдая за мной, улыбается.

— Итак, чем сегодня займемся? — интересуюсь бодро, —может, в зоопарк? Ты обещал.

— В следующий раз, Гайка.

— Почему? — не успеваю даже огорчиться, как на меня сваливается второе потрясение за день.

— Потому что у меня для тебя сюрприз, — проговаривает, поворачивая вокруг оси свою чашку с кофе.

— Сюрприз?! Для меня?.. Что происходит, Ром? - смеюсь, начиная ерзать на стуле, — я что, про какую-то нашу дату забыла?

- Нет. Не накручивай.

— Что тогда? Сначала Арчи с цветами, теперь ты с сюрпризом. Я чего-то не знаю?..

Ощущения и эмоции странные, и я никак не могу понять почему. То ли оттого, что их слишком много, то ли, потому что, они для меня непривычные. Меня одолевают азарт, нетерпение и предвкушение, но в то же время доставляет дискомфорт еле различимая тревога. Словно все эти приятности достались мне по ошибке.

Думаю об этом и сама себя ругаю.

Дурочка ты, Наташка!.. Привыкай к новой жизни. Пора уже!

После обеда мы с Ромой выезжаем. Нервно потирая руки и часто приглаживая волосы, я посматриваю на него. Однако Березовский невозмутим и собран, и не единым взглядом, жестом или намеком не выдает того, куда мы едем и что меня там ждет.

— Ну, я хотя бы оделась нормально? — спрашиваю, подхватывая кончиками пальцев подол светлого платья, — ты же не везешь меня на джампинг?

— А ты хотела бы? — бросает на меня быстрый взгляд, — можно устроить.

— Нет! Это была шутка, Ром! — едва не поперхиваюсь воздухом, — Шутка! Ты же знаешь, как я боюсь высоты!..

— Ну, мало ли...

Шутливо толкнув его в плечо, демонстративно надуваю губы. Его эта моя привычка почему-то всегда веселит. Но не сегодня — ему будто не до смеха.

Неужели волнуется, понравится мне сюрприз или нет?

Проехав по мосту, какое-то время двигаемся вдоль набережной залива, а затем поднимаемся в гору по круговой дороге и въезжаем на территорию шикарного отеля. Остановившись на парковке, Березовский берет телефон с консоли и выходит из машины.

— Подожди немного, я быстро.

Зажав ладони между коленей, я наблюдаю, как Рома переговаривается с кем-то по телефону, а потом обходит капот и открывает для меня дверь.

— Идем, Гайка.

Мы шагаем через увитые зеленью арки вдоль отеля и выходим на просторную круглую площадку с видом на залив.

— Как красиво! — шепчу восторженно.

— Будь здесь, Наташ, окей?..

Я киваю, а Березовский направляется в противоположную сторону площадки, где вдруг я замечаю грузовик. Приближаясь к нему, он поднимает руку, и из кабины выпрыгивает водитель. Вместе они ловко открывают задний борт кузова, и я вижу, что он под завязку забит... алыми розами!

В шоке цепенею. Хватаюсь руками за лицо, потом, пытаясь удержать рвущееся наружу сердце, за грудь.

Не может быть!..

Боже!.. Он сумасшедший!.. Он сошел с ума!

Кто-то начинает аплодировать, а в следующее мгновение, откуда ни возьмись, появляется Арчи. Подмигнув мне, он останавливается за спиной Ромы и фотографирует, как медленно поднимающийся кузов грузовика, вываливает к его ногам тонну роз.

Я глухо вскрикиваю, не сдержав эмоций, начинаю плакать и бросаюсь к мужу.

Глава 26. Наташа

— Не знала, что такое бывает, — посматриваю украдкой на известного певца, дрыхнущего в кресле наискосок. Он в